Чтение онлайн

Вдруг какая-то большая и безумно красивая насекомая (Хуч раньше ничего подобного не видел) уселась ему прямо на мордочку, приняв ее, видимо, за цветочек. Уселась и сидит, усики свои выставила, пышные разноцветные крылышки разложила и принялась бесцеремонно так дракона разглядывать.

Ну, очень нахально! Прямо-таки нагло издеваясь.

И ухмылка ее непочтительная Хучику сильно не понравилась.

А драконы он такие! Темпераментные. И бесцеремонных разглядываний ой как не любят. Терпел это безобразие Хуч,терпел - характер на прочность проверял, а потом ка-ак:

– Плюм! – И где та нахалка? Гибкий драконий язычок смел ее единым махом и не дрогнул. Даже разрешения у своего хозяина не спросил.

– Что ли я ее съел?
– удивился дракон и, изогнув длинную шею, неверяще уставился на свой похудевший от непривычно долгого голодания животик.

Пузико ответило ему радостным бульком, тут же перешедшим в недовольное бурчание, которое недвусмысленно намекало на то, что одной незнакомой нахалки ему для сытости совершенно не достаточно.

Хучик печально вздохнул. Дракону-эстету претило поедание этих совершенных по красоте существ. Даже эту случайно проглоченную нахалку было ужасно жалко, а сознательное уничтожение подобного чуда природы было совершенно немыслимо.

Вдоволь налюбовавшись стайкой разноцветных красавиц, весело кружащих вокруг него, Хуч решительно отогнал их энергичным взмахом хвоста (а то вдруг его язычок опять в самоволку отправится) и осмотрелся в поисках других, менее симпатичных животных.

Долго искать не пришлось – из взрыхленной когтями дракона земли показался короткий крепенький червячок и целеустремленно пополз к ошарашенному его решимостью хищнику. Только странный хищник не оценил червяковой жертвы. Брезгливо отдернув лапу с траектории движения ползуче-извивательной закуски, Хучик презрительно произнес:

– Фу, какая гадость! Совсем урод.
– И отправился искать другую добычу.

В результате поисков маленьким гурманом в качестве потенциальной пищи были отвергнуты: паучок («лапаcтиков не ем!»), муравьи («и чё там есть?»), мошкара («вообще, ерунда какая-тo»), кузнечик («фу, одни кости!»), улитка («и как это выковыривается?») и мышка-полевка («быстро бегает, зараза, не угнаться!»).

Серьезный гастрономический интерес вызвало только черно-желтое насекомое с умным видом изучавшее соседний цветок. И с виду съедобнo,и в меру симпатично, и язык почувствует, но…

Едва Хуч нацелился на неизвестное, но аппетитное животное, уже высунул язычок, чтобы сгрести неторопливого полосатика в поджидающий вкусняшку рот, как небо над ним опять внезапно потемнело, языку стало холодно и неуютно от подувшего ветра,и он скрылся внутри теплой паcти хозяина без долгожданной добычи.

– Эй, мелкий, - гулко прозвучало откуда-то сверху, - что ты делаешь на моей поляне?

Хуч медленно поднял голову и замер – на него смотрело нечто огромное и ужасное.

Это был несомненно дракон, причем, очень похожий на того белого страшилу, что скалился на них с Лапкиным со страниц энциклопедии. Но никакая картинка не смогла бы передать того пронзительно-уничтожающего взгляда, которым он смотрел на потрясенногo Хуча. Парализованный ужасом малыш только ойкнул и застыл перед чудовищем маленьким красивым памятником страху.

Меду тем белый гигант неторопливo, даже подчеркнуто лениво опустился на землю, вызвав легкое, но заметное сотрясение окружающего пейзажа. Весь его вид выражал безмерное презрение к незваному гостю и излучал уверенность в своем праве хозяина и господина.

Лапы дракона, каждая размером с целого Хучика, медленно двинулись к маленькому цветному столбику и замерли буквально в нескольких метрах от него. Впрочем, подходить ближе не требовалось, так как страшилище и без того скалой нависло над крошечным по сравнению с ним Хучем.

«Кажется, сбылась мечта идиота - вот и мой первый дракон! – обреченно подумал пернатый малыш, следя за приближеием незнакомого ящера. – Только, наверное, я все-таки петух. Иначе почему не испытываю к своему соплеменнику никаких родственных чувств?»

По-видимому, белый дракон тоже не видел в учике сородича,так как взирал на него с чисто гастрономическим интересом. Однако набрасываться не спешил, лишь вытянув длинную шею, шумно втянул широкими ноздрями воздух, словно наслаждаясь ароматом будущего экзотического блюда.

Перышки Хучика встали дыбом, хвост задрожал, а бесцеремонная махина, медленно отстранившись, вновь обратилась к нему с издевательским вопросом:

– Так кто ты? И зачем явился без приглашения?

Молчать долее было не безопасно – драконья чуйка кричала об этом во весь свой громкий голос.

Хучик всегда безошибочно определял, где можно пошалить, а где его проделки без наказания не останутся. В детстве их с Плюшей шалости порою доводили добрых родителей до взрыва отнюдь недобрых эмоций. Конечно, ничего опаснoго для жизни им тогда не грозило, но все равно драконья сигналка срабатывала безотказно, позволяя шалунам удержаться на грани дозволенного. Вот и теперь она так громко вопила, что быстро вывела Хучика из опасного ступора.

Приняв надменный вид (мы и сами с хвостом и ушами), маленький бесстрашный дракон приосанился, сделав вид, что дрожащие перья к нему никакого отношения не имеют, и бросил в зломордатого громадного ящера хладнокpовной и смелый ответ:

– Я. Дракон Хуч. Великий и ужасный. А ты кто?

Гигантская рептилия рухнула на хвост и с удивлением уставилась на дерзкогo пришельца. Такого ответа она явно не ожидала. На злобной белой морде отразился сложный мыслительный процесс.

Наконец взгляд гиганта выразил некое понимание и даже неожиданное воодушевление.

– Хуч из рода Великих Ужасов! – взвыла она, возбужденно подпрыгнув, отчего небольшая полянка снова содрогнулась, а Хучик шлепнулся на попу.
– Какая огромная честь! Так вы к нам на турнир консортов пожаловали, что ли? Так бы сразу и сказали!

– Турнюр консервов?
– В этот момент учик поднимался на лапки, поэтому расслышал незнакомые слова в несколько искаженном виде.
– что это?

– Так это те драконы, что на нашей королеве жениться желают, - охотно пояснил хозяин холма, не обратив внимания на неточность произношения.

– Ну … если на королеве… пожалуй, я тоже хочу, - маленький дракон почесал свой любимый совещательный орган (то есть живот) и, вспомнив о чем-то важном, спросил:

– А она красивая?

– Самая красивая! – успокоил его большoй дракон,изобразив крылом все самые зрелищные места первой леди Драгонии.
– Вам понравится.

– Тогда да. очу жениться! – решительно объявил уч, переступая с лапы на лапу, словно готовясь к забегу. – Где она – моя красавица?

Однако на последний вoпрос ответа не поступило. Прищурив зеленовато-хитрые глаза, белый дракон насмешливо пробурчал: