Чтение онлайн

– Мoжет, сначала помоемся, а потом пoговорим!

Уговаривать парня не пришлось. Схватив свою вновь обретенную невесту на руки, Кенбугай ринулся в воду. Мылись долго, с удовольствием, отыскивая на теле друг друга самые нуждающиеся в гигиеническом уходе местечки, наслаждаясь каждым прикосновением, смывая не только песок, но и горечь взаимных обид.

– Где твоя одежда? – уже на берегу спросил Кенбугай девушку, влезая в собственные штаны.

– У меня нет, - прошелестел в ответ немного печальный гoлос, но тратить время на расспросы и удивление магун не стал.

Зачерпнув широкой ладонью полную горсть песка, он превратил его в легкое белое платье. Протянув волшебный наряд обнаженной подруге, он невозмутимо продолжил свое собственное облачение.

– Надо позаботиться о ночлеге, - практичный мужчина огляделся по сторонам в поисках какого-нибудь укрытия.

Не обнаружив ничего похожего, он снова посмотрел на любимую. В белом платье, со струящимися по плечам и спине распущенными волосами и трогательным выражением полного доверия в голубых глазах она была так хороша, что Кенбугай снова пoзабыл обо всем на свете. Потянулся к ее припухшим от его жадных поцелуев губам, сжал в крепких магунских объятьях, заставил почувствовать всю твердость его намерений.

Песочная история грозила немедленно повториться, но… влюбленная сина, несмотря на пожар в крови и розовый туман в глазах, все же нашла в себе силы отстраниться и жалобно произнести:

– Кен, я кушать хочу!

И молодому перу стало стыдно.

Ведь он забыл самый главный принцип магунов в отношении женщин: сначала возлюбленную надо накормить, затем одеть во все новое и красивое, и лишь после этого демонстрировать свои великие магунские таланты и твердость намерений.

Хорошо, что старший брат не ведает о его проколе. Дюн никогда бы не одобрил такого эгоистичного поведения младшего брата.

Пристыженный пер магсинской империи поспешил приступить к своим мужским обязанностям: подобрал несколько шепок, сложил на берегу и, использовав простейшее заклинание, превратил их в стол и два легких кресла.

– Надеюсь,ты любишь рыбу! – сказал он Барби, протягивая руку к морю.

Пару щелчков пальцами и… на столе появилось широкое блюдо, на котором лежали две огромные жареные рыбины, целая гора уже готовых к употреблению в пищу креветок и не менее десятка открытых и политых соусом устриц. Салат из морских водорослей и кувшинчик вина (из чего его произвел магун, осталось его секретом) дополнили аппетитную картину.

Восторженно пискнув и позабыв о манерах благовоспитанной сины, Барби бросилась к столу. С не лишенной самодовольства улыбкой автор пиршества к ней присоединился.

Тишина, царящая за столом, очень долго нарушалась лишь звуками вполне естественными для вкусного обеда (то есть чавканьем, чмоканьем, сладострастными стонами и звоном столовых приборов). Но едва oсновной голод был побежден и в уме присутствующих настало просветление, Кенбугай хлопнул себя по лбу (кстати, звук получился величественным) и выдал потрясающее:

– Хрен зеленый, я совсем забыл! Куда скотинка-то лапчатая подевалась?!

Сина Барби подавилась креветкой, которую не успела дожевать, и зашлась в удушливом кашле. Но едва угроза жизни была предотвращена, дыхание восстановлено и к ней вернулся дар речи, девушка поспешила объясниться с непонятливым возлюбленным:

– Милый, Лапкиным была я!

– Как это? – удивился он, вновь не понимая очевидного.

– Когда я так внезапно исчезла из дворца, на самом деле я не уехала на родину. Меня превратили в Лапкина и забросили в Гоббийскую пустыню. орошо, что я попала в дом нхелов и встретила Плю с учиком.

– Вот как?
– произнес второй пер империи, пряча под стол сжатые в кулаки ладони и стараясь изменившимся от ярости голосом не напугать любимую.
– Кто же этот cмертник, что сотворил такое зверство с моей невестой?

Скрыть свою злость ему все же не удалось. Барби бросила на него подозрительный взгляд и тихо спросила:

– Уж не собираешься ли ты мстить за меня, дорогой?

– Мстить не буду, я просто убью эту сволочь и прикопаю в каком-нибудь тихом месте.

– Обещай мне, любимый, что ты не будешь связываться с этим бесчестным магуном и рисковать своей жизнью! Он слишком силен и опасен.

– Ты просишь меня о невозможном! – сквозь стиснутые зубы проговорил молодой пер. Его уже трясло от ненависти к незнакомцу, заставившему их обоих страдать и мучиться несколько месяцев.

– Обещай! – настойчивые нотки в голосе подруги были столь непривычны, что мужчина не мог не поддаться их силе.

– Хорошо! Обещаю, - наконец, выдавил он из себя, скрестив за спиною два пальца.

– Это наш император, - прошептала сина и закрыла лицо руками.

– Дядя Отчимус? – Кенбугай испуганно оглянулся и тихо порадовался, что дал своей девушке обещание не связываться с негодяем.

Конечно, он и сам был неслабым магуном, но тягаться с императором в магической мощи все же не мог. Хотя , если они с братом объединят cвои усилия, то… .

«Подумаю об этом позже, - решил Кенбугай, - а пока проясню ещё один непонятный момент»

– Любимая, почему ты мне сразу не сказала, что ты не животное?

– Потому что я очень стеснялась. Я ведь думала, что ты забыл меня и разлюбил. А предстать перед бывшим возлюбленным в виде восьмилапой зверушки было бы слишком ужасно.

Влюбленные замолчали. Больше меж ними не было тайн и разногласий. Однако настроение обоих было безвозвратно испорчено. Есть уже не хотелось совершенно, заниматься любовью, как ни странно, тоже. Молодые люди встали из-за стола и отправились бесцельно бродить по берегу. Их руки были тесно сплетены,их головы соприкасались – они думали о своей дальнейшей жизни на острове, где снова обрели друг друга.

– Знаешь, если мы здесь, значит,так надо, - философски заметил Кенбугай, поглаживая ладошку доверчиво прижавшейся к нему Барби. – Давай обустраиваться, а потом будет видно.

Возражений не последовало, и молодая пара дружно взялась за устройство своего первого семейного очага.

Сначала они ашли относительно ровную площадку (единственная подходящая находилась под пальмой). Кен с помощью магии подтащил к ней камни и песок. Применив все свои знания строительства (весьма скудные, надо признать) и магическую силу, молодой магун соорудил из подручного материала небольшой, но симпатичный домик.

Из собранных Барби коряг и сухой травы была намагичена необходимая в хозяйстве мебель. Украсив по просьбе невесты их первый совместный дом плющом и вьющимися розами, Кенбугай с гордостью обозрел свои новые владения и притянул к себе свою самую любимую сину на свете.