Чтение онлайн

Андрей поставил свой поднос на стол и с усмешкой спросил:

— О чем ты с этой крысой Торопковым так долго говорил?

Роман рассмеялся, но только глазами.

— Сам догадываешься, о тебе.

— Наябедничал? Но почему именно тебе? Неужели?

— Да-да! Не поверишь, я сам не ожидал. Мальцев поручил мне следить за нравственным климатом в коллективе, послав меня в помощь Торопкову, но я перетасовал карты и Торопкова поставил в помощь себе.

Варичев расхохотался:

— Не знал за тобою таких способностей.

— Я сам не знал.

— А Мальцев-то наш, Василий Игнатьевич, всеслышащее ухо, промахнулся с тобой. Как же так?

— Очень просто. Возницын должен был поехать, но у него оказалась какая-то жуткая аллергия на вакцину. Мальцеву некуда было деваться, решил рискнуть, выбор пал на меня.

— Ладно. Ешь скорей. Автобус уже подали.

— Но знаешь, Андрей, мне с тобой надо серьезно поговорить. Иначе в Москве тебя ждут такие неприятности…

— Поговорим, поговорим!.. — допивая компот, кивнул Варичев.

Автобус со специалистами геологической разведки и бригадой бурильщиков ехал по укатанной буро-коричневой дороге, с обеих сторон которой тянулся тропический лес, перемежающийся с крестьянскими полями.

Кимберлитовая трубка поразила и очаровала Уманцева. Это фантастика! Увидеть собственными глазами одну из крупнейших в мире трубок. Площадь выхода ее на поверхность составляла шестьсот пятьдесят семь тысяч квадратных метров.

— Ну? — спросил Андрей.

— Мощно! Как по-твоему, во что ее можно оценить?

— Думаю, примерно в 400–500 миллионов карат.

— Мощно! — повторил Роман и вдруг пригнулся, испугавшись беспорядочного грохота.

— Что?! Что случилось? — уже готовясь лечь на землю, завопил он.

— Да ничего страшного. Это диких старателей гоняют. Стреляют, но в воздух.

— Ничего себе!

— Никак не привыкнут, что теперь государство наложило свою лапу на лакомый кусочек. Тут вся земля прослоена человеческими останками. Не один век старатели пытались найти здесь свое алмазное счастье.

Уманцев увидел, как старатели, гонимые со всех сторон вооруженной охраной, нехотя покидали месторождение.

— Ничего. Только охрана ослабит внимание, как опять понабегут. Здесь нужны радикальные меры, — задумчиво произнес Андрей, — и не только для борьбы со старателями. Это чепуха. Нужно удешевить электроэнергию, нужно строить ГЭС. Пока топливо доставляется на «Катоку» на самолетах из самой Луанды. Применимо к нашей ситуации, можно сказать, на самолетах далеко не улетишь.

К Варичеву подошел начальник объекта Бедов. Андрей познакомил его с Романом.

— Вот так-то, товарищ Уманцев, — начал Бедов, — первый трактор мы собрали по частям из брошенной военной техники. Срочно нужно завозить оборудование для геологоразведочных работ, оборудование и металлоконструкции для обогатительной фабрики, но ангольское правительство не в силах окончить гражданскую войну.

— А мне показалось, что здесь нормально, — осторожно произнес Роман.

— Нормально, если не считать, что неделю назад бойцы УНИТА сбили наш самолет. Ну ладно.

Бедов вынул карту, чертежи и разложил на столе.

День пролетел незаметно. Очнулся Роман только в столовой, когда сели ужинать.

Те, кто уже пробыли на «Катоке» три месяца, ужинали с шутками, быстро преодолев усталость. Новоприбывшие ели и думали, как бы добраться до кровати.

Но Роман спать не лег.

— Андрей, — начал он, — это серьезно. Не думай, что здесь, в Африке, ты свободен от всего. Торопков подаст такой рапорт Мальцеву, что тебя тотчас по приезде в Москву вызовут на Лубянку, а там сам знаешь, — Уманцев замолчал, считая излишним распространяться. — Прекрати ты свои походы в деревню и связь с этой… девушкой прекрати, — с удвоенной энергией продолжил он.

— Рома, я тебя, как друга, прошу — оставь.

— Ты пользуешься тем, что ты лучший специалист в группе. Это непорядочно.

— А порядочно держать людей на привязи?

— Да это же помимо всего опасно — расхаживать вне территории. Сам знаешь, что война еще не окончена. И потом, ведь придется возвращаться в Москву. Ну как ты будешь выглядеть? Начнутся страшные неприятности.

— А может, я не хочу возвращаться в Москву, — шутя отозвался Андрей.

— Здесь, что ли, решил остаться?

— Нет уж, спасибо!

— Тогда оставь свои любовные похождения.

— Не могу, — с такой искренностью в голосе ответил Андрей, что Роман осекся и с удивлением посмотрел на друга.

— Как это не можешь? Ты что, решил ее в Москву взять? Тогда придется на ней жениться. Но зачем тебе нужна эта полуграмотная, чернокожая девка? Что она будет делать в нашей стране? Ну, выучит язык… — Уманцев затруднился определить будущее Эстеллы в Москве. — Неужели тебе она настолько нравится? Она же очень, очень смуглая. Нет, я не говорю, что она негритянка, но такая смуглая… И вообще, — он понизил голос, — ты ужасно рискуешь здоровьем. Перед вылетом у нас проводил инструктаж врач, он нам такие ужасы рассказал о болезнях, особенно, если подхватить заразу половым путем.

— Ну если я подхватил, то уже, — улыбнулся Андрей. — А оставить Эстеллу не могу. Странно сказать, я люблю ее. Ни одну женщину не любил так, как ее. Точно душа моя с ней срослась.

— Или еще что-то, — поддел Роман.

Варичев не стал отрицать.

— Не могу без нее и все.

— Ну дела! — Роман пошел умыться, чтобы прогнать сон. — Но ведь надо как-то все это начинать оформлять. Тебя могут в любой момент, в двадцать четыре часа, отправить в Союз. Что тогда?

— Да ладно, не волнуйся. Я все сделаю, как надо. Ты сейчас ложись. А я к Эстелле. Быстро. Туда и обратно. Только пожелаю ей спокойной ночи.

Андрей открыл дверь, и в тот же миг началась беспорядочная стрельба.

— Опять вылазка УНИТА, — раздраженно проговорил он.

— Слушай, не ходи! Опасно! — с мольбой глядя на него, проговорил Уманцев.

— Проскочу! — хлопнул дверью Варичев.

— Хоть бы тебя на блок-посту не пропустили! — крикнул ему вслед Роман.

Но Андрей вернулся только под утро. Возник на сине-сером фоне окна. Сильный, смуглый, счастливый.

Роман перевернулся на другой бок и сквозь сон подумал: «А как это вот так любовью заниматься… до утра?.. Здорово, наверное. Надо бы попробовать! С Иркой, что ли? Тьфу!» — и он опять заснул.