Дважды похищенная
Шрифт:
Подметив нескольких хороших мастериц, Энни осторожно предложила им общее дело:
— Девочки, мы можем заработать деньги и купить себе и ткани получше, и какие-нибудь украшения и, вообще, всякое разное. Хотите? Давайте, попробуем!
— Как? Как это? — посыпались заинтересованные вопросы.
— Я добуду всё, что вам нужно для работы и заказы. А с вас, красавицы, ваше мастерство: шитьё, вышивание, и, само собой, выдумка. Ну как?
Так образовался сначала небольшой кружок мастериц. Грэйс, жена главного архитектора и старшая среди женской общины, горячо одобрила идею Энни. Она очень помогла швеям с цветными нитками, яркими лоскутами и прочим. Первой заказчицей у человеческих мастериц стала Абели, человечка и жена оборотня, а второй — сама королева. Это для женщин тоже Грэйс устроила. А дальше дело само пошло, как по маслу. Очень скоро в швейном кружке, в том или ином качестве, оказалось больше половины женщин квартала.
В бараке Энни с помощницами устроила комнату для приёма заказчиц. Оборотни у ворот пропускали туда модниц в течение дня. Энни принимала оборотниц, оговаривала с ними пожелания, сроки выполнения заказа и, самое главное, цену. Потом она вызывала подходящую к каждому конкретному заказу мастерицу и уже все вместе женщины уточняли все мелкие детали.
На самые первые заработанные деньги женщины, с помощью своих мужей, приобрели новые нитки, ткани и швейные инструменты. Дело быстро приобретало размах. Появилась даже очередь из желающих. Мастерицы получили свои собственные доходы и стали сильно выделяться среди остальных женщин квартала своими нарядами и украшениями. В швейный кружок захотели все, даже те, кто сперва насмехался над желанием некоторых поработать. Однако Энни стала переборчивой, кроме того, именно она распределяла заказы и доходы. Постепенно вес Энни в маленьком человеческом сообществе сильно увеличился. Даже мужчины склоняли перед ней голову в приветствии при встрече.
Но никогда ещё заказчицы не приходили так поздно вечером, да ещё прямо в дом. Энни рассматривала молодую женщину и гадала, как лучше начать разговор. Но гостья начала его сама, задав неожиданный вопрос:
— Кто ты? И что ты делаешь в моём доме?
Энни ошарашено воззрилась на ненормальную.
— В вашем доме?!
— Да! В моём доме! — уверенно подтвердила та.
Энни покосилась на окно. Совсем темно. Поздний вечер. К счастью, вот-вот должен прийти Михэс. Женщине стало страшно наедине с непонятно откуда взявшейся сумасшедшей. Энни осторожно поставила перед Зариной чашку с травяным отваром и присела с другой стороны стола на самый краешек стула, готовая бежать при первой же угрозе.
Громко стукнула входная дверь, заставив обеих женщин одновременно вздрогнуть.
— Я дома! Голодный, как волк! — раздался весёлый бодрый голос вернувшегося с работы мужа, и через секунду отворилась дверь на кухню.
Радостная улыбка медленно сползла с лица Михэса, едва он увидел Энни и Зарину, сидящих по разные стороны стола, с напряжением уставившихся на него.
Барэс в это время, перешерстив и перенюхав все повозки и лавки на гостином дворе, мимоходом слегка подравшись с парочкой-другой недовольных оборотней других кланов, наконец, обнаружил шкуры, в которых Зарина добиралась до столицы. Запах девчонки был сильным, но её самой нигде не было. Вскоре оборотню стало абсолютно ясно, что Зарина таки сбежала, и сейчас она бродит одна где-то в огромной столице. Барэсу приходила в голову тысяча и одна мысль, что с ней могло случиться, и не в состоянии сдерживать себя, он отчаянно завыл на уже появившуюся в небе луну.
Михэсу же, тоже захотелось завыть, но от того, что Зарина нашлась. От одного её вида у мужчины противно заныли и подобрались, пострадавшие когда-то, яйца. Прошла всего неделя, как он перестал привязывать свою милую Энни в постели, а просто крепко держал хрупкие запястья над её головкой. Ему безумно нравилась новая жена, пусть и не такая ловкая в домашних делах, как Зарина, зато такая нежная и милая, да, и не вцепится когтями куда не надо. Кроме того, Михэс страшно гордился швейным делом Энни. Его славная девочка всего за пару месяцев среди женщин стала второй по положению, после Грэйс, в Человеческом квартале. Михэс вдруг с пронзительной ясностью понял, что не хочет терять свою Энни.
«Может, просто стукнуть со всей силы Зарину кулаком по голове и закопать в лесу?» — мелькнула дикая мысль и он сам ей ужаснулся.
— Михэс, ты что, нашёл себе новую жену? — удивилась Зарина, с непонятным интересом разглядывая молодую женщину напротив.
— Она твоя жена? — глаза Энни наполнились слезами, губы задрожали.
Рушилась вся её новая жизнь, которую она так старательно выстраивала и, главное, которая в самом деле начинала ей нравиться.
— У меня с этой дикой кошкой никогда и ничего не было. Мы просто некоторое время жили в одном доме. Энни, я тебя люблю! — воскликнул Михэс и рявкнул уже, глядя в глаза Зарине. — Убирайся отсюда туда, откуда пришла!
— Я туда не могу… — растерянно ответила Зарина. — Куда же мне теперь?
Глава 25
Всю свою первую прогулку по улицам столицы двуликих в белоснежной, украшенной золотыми завитушками, огромной карете Тамила смирно просидела на мягком кожаном сиденье, не смея даже пикнуть.
Через большие окна на боковых дверцах, с полностью раздвинутыми шторками, женщина хорошо рассмотрела сначала высокий крепкий забор столичного поместья Беты. Сколько дней она бродила с той стороны, безуспешно разыскивая способ его преодолеть! Вдоль него тянулась ухоженная боковая дорожка, обсаженная диковинными невысокими вечнозелёными деревьями со стороны проезжей части. В окно с другой стороны, виднелись каменные заборы, за которыми прятались шикарные дома столичной знати двуликих. Со своего места Тамила видела только вторые этажи и разноцветные крыши.
Чуть ли не через пять минут, экипаж выехал на просторную круглую площадь возле нового храма, в котором Тамила выходила замуж. Карета дважды неторопливо объехала вокруг этого величественного здания во славу Богини. Потом возница направил лошадей по самой широкой улице, уходящей от Храма. На одной её стороне начиналась высокая ограда королевской резиденции, а по другую сторону расположились дома самых богатых и именитых двуликих. Прокатившись до главных ворот в обиталище верховного Альфы, где, возле охранников, толпилась небольшая очередь оборотней и повозок, желающих попасть на дворцовую территорию, возница развернулся и поехал обратно.
Тамила дёрнулась было попросить его проехать в Человеческий квартал, даже чуть приоткрыла дверцу, но бегущий с этого боку кареты, волк — охранник так страшно рыкнул на неё, что женщина в страхе быстро захлопнула дверку и больше не смела к ней притрагиваться до самого возвращения в поместье Беты.
«Ничего, это не неудача, просто первая попытка выбраться наружу, и она, в целом, удалась. Завтра попробую снова», — успокаивала себя Тамила, расстроенная, что так и не смогла увидеться с дочерью.
Приближалось время обеда и женщина, с помощью доброй Санни, приведя себя в порядок и переодевшись, направилась в столовую.
Как ни странно, но в этот раз за столом женщины Беты сидели и ели в полной тишине. Тамила, привычно пристроившись с самого краю, быстро поглощала суп с мясом.
Хизери мрачно поглядывала вокруг и наложницы невольно наклоняли головы ниже к тарелкам, стараясь не встречаться с ней взглядом. Рыжая была не в настроении. Утром горничные через её верных служанок донесли, что в комнате Беты всё провоняло человечкой. Она недоумевала: столько прекрасных оборотниц, включая её саму, ждут капельки драгоценного внимания Шурхэна, а он берёт в постель эту бледную тощую клячу.
«Чиркнуть разок коготком по её тонкому горлышку, и нет проблемы», — думала Хизери, пристально разглядывая Тамилу. У неё даже непроизвольно коготь появился и вытянулся, царапая столешницу.
В этот момент к Тамиле подошёл главный смотритель поместья и поинтересовался пожеланиями Первой жены относительно ужина и её дальнейшего времяпровождения.
— С каких это пор человечка решает, что нам готовить к ужину?! — тут же вызверилась на смотрителя Хизери.
— Приказ Беты, — ушатом холодной воды вылились на фальшивую фаворитку слова главного.