Чтение онлайн

Как известно, время лечит, но плохое помнится дольше, чем хорошее. Старые добрые времена канули в Лету, но хотя они демонстрировали полное безразличие, не обменивались поздравительными открытками и злословили в отношении друг друга, каждый из них был в курсе, как обстоят дела у остальных троих, получая информацию окольными путями. С Джорджа маска слетела во время записи «I'm The Greatest», а Пол — не в лучшую пору своей профессиональной карьеры — признался, что не возражал бы против того, чтобы время от времени работать вместе с Джоном. И даже Джон теперь сетовал, насколько они были не правы, допустив столь необратимый распад группы.

Под напором гормонов, взбунтовавшихся в процессе преждевременной мужской менопаузы, Джон оставил Йоко, чтобы устроить себе продлившийся 15 месяцев «потерянный уикенд» в компании больших любителей выпить — Нильссона, Спектора и Кейта Муна. Перед лицом надвигавшегося развода с Морин Ринго тоже погрузился в пучину пьянства.

Несмотря на восстановление взаимоотношений, у всех у них так или иначе ослабла профессиональная хватка, что отнюдь не способствовало созданию прочной основы для второго пришествия Beatles.Гэри Глиттер высказался по этому поводу следующим образом: «Они должны вернуться в качестве еще более великой в творческом плане, чем прежде, команды, что будет для них чрезвычайно трудной задачей». Это было такой же трудной задачей, как возвращение Мохаммедом Али титула чемпиона мира в 1975 году. Вполне вероятно, что Beatlesудалось бы вернуть свой чемпионский титул, пусть даже мир стал более прозорлив в отношении их индивидуальных слабостей. От них неизбежно ожидали бы слишком многого, но каким получился бы их новый альбом, не имело большого значения. Как покажут события 1980 года, более сенсационные, чем совместный концерт, битломания с годами не теряла актуальности. Слушая «She Loves You» в программе «All Our Yester–plays» на Radio 1, взрослые люди вновь становились отвязными тинейджерами Свингующих Шестидесятых.

Однако прежние объекты их поклонения так и не воссоединились. «Невозможно раздуть потухшие угли», — подвел итог Маккартни. Зато было вполне возможно завоевать рынок, эксплуатируя популярность Волшебной Четверки, что он и сделал вместе с Wings.

По иронии судьбы, тот из Beatles,кого меньше всего прельщала сцена, первым предпринял тур по Северной Америке, от побережья до побережья, в качестве сольного исполнителя. Нелюбовь Джорджа к турам пересилило стремление создать дополнительную рекламу готовившемуся к выпуску альбому «Dark Horse», несмотря на то что его дела и так шли вполне благополучно: «Living In The Material World» продавался так же хорошо, как до него «All Things Must Pass», а предшествовавшая туру пресс–конференция в Беверли–Хиллз собрала многочисленную публику. В стиле голливудской звезды он подъехал к отелю в сверкающем «Mercedes» и проследовал в конференц–зал в окружении плотного кольца представителей средств массовой информации под щелчки и вспышки камер, не давая автографов и отворачиваясь от микрофонов, которые репортеры совали ему в лицо. Его засыпали вопросами: «Мистер Харрисон, Beatlesвновь собираются вместе?», «Как вы находите Америку?» — на что он ответил: «Поворачиваю влево от Гренландии», и все рассмеялись, вспомнив тот же ответ Ринго на тот же вопрос в 1964 году. «Вы разводитесь?» — «Нет, разводиться так же глупо, как и жениться». — «Почему в вашей аккомпанирующей группе нет Эрика Клэптона?»

Бульварной прессе не потребуется много времени для того, чтобы красочно изобразить перипетии семейной жизни Харрисонов. Клэптон ведь был не первым, кто наставил рога Джорджу, не так ли? Впоследствии «News Of The World» опубликовал откровения Крисси, бывшей невесты Рона Вуда, только что присоединившегося к Rolling Stones.Развалившиеся в креслах в послеобеденной истоме британцы, по всей видимости, получили немалое удовольствие, читая ее фантазии о том, как Харрисон и Вуд поменялись женами. Они пронесли свой позор через оба полушария — Крисси и Джордж отдыхали в Португалии «на очень серьезном, духовном уровне», а затем в Швейцарии, в то время как Рон и Патти были вместе на Багамах. «Если кто–то и ревновал, так это я, — заявляла Крисси, — больше никто». Джордж и Рон бренчали на гитарах и писали песни, а Патти не возражала, когда папарацци назвали еще одну возлюбленную ее мужа, Кэти Симмонс, которая до этого была подружкой Рода Стюарта, певца из прежней группы Вуда, Faces.

Бывшие когда–то возлюбленными, Патти и Джордж признались друг другу в неверности, понимая, что рано или поздно один из них узнает — выражаясь словами «So Sad» — «того, кто может сыграть роль в сне, который мы однажды видели вместе». Когда наконец Эрик признался Джорджу в своих чувствах к Патти, он был немало озадачен, ибо тот предложил ему свою жену в обмен на его последнюю подружку. Обезоруживающее остроумие Джорджа разрядило обстановку. Эпопея с разводом, состоявшимся 7 июня 1977 года, началась летним днем 1975 года в Хертвуд Эдж во время шутливой беседы между сторонами. Делая вид, будто она следит за теннисным матчем, Патти украдкой бросала взгляды то на мужа, то на любовника. Начал Джордж: «Я думаю, мне лучше развестись с ней». — «Это означает, что мне придется жениться на ней», — отозвался Эрик.

До сих пор самым продаваемым сольным синглом Эрика была кавер–версия «I Shot The Sheriff» Боба Марли, и его раздражало то, что Джордж, а не он познакомился с великим Марли, который умер в 1981 году. Зато теперь Эрик более тесно общался с Бобом Диланом, чем Джордж. Хотя Харрисон и Клэптон продолжали поддерживать дружеские отношения, между ними существовало определенное соперничество. Впоследствии Эрик не раз подчеркивал, что ему все же удалось отбить у Джорджа Патти. Актер Джон Херт вспоминал, как однажды Харрисон вызвал Клэптона на дуэль на гитарах.

Под влиянием славы, финансового благосостояния и религиозного образования Джордж приобрел гораздо большую, чем прежде, уверенность в том, что он говорил и делал. В те дни его рассуждения носили особенно морализаторский характер. Слоняясь по саду, он разглагольствовал о карме — зачастую используя цветистые метафоры — и сравнивал работу с почвой для медитации. Он с самым серьезным видом наделял священными текстами тех, кого считал склонными к духовности. Когда–то он жил ради автомобилей, девушек и записей, но в 1974 году самым волнующим событием для него стало паломничество в священный индийский город Бриндабан в поисках Кришны.

Старик в душе в 31 год и страшный зануда, докучавший окружающим своими религиозными догмами, он добился того, что его начали называть за глаза Лектором. Посетители Фрайер Парк старались не употреблять в его присутствии бранных выражений. Поскольку Джордж был вегетарианцем (после ухода Патти он научился готовить себе еду), некоторые из его гостей после обеда заходили в один из ресторанов Хенли и предавались там греху чревоугодия, посмеиваясь над Джорджем. Его дом пропитался ароматом благовоний и праведностью. В коридорах, где стены были увешаны портретами надменно взиравших бородатых гуру, аскеты в балахонах попадались так же часто, как музыканты, участвовавшие в записи «Dark Horse».

В свете всего этого его признание «По сравнению с тем, кем я должен быть, я — язычник» звучит по меньшей мере странно. Действительно, Джордж помогал записывать альбомы другим исполнителям — Чичу и Чонгу, Нильссону и прочим — весьма сомнительные с точки зрения религиозной морали, но самый большой парадокс заключался в том, что именно в этот наиболее рассудочный период своей жизни он довольно сильно пил. Его пристрастие к алкоголю сделалось настолько неумеренным, что таблоиды на протяжении нескольких лет будут публиковать лживые заметки о частных клиниках, где из него будто бы изгоняли маленьких синих чертиков.

Когда обманчиво волшебное действие текилы или бренди прекращалось, деловые проблемы представлялись еще более сложными, острее чувствовалось одиночество. Последовала целая череда неожиданных несчастий. Самой печальной для «семьи» Beatlesстала кончина верного Мэла Эванса. Сделанные Мэлом вложения приносили весьма скромные доходы, и, скучая по своей прежней деятельной должности, отражавшей блеск славы, он оставил жену и детей и отправился в солнечную Калифорнию. Там его связи с Beatlesобеспечили ему почетный значок шерифа, предусматривавший ношение оружие. Думая, что нужен им, он ходил по барам вместе с Ринго и Джоном. Кроме того, он снова начал играть с Джорджем и даже помог написать ему «You And Me (Babe)», одну из песен Харрисона на «Ringo».

Все чаще он просыпался в своей лос–анджелесской спальне в состоянии похмелья, не чувствуя никакого удовлетворения от общения со своими бывшими боссами. Дело кончилось тем, что девица, которую Мэл якобы пригласил к себе домой, заявила полиции, будто он угрожал ей пистолетом. К тому времени, когда полицейские подъехали к его дому, он успел забаррикадироваться. Они выломали дверь, увидели перед собой хозяина квартиры с мнимым пистолетом в руке и, вместо того чтобы попытаться выяснить, в чем дело, открыли огонь на поражение. Во время кремации Мэла кто–то высказал предположение, что это было своего рода самоубийство.