Чтение онлайн

Я развернулась, и подол платья зацепил ногу стоящего на подставке манекена, из-за чего тот полетел в сторону стеллажа с лабораторными склянками рядом с моим работодателем. Я потянулась, чтобы поймать его, но рефлексы Джекаби сработали быстрее. Он остановил манекен в шаге от дорогих мензурок и пипеток, затем вернул его на место и наконец-то взглянул на мое громоздкое красное платье.

— Что, во имя всего святого, на вас надето? — произнес он. — Я надеюсь, вы не намерены одеваться подобным образом, пока мы работаем.

Я сглотнула. Мои щеки горели, а атласный воротник, казалось, сильнее сжал горло.

— Это просто... — ответила я. — У меня остались только похожие на это вещи. И еще пара мальчишеских брюк, но я, конечно же, не могу разгуливать в них по городу.

— Кажется, вы и в этом едва можете ходить, — произнес Джекаби, возвращаясь к готовке. Он взял два одинаковых красных контейнера и обнюхал каждый. — Если вам нужна одежда, вам стоит обратиться за помощью к Дугласу.

— Дуглас носил женские вещи? — удивленно спросила я, поднимая бровь.

— Не то чтобы я был в курсе. Хотя я бы предпочел видеть его в платье, чем в перьях. Он ведет учет моих предыдущих расследований, а также занимается бухгалтерией. Я получил как-то груду женских вещей в качестве оплаты от одного клиента. Они принадлежали его покойной жене, если я правильно помню, а может его матери. Спросите Дугласа, уверен, он вспомнит. Как по-вашему, пахнет паприкой или порохом? — он поднес один из контейнеров мне под нос, и я осторожно вдохнула.

— Паприка? — предположила я, не имея ни малейшего представления, так ли это.

Джекаби кивнул и щедро посыпал ей содержимое сковородки. Сверх того он добавил немного содержимого из другого контейнера. Он отступил, закрыв лицо руками, когда порошок затрещал, буйствуя на жирной сковородке. Когда ничего так и не взорвалось, он выпрямился, вдыхая приятный аромат и улыбаясь.

Я же отправилась на поиски утки, чтобы разузнать о платьях.

Дуглас был мил, как все птицы, и в ответ на мой неопределенный вопрос подтолкнул меня к мшистому сундуку позади пруда. Я любезно его поблагодарила, и он улетел к своему насесту на маленьком острове. Я же открыла сундук и вытащила пыльное черное платье. Он выглядело так, что даже пуританская бабушка могла бы счесть его немного старомодным. Я все же приложила его к плечам. Покойная жена клиента — или, возможно, его мать — была по всей видимости крошечной и совершенно не обладала вкусом. У меня за спиной раздалось тихое хихиканье.

Приведение с комфортом расположилось на поросшем травой бревне. Ее мерцающую голову подпирала рука.

— Оу! Я не... Доброе утро, мисс Кавано, — сказала я.

— Дженни, вполне достаточно, — она улыбнулась. — Вам, правда, не стоит носить это, знаете?

— Я спросила.

— Уверена, что вы так и сделали, дорогая. Вам не стоит носить это, потому что оно ужасно.

— О, — ответила я, — полагаю, вы правы. Хотя, будь я на голову ниже и на десять килограммов полегче, я бы была очаровательным пилигримом. Крошечным, очаровательным пилигримом.

— Я думаю, вы чудесно выглядите в этом милом красном наряде, дорогая. Правда, это скорее вечернее платье, чем дневное, так ведь?

— У меня не такой уж большой выбор. Все, что у меня есть с собой, либо милое, либо практичное. За исключением того платья, что вы постирали. К слову, спасибо вам за это.

— Если они вам не нравятся, зачем же вы их брали с собой?

— Это было первое, что я увидела в шкафу, — вздохнула я.
– До моего побега из дома, мама любила одевать меня в эффектные платья от своих любимых кутюрье, будто я ее кукла. Я никогда не думала о том, что носить, потому как ей было глубоко безразлично, что я думаю об этом. Возможно, мой выбор был бы больше, если бы она собирала мои вещи. А еще мне бы понадобился отдельная каюта для шляпных коробок. Ее самый большой страх, что ее дочь могут увидеть одетой в лохмотья. Под это определение подходит любой наряд без жесткого корсета, кружев и пяти слоев ткани. Я взяла с собой несколько комплектов школьной формы и с радостью ходила бы в них. Но я надевала их прежде, и они созданы для сидения за столом, а не для карабканья по скалам. Они легко рвались, а подолы скоро разошлись на ленты. В конце первого месяца они и в правду напоминали лохмотья. Оставшееся время на раскопках я провела в мальчишеских брюках.

— Вы не могли!

— Еще как могла! Более того, мне это понравилось... по началу. Это было частью моего большого акта неповиновения: смело, дерзко и захватывающе. Могу вас заверить, чувство освобождения покинуло меня после нескольких месяцев тяжелой пыльной работы. Сейчас я бы хотела, чтобы у меня были с собой платья, чуть меньше напоминающие... платья.

— Ну что ж, — сказала Дженни, — если вам нужно выбрать между двумя противоречивыми вариантами, поступайте как Джекаби. Выбирайте оба, — она похлопала по стопке сложенной одежды, лежащей рядом с ней. — Если вы ищите что-то более функциональное, примерьте эти. Мне кажется, вы чуть меньше меня, но, если вы захотите, я могу помочь вам с ними. Не то что бы они могли мне пригодиться в ближайшее время.

Я взяла в руки первую вещь. Это была шоколадно-коричневая юбка из прочного хлопка. Не такая прочная и грубая, как деним, но плотнее и практичнее, чем те, что были у меня. Я приложила ее к талии. В длине она не достигала пола. Мама была бы подавлена при мысли о моих голых лодыжках, открытых миру. Мысль о том, что мне не придется спотыкаться, ступая на тротуар, приводила в восторг.

— Это простое дневное платье, ничего невероятного, — сказала Дженни.

Следующей вещью оказалось простое платье с застёжками спереди. Оно было минимально расшито неброской вышивкой, не теряя при этом женственных черт. Длинный приталенный жакет собирался складками на талии и перетекал свободно в юбку. Представший передо мной наряд был простым и элегантным, и выглядел куда комфортнее, чем все мои вещи.

— Застежки расположены на спине, здесь и здесь есть карманы, — Дженни показала на юбку.

Карманы! Я была в восторге. Никогда не понимала неприязни карманов в женской моде. Как будто это было бы величайшим стыдом, если бы кому-то понадобилось захватить что-то с собой.

— Они принадлежали вам? — спросила я, тут же почувствовав, как бестактно прозвучал этот вопрос. Но Дженни, кажется, ничего не заметила. Она кивнула.

— Скукота, я знаю.

— Что вы, они прекрасны!

— У меня есть еще несколько юбок и передников, если вы пожелаете, — улыбнулась она. — Ничего особенного, но они прекрасно служили мне, когда я помогала в лаборатории.

— В лаборатории? Вы были ученым? — спросила я.

— Мой жених был ученым, а я училась, — она улыбнулась неуверенно. — Смею сказать, это подготовило меня к жизни под одной крыше с мистером Джекаби. Насколько это вообще возможно в случае с Джекаби.

— А ваш жених? Что с ним случилось? — у меня складывалось ощущение, будто я сплетничаю со старшей сестрой.

Дженни поджала губы и промолчала. Я тут же пожалела, что спросила. Мгновения спустя, она вежливо улыбнулась.

— Примерьте их, ну же! — настояла она.

Я отвернулась, чтобы расстегнуть мой пышный красный наряд, и обнаружила чопорную утку, усевшуюся на мшистом шкафу позади меня.

— Господи, Дуглас! Ты не собираешься... хм... улетать или что-то подобное? — сказала я ему.

Дуглас повертел головой из стороны в сторону, выглядя при этом как обычная птица.

— Не понимаю, почему ему стоит это делать? — произнесла игриво Дженни за мной. — Он же утка, в конце концов. К тому же, я наблюдала, как он одевается несколько раз, — добавила она, ностальгически улыбаясь, — неплохая фигура. Думаю, это будет честно.