Чтение онлайн

— Мне это нравится. — Я улыбаюсь, в моей груди становится тепло от этой идеи.

— Мне тоже. Я рад, что ты нашла их. Дорожи вашей дружбой. Лелей ее и смотри, как она расцветает. Если ты это сделаешь, я уверен, что однажды ты обнаружишь, что то, что привязывает вас друг к другу, в конечном итоге станет чем-то гораздо большим, чем то, что у вас есть сейчас. Что-то настолько редкое и драгоценное, что, я не сомневаюсь, наполнит все ваши дни истинным счастьем. Я просто рад быть свидетелем всего этого. — Говорит он нежно, с блеском в золотистых глазах.

— Папа, ты становишься мягким со мной? — Спрашиваю я, когда вижу, что его глаза начинают слезиться.

— Нет, детка. Когда ты станешь мамой, ты поймешь, что я чувствую. Видеть своего ребенка счастливым и полноценным, здоровым и любимым, это все, на что я когда-либо мог надеяться. Особенно после всех препятствий, которые жизнь поставила перед тобой в таком раннем возрасте. Все мои молитвы были услышаны, и я так горжусь тем, что я твой отец.

— Пап, ты доведешь меня до слез, — говорю я ему, мое горло начинает сжиматься, когда я вижу своего отца таким эмоциональным.

Он обнимает меня, целуя в макушку. Я расслабляюсь в его объятиях и позволяю ему взять себя в руки. Это занимает у него минуту, но, когда он отпускает, он возвращается к своему жизнерадостному состоянию.

— Позвони мальчикам, малыш, и скажи им, чтобы они не строили никаких планов на эту пятницу. У нас будет наш первый в истории кемпинг в стиле Росси.

Когда, наконец, наступает день нашего кемпинга, меня переполняет радостная энергия. Возможно, папа и не позволил мне поехать в настоящий поход, как я хотела, но он приложил все усилия, чтобы загладить разочарование. Палатка на нашем заднем дворе достаточно большая, чтобы разместить наши четыре спальных мешка рядом друг с другом, но поскольку ночь очень жаркая, мы вытаскиваем их и делаем небольшой круг на траве, чтобы мы могли смотреть на полную луну над нашими головами. В отличие от консерв, которые, по словам Логана, он ел во время своих обычных походов с отцом, мой отец приготовил нам на гриле несколько чизбургеров и хот-догов. Конечно, он дал мне вегетарианский бургер вместо настоящего, всегда заботясь о моем здоровье, но я была слишком счастлива, чтобы жаловаться. Особенно после того, как Картер позволил мне заменить мой бургер своим после того, как убедился, что папа видел, как я откусила несколько кусочков от моего.

Мы проводим большую часть ночи, слушая шутки Куэйда и все самые дурацкие истории о привидениях, которые Логан может вспомнить, в то время как Картер снимает все, делая кадр за кадром своей верной камерой. Я так счастлива и довольна тем, что у меня есть немного нормальной жизни, что это заставляет меня мечтать обо всех других вещах, которые я хочу испытать.

— Если бы у вас было три желания, любых, какими бы они были?

— Это просто. Я бы использовал свое первое желание, чтобы получить неограниченное количество желаний. — Куэйд закатывает глаза, как будто это было несложно.

— Вечно ты жадный, — бормочет Логан, подталкивая Куэйда локтем в плечо, пока тот не падает плашмя на спину.

— Нет, я серьезно. У вас есть только три желания, — подтверждаю я, любопытствуя, какими они могут быть для каждого из них.

Всем трем мальчикам требуется долгая минута, чтобы обдумать это, Логан высказывается первым.

— Если бы мне пришлось выбирать только из трех, то я бы выбрал полный проезд в колледж Лиги плюща на востоке, а затем работу на Уолл-стрит, — говорит он, и его ответ доказывает, что он всегда будет более зрелым из нашей четверки. — Последним желанием было бы, чтобы мы всегда оставались так близки, как сейчас, — добавляет он, и легкий румянец окрашивает его щеки.

Я улыбаюсь ему, давая понять, что я тоже этого хочу, а затем обращаю свое внимание на зеленоглазого мальчика, который выглядит странно задумчивым.

— А как насчет тебя, Куэйд? — Мягко спрашиваю я, надеясь вывести его из задумчивости.

— Хм, я хочу, чтобы мы навсегда остались лучшими друзьями, это само собой разумеющееся, — отвечает он, пожимая плечами, как будто невозможно просить о чем-то другом. — И однажды я хочу играть за Даллас Ковбойз, а после того, как я выиграю кучу колец за Суперкубок, я хотел бы иметь свою собственную семью. Стать таким отцом, которого у меня не было.

Последнее утверждение задевает за живое, и по тому, как он отказывается смотреть кому-либо из нас в глаза, я знаю, что это было признание, которое он предпочел бы оставить при себе. Не желая продлевать его неловкое состояние, я смотрю на Картера, надеясь, что он сможет разрядить тяжелую атмосферу.

— Картер, твоя очередь.

— Это глупо, — ворчит он, вырывая траву с корнями рядом с собой.

— Перестань быть мудаком, Картер, и просто ответь на чертов вопрос, — делает выговор Логан.

— Нет. Желания, это глупо. Они не сбываются, как бы сильно вы этого ни хотели, так зачем вообще беспокоиться?

— Господи, придурок! Прекрати свои месячные и просто поиграй в эту чертову игру, — воет Куэйд, взбешенный тем, что его друг не хочет играть после того, как он показал свое уязвимое подбрюшье.

— Нет! — Картер огрызается на него.

— Отлично! Я отвечу за этого долбоеба. Он хочет доставать нас всю оставшуюся жизнь, потому что в глубине души он нас до чертиков любит. Придурок также хочет однажды стать крупным фотографом, чтобы его снимки попадали на обложки журналов, галерей и прочее дерьмо, — шутит Куэйд, притворяясь, что делает снимки невидимой камерой.

— Остается еще одно желание, — поддразнивает Логан. — Как насчет неограниченного запаса черных футболок, кожаных курток и байкерских ботинок?

— О, это хорошо. Но должно быть что-то получше, чтобы соответствовать его черному сердцу, — насмешливо говорит Куэйд, делая вид, что напряженно думает о том, чего Картер мог бы пожелать. Но прежде, чем он успевает придумать что-нибудь столь же забавное, отвечает Картер.

— Я хотел бы, чтобы мои родители были еще живы! Для вас этого достаточно, придурки?

Все мгновенно замолкают, вспышка гнева Картера стирает улыбки с наших лиц.

— Я же говорил вам, что это глупая игра. Нет смысла желать того, чего у тебя никогда не будет, — выплевывает он.

— Это неправда, Картер. Если ты хочешь этого достаточно сильно, у тебя могут быть некоторые из этих желаний. Мы не можем изменить наше прошлое, но мы можем что-то сделать с нашим будущим.

Он поворачивается ко мне спиной и смотрит на небо, вероятно, не веря ни единому моему слову. Полная решимости спасти эту ночь и показать Картеру, что, хотя наше прошлое не наполнено великолепными радугами, наше будущее не должно казаться таким безнадежным, я поднимаюсь с земли и иду в дом, храп моего отца отражается от стен, говоря мне, что он вышел из игры. Я иду в его кабинет и беру четыре его желтых блокнота и несколько черных ручек. Когда я возвращаюсь на задний двор, я вижу, что Логан пытается подбодрить Картера, но безуспешно, судя по сердитому выражению лица темноглазого мальчика.

— Вот, — говорю я им, вручая по блокноту и ручке каждому из них, оставляя по одной для себя.

— Что это? — С любопытством спрашивает Логан.

— Мы собираемся составить список. На этот раз настоящий список всего, что мы хотим сделать с этого дня. Он может быть таким же большим, как и маленьким. Предел, это небо. Просто запишите все, чего вы хотите достичь в жизни, потому что, поверьте мне, это драгоценно и быстротечно. Мы не должны тратить ни секунды на жалость к самим себе.

— Написание списка кажется мне довольно расточительным занятием, — неубедительно бормочет Картер.