Чтение онлайн

– К вам приходили полицейские, сударь, - театрально заявил ему Бинджер, выбежав навстречу.

– Кто? Спунер или Финниган?

– Нет, они пришли сюда все и допрашивали Вильяма. Как странно, что дворецкого, как и меня, зовут Вильямом...

– Перестаньте болтать, - нетерпеливо оборвал его Джемс.
– Что они говорили Вильяму?

– Хотели узнать, не выходили ли вы прошлой ночью из дому. И Вильям им сказал, что, насколько ему известно, вы всю ночь провели дома. А я-то наверное знал, что вы были дома, и так и сказал им. Они записали мои слова в протокол.

– Когда они ушли?

– Они еще не ушли. Они прошли к вам в кабинет. Один из них сказал, - а всего их было трое, - что скверно себя чувствует и хочет отдохнуть: уж очень сильно солнце напекло ему голову.

– Насколько я успел заметить, солнце за последний месяц не выглядывало ни разу. Должно быть, третьего зовут Уэллингом. Это вполне в его стиле.

– Совершенно верно, сэр, так его и зовут. Пожилой, седой человек, а ведет себя, как ребенок, или не в своем уме. Поставил граммофон на стол и все спрашивал, к чему в нем боковое отверстие. Просто ужасно, что взрослые люди иногда ведут себя так ребячливо.

– Да, это ужасно, - убежденно заявил Джемс и поспешил к себе в кабинет.

Уэллинг, как ни в чем не бывало, разглядывал одну из гравюр, украшавших камин. Завидев хозяина, он приветливо улыбнулся и сказал:

– Вот, наконец и вы, Морлек. Вы отлично выглядите.

– Я только что встретил врача, и он высказал противоположное мнение. Однако, надо полагать, вам как детективу это известно лучше, - пошутил Джемс, пожимая полицейскому руку.

– Я решил навестить вас, - Уэллинг, следуя странной привычке, глядел в потолок, а затем внезапно опускал глаза на своего собеседника. Чем выше тот был ростом, тем сильней приходилось задирать голову сыщику.

Он смотрел Джемсу прямо в глаза. Взгляд его казался ласковым, однако не раз приводил в отчаяние самых закоренелых преступников.

– Я только вчера узнал, что двое наших сотрудников следят за вами. И кому пришла в голову такая мысль, - возмущенно сказал он.
– Как только мне стало известно об этом, я поспешил приехать и тотчас отправил наблюдателей восвояси. Я не хочу стеснять вас, Морлек. Это несправедливо.

Джемс раскатисто захохотал.

– А я уверен, что именно вы поручили своим сыщикам следить за мной.

– Я уверен в этом еще в большей степени, чем вы, - печально произнес Уэллинг и покачал головой.
– К сожалению, в интересах дела нам иногда приходится лгать.
– Он сокрушенно покачал головой.
– И к чему эта бесконечная и бессмысленная ложь? Порой мне становится от этого не по себе... У вас очень славный граммофон... Есть и пластинки?

– У меня их немало, - поспешил ответить Джемс.

– Кто бы мог подумать, - неторопливо произнес Уэллинг.
– А я как раз завел граммофон, - добавил он.

Диск вращался очень медленно.

– Странно, ваш граммофон ползет, как улитка. Вздумай вы поставить лампу на середину диска, а на его край картонную фигурку человека, то забавная тень упала бы на занавеску. Казалось бы, что вы ходите мимо окна. Что вы скажете, Морлек? Если я когда-нибудь соберусь, наконец, написать книгу о преступном мире, то обязательно упомяну о граммофоне. И знаете, обязательно приложу к описанию приспособление с фигуркой человека и несколько иллюстраций.

Джемс переставил регулятор, и диск завертелся быстрее.

– Даже самый хитрый и продуманный план из-за маленькой небрежности может потерпеть неудачу. Будь я преступником и намеревайся обмануть полицию, то прежде всего переставил бы регулятор в обычное положение. Попрошу вас не забыть и об этом в своей будущей книге.

– Разумеется, я не забуду и о регуляторе, - заверил Уэллинг. Благодарю за информацию, - добавил он шутливо.

Оглянувшись, капитан поискал глазами Спунера и Финнигана.

– Я полагаю, что все в порядке. Вам нечего терять здесь время понапрасну. Возвращайтесь в Лондон первым же поездом, - отпустил он полицейских.
– Я вас догоню. А пока потолкую с мистером Морлеком наедине.

Подойдя к окну, он поглядел сыщикам вслед.

– Славные ребята, - сказал он, обращаясь к Джемсу, - очень преданны своему делу, но, к сожалению, инертны и безынициативны. Скажите мне откровенно, Морлек, где вы были этой ночью?

– А как по-вашему, где я мог быть?
– Джемс, усевшись поудобнее у камина, принялся набивать свою трубку.

– Я полагаю, что этой ночью вы успели навестить нашего общего приятеля Марборна. Ваше внимание привлек его несгораемый шкаф, вы вскрыли его и очистили. А вы знаете, я говорю только то, что мне известно. Наверняка, Морлек. Вы меня огорчаете.

И он многозначительно покачал головой.

– Акула не кусает акулу, а один вор не должен обкрадывать другого. Я полагаю также, что для вас не является тайной тот факт, что Марборн является вором, хотя и носил полицейский мундир. И начальнику Скотленд-Ярда из достоверных источников это тоже известно. Вы хоть нашли то, что искали?

– Нет, мне не удалось.

– Но почему, в таком случае, вы взяли у него деньги?

– Какие деньги?
– невинно осведомился Джемс.

Капитан Уэллинг опустился в кресло и старательно подвернул брюки на коленях - признак того, что беседа будет долгой.

– Нам придется всерьез поссориться, Морлек, - сказал он участливо.

– Бога ради, что вы такое говорите!
– взмолился Джемс.
– Я забираю деньги лишь у человека, который бросил мне вызов.

Уэллинг кивнул.

– Об этом я давно догадывался. Возможно, деньги достались ему нечестным путем, но все же они - собственность Марборна. Объясните мне хотя бы, почему Марборн пользуется безграничным влиянием на Гамона?

– Насколько я знаю, Марборн занимается вымогательством. Документ, имеющий для Гамона огромное значение, находится у него в руках. Гамон вынужден платить ему за молчание. По крайней мере, таковы мои догадки.

– Таким образом, речь идет о документе, письме или протоколе, и вы за ним тщетно гоняетесь. Если документ попадет в руки полиции и суда - песенка Гамона спета? Надеюсь я правильно все излагаю?

– Совершенно верно.

– Вот и прекрасно, - продолжил Уэллинг, разглядывая свои руки.
– Так значит, стоит документу попасть в руки полиции и Гамона ожидают крупные неприятности. Теперь скажите мне, наконец, что же таит в себе документ, почему Гамон до сих пор не уничтожил его?

На губах Джемса заиграла улыбка.