Чтение онлайн

– Прости… - истерично шепчет муж.
– Фигня всякая снилась. В себя ещё не пришел.

Мы стоим посреди кухни, обнявшись.

– Телефон… - дергаюсь я, услышав вибрацию.

– Это мой… - срывается в комнату муж.

Перевернув всю кровать, находит его под подушкой.

– Алло!
– Отвечает, даже не посмотрев на экран.
– Что? Как? Да!
– Вдруг начинает кричать.
– Конечно, сейчас будем! Спасибо!

Сбрасывает и поднимает на меня глаза.

– Собирайся. У Майки в доме малютки сокурсница нянечкой работает. Пустит нас к детям до пересменки.

У меня в груди аж все переворачивается.

– Я сейчас! Я быстро!

Надеваю носки и набрасываю пальто прямо на пижаму. Хватаю сумочку.

– Я готова…

Руслан уже запрыгивает в кроссовки. Только в лифте мы замечаем, что футболку он надел наизнанку.

До дома малютки долетаем за каких-то пол часа. Руслан давит на газ с такой силой, что меня впервые в машине с ним вжимает в кресло. От аварий нас спасают только пустые дороги.

Паркуемся на всякий случай в ближайшем дворе и, как было велено, заходим со стороны хозяйственного двора.

Дергаем неприметную серую дверь и оказывается в узком коридорчике.

– Куда идти?
– Спрашиваю Руслана.

Он пожимает плечами.

Справа пахнет кухней. Слева - видны кабинеты.

– Давай на свет.

– О! Вот вы где!
– Вдруг выбегает из-за угла к нам на встречу девушка.
– Хабировы? Давайте, быстро за мной! И вот. Бахилы наденьте. Если нарвемся на начальство, скажите, что из газеты. Интервью брать приехали. Для помощи. Здесь таких боятся. Все понятно?

– Понятно, - отвечаем синхронно.

Из коридора попадаем в группу. Дверь с зайчиком на мутном стекле мелодично скрипит.

Здесь пахнет детьми… Висят на вешалках маленькие курточки. Возле стен стоят стульчики, манежи, ботиночки, коврики и много-много лопат.

– Это барахло моих годовасов, - объясняет девушка.
– А с малышами Людмила Федоровна воюет. Я ей помогаю часто. Всех в одни руки за ночь не накормишь. И ещё… - останавливается девушка и смотрит строго мне в глаза.
– Без глупостей. У вас пятнадцать минут. Очень прошу.

Я готова ей сейчас пообещать все, что угодно, потому что мне снова слышится, будто из-за закрытой белой двери плачут мои мальчики.

Понимаю, детей много, но… Это точно Саша! Я чувствую!

Заходим.

Между четырех рядов кроватей ходит полноватая женщина в белом халате и косынке. Пытается укачать ребенка.

У меня даже сбивается дыхание от такого количества никому ненужных детей.

– Людмила Федоровна, - зовёт женщину громким шепотом наша провожатая.
– Мы пришли. Можно?

Нянечка оборачивается.

– Заходите!
– Взмахивает рукой и переводит взгляд на меня.
– Ваш, наверное. Всю ночь голову мне морочит. Не спит. Голодный. Так ему не так, так ему не сяк… Все руки оттянул!
– Устало возмущается.

Я скидываю пальто прямо на пол и бегу к сыну.

Внутри все начинает дрожать, пока женщина передает мне на руки Сашку.

– Сыночек, - шепчу запальчиво.
– Ну ты чего не спишь. Мама рядом. С тобой. Мама всегда будет с тобой.

– Руслан, дай бутылочку!
– Прошу мужа.

Даю сыну его соску с любимой широкой дырочкой, смотрю, как жадно он начинает кушать и чувствую, что тихо рыдаю.

Зацеловываю ручки, щечки, носик.

– Найди Диму, - отвлекшись на мгновение, прошу Руслана.

Но он уже и сам спешит с нянечкой к кроватке возле окна.

– Привет, бандит, - слышу я его тихий, подрагивающий голос.
– Ну вот и как так вышло, что ты спишь, а брат твой нет? Почему не уложил?

Вместе подходят ко мне.

– Мои мальчики… - зацеловываю я и второго.

– Ох ты ж лихо, - сетует, глядя на нас, Людмила Федоровна, - прибить эту тварь что-ли? Грех на душу взять? Столько Ставронская эта людям крови попила… Ох… Катерина, - обращается к девушке, что нас провела, - свет верхний погаси. А то через окна наши все видно. Не отмажемся.

Мне просто не возможно оторваться от детей. Кажется, просто умру, если их сейчас отпущу. Я не могу!!

Руслан обнимает всех нас сразу. Дети между нами мгновенно засыпают.

У Саши от долгого плача на лбу выступили венки. У Димочки снова потничка…

– Извините, время, - торопит нас Катя.
– Вам до пересменки нужно успеть выйти.

– Алина, клади детей в кроватки, - повторяет мне муж.

Я киваю, но продолжаю держать на руках детей. Мне даже не тяжело. Я вообще, кажется, готова всю жизнь так простоять!

Людмила Федоровна мягко забирает у меня детей по одному. Я рыдая, прижимаю пальцы к губам, чтобы не закричать от боли.

– Вот, - выдает нянечка мне листок и ручку взамен детей, - садись там в уголку, - и пиши все. Чем кормить, как качать.

Хватаюсь я за эту бумажку, как за спасательный круг. Мне кажется, что никогда я так быстро не писала!

Димочке обязательно эмолент под подгузник, а Саше только комбезы надевать. Иначе он их скатывает под спинкой и растирает кожу. Ещё соски не путать. У Саши с зайчиком, а у Димы со слоненком.

На листке поплывшими пятнами чернил остаются мои слезы. Крокодильи. Как бы сказал папа. Прямо как в тетради с переписанным домашним заданием.

Руслан выводит меня из здания силой. Пригрозив пару раз, что если я так буду себя вести, то нас больше не пустят.

Я все понимаю, но всхлипывать перестаю только возле машины.

Муж помогает мне сесть.

– Все будет хорошо, - шепчет.
– Мы вернем детей. Сегодня поговорю с отцом. Он должен согласиться. Иначе - мать его не простит.

– Ты обещаешь?

– Ну как я могу обещать?
– Психует Руслан, повышая голос.
– Я обещаю, что сделаю все возможное и невозможное!

Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но вдруг чувствую, что мир вокруг меня начинает вращаться. Хватаюсь пальцами за дверь, но они соскальзывают.