Чтение онлайн

После всех перипетий для Кати наступила полоса везения, незаслуженного, на ее взгляд. Энн снимала домик вместе с сестрой. Последняя уехала в апреле на стажировку, а в конце месяца и вовсе забрала вещи, сообщив, что переезжает в Нью-Йорк строить карьеру. Катя, которая временно занимала ее жилую площадь, на полных правах внесла свою часть аренды.

В ресторане, где она проработала два месяца официанткой, ее повысили до администратора, подняв стоимость рабочего часа.

В колледже, из-за отсутствия средств, нагрузку Катя взяла небольшую, и времени на учёбу уже не уходило так много как раньше.

Но прежде всего Кате было спокойно. Она получала удовольствие, когда сидела просто так на кухне и обнимала руками любимую чашку с капучино, полулежала на подоконнике и смотрела часами на дорогу сквозь зеленеющие ветки деревьев, долго стояла под душем, струи воды поглаживали тело. Что бы ни делала, не считая рабочего времени, она внимательно наблюдала за людьми, обстановкой, не торопилась, не боялась, тихо удовольствовалась моментом.

Оглядываясь и перебирая свою жизнь, она не помнила время, когда ей было так хорошо. Бывали периоды большего везения, обстоятельств благоприятнее нынешних, но сейчас счастье Катино не зависело от внешнего. Случись землетрясение, война, апокалипсис, она также будет радоваться, просыпаясь по утрам. Ее внутренний мир словно обмотался в многослойный кокон, о который касались, но не могли проникнуть внутрь печали и тревоги, что дымчатыми привидениями витают по миру. Казалось, в теле происходил бесконечный конвейер химических реакций, выпускающий умиротворение за умиротворением. Энергия, которую люди обычно бездумно транжирят, забралась без остатка в ее тело, так клубни дыма обратной съемкой скукоживаются обратно в трубу. Работала и взаимодействовала с людьми на автомате, за счет внешнего источника питания.

А еще она полюбила кошек. Катя с детства была к ним неравнодушна, а сейчас не пропускала ни одну, чтобы не взять на руки, а на худой конец погладить мурчащую шерстку, умилительные розовые подушечки.

Свое состояние Катя связывала с влиянием Энн. Ни с кем другим ей не было так уютно молчать, прижавшись по вечерам калачиком к книге. Тело, сознание, душа, всё вместе достигли такого уровня расслабленности, что по утрам слегка мутило от необходимости поднапрячься и выйти в мир.

Она поделилась своими мыслями с Энн, описала свои ощущения. Но та, удивительно, не порадовалась за подругу, а озабоченно спросила:

— Тебя сильно тошнит по утрам?

— Я же говорю. Такое ощущение, словно каждая моя молекула пребывает в дзене. Утром я себя соскребаю в постели, потому что надо ехать на занятия, и тогда тело начинает возмущаться…

— Это понятно, — перебила Энн, — а задержки у тебя нет?

Катя медленно села в кресле, книга упала с колен. Начала что-то подсчитывать на пальцах, сбилась.

— Еще я с Филиппом жила, в последний раз критические дни были — растерянно сказала Катя. По кокону прошла трещина, и обвалились первые куски скорлупы.

— Катя, ты в своем уме? Это уже шесть недель прошло, получается.

Откуда берется счастье? Из исполнения мечты, или внешние события никогда не выработают в теле нужный гормон? Способен ли человек сам сделать себя счастливым или требуемая химическая формула не подвластна людской воле, а сама руководит действиями, а возможно судьбой. Быть может люди — это подвид роботов, а управляют ими процессы в организме. Но как не добывалось счастье, практическим ли, естественным ли путем, оно неизменно недолговечно.

Тест показал две полоски.

В офисе стало теснее на три новых работника, Но пользы бизнесу они, неопытные, не приносили. Накануне Джастин досидел на работе до раннего утра следующего дня, то есть сегодняшнего, поспал несколько часов в кресле и продолжил с того же места, на котором слиплись глаза. Оставалось навести несколько мелких штрихов, завершающих проект. Он вот-вот собирался отправиться домой, чтобы помыться, возможно поспать, чтобы затем вернуться и взяться за следующие задачи. Но “вот-вот” всё оттягивалось и оттягивалось, пока не пришло время обеда. Сорок девять намеченных задач выполнено, появилось сто пятьдесят семь новых. Кроме того приходилось всё время объяснять новым работникам особенности проекта, требования к его выполнению, напоминать пожелания клиента, исправлять ошибки или переделывать работу полностью.

Джастин недовольно проводил рукой по щетине. Когда стало понятно, что обед переносится на ужин, позвонил клиент следующего проекта, к которому еще не приступали, и попросил ускорить дедлайн.

Джастин сел в кресло. Глаза его смотрели бессмысленно на дверь. Раз десять звонил телефон и когда он, наконец, умолк, дверь распахнулась и на пороге появился Гарри. Его лицо также было покрыто щетиной, черные волосы на подбородке и щеках обесцветились сединой на концах. Помятый зеленый пиджак и черные штаны в блестящих пятнах выглядели так, словно Гарри несколько дней пролежал-промаялся под дверью офиса, решаясь зайти. И запах он принес не свежий.

Он стоял у входа и молчал, Джастин тоже ничего не говорил. Полулежал в кресле и смотрел на бывшего сотрудника без всяких эмоций на лице.

— Мое рабочее место должно быть уже занято, — неуверенно заговорил Гарри.

— Сидят там какие-то придурки, — Джастин резко поддался вперед, — пойди, скажи им, чтобы свалили с твоего места.

Гарри повернулся было к выходу, но остановился:

— Проведешь меня?

Джастин прошел с новым старым сотрудником в соседний кабинет, где сидели двое парней и одна девушка. Он мотнул головой долговязому рыжему парню, что сидел у окна, в сторону выхода. Тот уступил место Гарри. Джастин быстренько ввел в курс дела последних задач своего ценного сотрудника и вернулся в кабинет, намереваясь покинуть этот корабль. Он медленно складывал ноутбук в сумку, собирал бумаги. Этой ночью он поработает из дома.

В дверь постучались. Вошла девушка. Синие джинсы и красная клетчатая рубашка. Русые волосы плотно завязаны в короткий хвост, правильные черты лица, которые никак не выделялись косметикой. Тот тип девушек, которые не стараются понравится, но вызывают симпатию естественной ненавязчивой красотой. Она льется изнутри, но слабо отражена на внешности. Лицо ее показалось Джастину знакомым.

Джастин по памяти пытался вспомнить свое расписание в ежедневнике, не назначено ли собеседование на это время.

— Здравствуйте, я Энн.

— Привет, — Джастин запихнул мышку в сумку.

— Я подруга Кати.

Джастин на секунду замер и застегнул сумку:

— С ней всё в порядке?

— Не совсем. Кое-что случилось. Она не хочет, чтобы ты знал, но я считаю — это неправильно. Ты должен знать. Так что прошу меня не выдавать.

— Что я должен знать? — Джастин приостановил сборы и не сводил глаз с лица девушки. Он указал ей рукой на кресло, и та присела на краешек с прямой спиной.

— Мне известно, что случилось в день рождения Кати. В тот вечер она переехала ко мне и всё рассказала.

Джастин опустил глаза. Голодная тошнота подступила к горлу, кожа покрылась гусиной кожей. Он успел расслабиться, предвкушая долгожданный отдых, и тело злобно протестовало против серьезных разговоров.

— Ее жизнь наладилась и вошла в спокойное русло. Но на днях мы узнали, что она беременна.

Энн замолчала. Джастин рассматривал руки на коленях, обдумывая полученную информацию.

— Она вроде жила с мужчиной.

— Да, но этот ребенок точно твой. Она говорила, что у нее были кое-какие проблемы с женским здоровьем, она лечилась и до… — Энн запнулась, — до того, как всё произошло, у нее около месяца не было секса с Филиппом.