Чтение онлайн

Очутившись на переднем сиденье, я снова вспомнила Татуированную Адвокатиху и опять расплакалась. А Дэн уже говорил по мобильнику - с ней. По имени он ее не называл, но я же знала, что это она. Разговаривал Дэн подчеркнуто деловым тоном, так, будто они обсуждали своего клиента, но я поняла, что адвокатиха догадалась, в чем дело. И разумеется, отнеслась к этому здраво и мудро. Такая сдержанная. Взрослая. Убила бы!

– У вас, значит, мобильники.

– Ага. Это онанизм такой.

– Можно о ней кое-что сказать?

Он вздохнул. Такой глубокий вздох...

– Мне просто интересно - это что, был выпад в мой адрес?

– Мы с Эрикой давние друзья, - возразил Дэн.

– Эрика. Хоть теперь запомню.

– Она мало чем отличается от твоих подружек, - заметил он.

– Каких еще подружек?

– Ну, вроде Джоди твоей. Вовсе это не выпад в твой адрес.

– Не могу представить ее на футболе, - процедила я.

– Ну что ты. Наша дружба - это совсем иное.

– А-а, - протянула я.
– Так это у вас дружба.

– Да.

– В жизни большей брехни не слышала.

– Ну что же. Тем не менее так оно и есть.

Я вскипела.

– Вы друг с другом спите и называете это дружбой?!

– Вик, ты знаешь, я не выношу такого тона.

– Скажи мне правду!

– Мы не спим.

– Но будете спать. Никакая это не дружба. Верно?

Он отрицательно помотал головой.

– Значит, ты не выносишь такого тона, - услышала я свой собственный голос.
– Ну так позволь мне кое-что сказать. А я не выношу, когда ты весь раздуваешься от самодовольства!

И он даже не счел нужным ответить.

– Ты у нас всегда прав, а я никогда не права, и ты у нас - такой умный, а я - дура набитая!

– Я не говорил ничего подобного. Просто твой тон... Знаешь, очень трудно разговаривать, когда ты...

– ВОТ КАК, ДА?!
– заорала я, заорала так, что если в проезжающих автомобилях стекла были опущены, то там меня, конечно, услышали.

Мы ехали молча. Где-то в глубине души мне хотелось очутиться в одной из параллельных вселенных - в той, где мы с Хилари встали и, прошествовав мимо столика Дэна, удалились из кафе. Будь неладна эта его доброта, это его благодушие! Так может вести себя человек, уже отправивший меня в мусорную корзину - со штемпелем "славная старушка Виктория", и я ненавижу, ненавижу, ненавижу! Ненавижу, когда не остается надежд. Когда мы подъехали к стоянке у моего дома, оттуда чуть ли не боком выруливал Билл.

– Господи, ну и дерьмовый же водила!
– вырвалось у Дэна. И он поймал меня врасплох - я рассмеялась. Тут Билл углядел меня через стекло и тотчас смущенно отвернулся - из чего я сделала вывод, что вид у меня тот еще.

Билл помахал рукой и укатил.

– Помнишь его?
– Голос мой звучал почти нормально.
– Он въехал в квартиру наверху. Умник Билл. Помогает мне с компьютером.

– Ему бы кто с этой дрянью на лице помог.

– Обычный пластырь, просто некому сдирать. Я тут все пытаюсь свести их с Хилари, только ничего не получается...

Слова так и сыпались из меня, перемежаемые короткими смешками. И Дэн воспользовался моментом - лишь бы не дать мне опять заплакать. Я и забыла, что он не выносит, когда я плачу.

– Ну так что, покупаешь ты свой первый порше?

Это была наша старая, очень старая шутка, и, если честно, даже не совсем смешная. Давным-давно у меня был какой-то допотопный драндулет, на котором я врезалась в столб; драндулет после этого двигаться уже не мог, так что я его там и оставила, и меня оштрафовали. Когда мы с Дэном встретились в первый раз, я рассказала ему эту историю и зачем-то глупо прибавила, что подумываю купить порше. Вот так. Наша старая шутка. Вот чем Дэн решил меня - ха-ха-ха - рассмешить.

Ну что же. Мне еще предстояла вечером эксклюзивная пытка - думать о татуированной руке Эрики и гадать, где еще у нее татуировки. И я хотела, чтобы Дэн почувствовал мою боль, целиком и полностью - здесь и сейчас. Я знала, что он по-своему боится меня, но не собиралась жертвовать собой только ради того, чтобы ему полегчало.

Мы поднялись наверх, и я отперла дверь, чувствуя на себе его взгляд и желая всей душой, чтобы он потянулся ко мне... но он не сделал этого. Закон расставаний номер два: как бы ты ни хотела, чтобы он позвонил, он этого ни за что не сделает. Как бы ты ни хотела, чтобы он сгреб тебя в объятия, - не дождешься.

Мы вошли. Через приоткрытую дверь была видна моя разобранная постель господи, все бы отдала, чтобы там сейчас развалился среди подушек блондин. Но блондина в комнате не было - только мой обычный кавардак и пачка тампонов на полу.

– Ну, обед с Эрикой я отменил, - сказал Дэн.

– И?..

– И мы можем поговорить. Обо всем. Может, ты как-нибудь с ней встретишься и поймешь, что она такой же человек, как и ты.

Я фыркнула.

– Яппи, которая что-то там из себя корчит.

Он пропустил это мимо ушей. Я почувствовала себя разобиженной шестилеткой, а из Дэна, видимо, получилось что-то шестидесятилетнее. Он мудрец, а я - чокнутая. Интересно, во что превратился бы наш роман, примись я за роль, которую разыгрывает Дэн? Стал бы он рвать на себе волосы и впадать в бешенство?

– Только не уверяй, будто раньше ты никогда ни с кем не расставалась, - сказал наконец Дэн.

Что бы там ни говорила ясновидящая, я могла думать только об Эрике и Дэне. У них будет все то, что для меня невозможно. Они развесят по стенам дорогие картины. Они будут устраивать званые обеды. Однажды она найдет мои старые письма - и махнет на них рукой.

Забавно, но достаточно всего нескольких деталей, чтобы мысленно составить портрет человека. Факты, которые я знаю о ней, можно перечислить по пальцам одной руки. Адвокатиха. На предплечье татуировка. Зовут Эрика. Отпускает шуточки про кокаин, на пикник надевает ситцевые шортики. И считает, что обладает чувством социальной справедливости.

Я оставила Дэна на диване, а сама скрылась в ванной, продолжая размышлять об Эрике. Наверное, за ней половина судейской коллегии волочится. А в шестнадцать лет наверняка сбежала из дому, чтобы побродить по Берлину, - не то что я, у меня-то в таком возрасте самой грандиозной авантюрой была поездка в Долину Охотников вместе с тетушкой Бет. Я представляла, как она блистает на обеде с Дэном, разглагольствуя о легализации героина. А где-нибудь в Нью-Йорке у нее припрятан еще один любовник. Думаю, половину своего жалованья она жертвует "Черным пантерам"<Американская радикальная группировка чернокожих.>.

Я окинула взглядом свою ванную. Средство для мытья унитазов, розовая пластмассовая щетка, косметика, раскиданная по полке, и занавеска для душа, расписанная дурацкими улитками. Воображаю, как выглядит ванная у нее. Джакузи. Экологически чистое масло "Аюрведа". Черное кимоно из натурального шелка. И правда, как я могу обвинять в чем-то Дэна? Он оказался бы последним кретином, откажись от такого. Но я все равно на него злилась.

А когда я вернулась в комнату, он забился в самый дальний угол дивана - чтобы мы не очутились слишком близко друг к другу. Вот и начинали мы так же - на разных концах моего дивана. Но тогда между нами искры проскакивали, а теперь разделял вакуум.