Чтение онлайн

Если Илеаниру и задели последние слова Азулбан’нахаара, то она хорошо скрыла их за каменным выражением лица.

– Да, повелитель, готова.

– Превосходно.

– Когда выдвигаться?

– Немедля, – король развернулся к штабу, коим служила заброшенная башня. – К рассвету должна быть уже там. И запомни, коли потерпишь поражение… не смей возвращаться обратно.

– Как прикажете, повелитель.

***

За квадратным столом, где лежала карта окрестностей с помеченными красным цветом стратегически важными местами, сидели трое доверенных лиц Азулбан’нахаара. Первый, чистокровный икарнусиец, – маршал Райнд, внешне отличающийся от людей лишь красными глазами, свидетельствующими о прожитых шести сотнях лет (лельнары живут до тысячи лет и сохраняют моложавую внешность до глубокой старости). Второй, типичный представитель народа ларкан, – генерал пехотных войск Осрн. Здоровенный, как бык, с массивной челюстью, удлинёнными зрачками, короткой шеей и смуглой пятнистой кожей, он был характерным представителем народа ларкан. Третий же – генерал Астагра, как и остальные выходцы из истрийцев, высокий, худой, болезненно-бледного цвета, с козлиными рогами и костяными отростками на подбородке, скулах и плечах.

Когда внутрь вошёл Азулбан’нахаар, они встали и отсалютовали монарху.

– Садитесь, – сказал он, занимая своё место. – Итак, господа, Илеанира поведёт войска в бой.

– Осмелюсь признаться, повелитель, – откашлявшись, начал Райнд, – оставлять эльфийку без присмотра рискованно. Если ей взбредёт в голову предать нас, как она ранее предала Марданиэля, то весь план пойдёт коту под хвост.

– Ей нельзя доверять, – басистым голосом проговорил Осрн. – Маршал прав, если она предаст нас, то мы потеряем семьдесят тысяч мечей.

– Varla’ene, – вздохнул Астагра, покачивая головой. – Нужно научиться доверять друг другу, а не выискивать подвоха в чьих-либо действиях. Я доверяю Илеанире, она умная, и очень хочет жить. А чтобы жить, нужна сила – сила, которой владеем мы.

– Довольно, – отмахнулся Азулбан’нахаар, словно отгонял мух. Наступила могильная тишина. – Я солидарен с вами, – вдруг он остановил двусмысленный взгляд на Астагре. – С тобой лишь наполовину. Илеанира предательница; чтобы она не сделала, какие бы великие поступки не совершила, на ней останется клеймо предателя, как на любом ином. Тем не менее, если судьба преподнесла тебя предателя, то будь добр, воспользуйся им умно.

– Сделать пушечным мясом? – предположил Райнд.

В ответ Азулбан’нахаар улыбнулся краем рта и откинулся на спинку стула.

– Получается, вы будете присматривать за ней, повелитель?

– Не я, Райнд, а ты и твоя конница. На этом собрание завершено. Подготовьтесь к битве.

Когда воеводы ушли, лельнарский правитель, оставшийся один, поставив локти на стол и обхватив голову обеими руками, подумал о первенце – любимом сыне, впавшем в транс два месяца назад, о дочери, ушедшей выслеживать приспешников Матии в других мирах, и о младшем сыне, погибшем от руки второго сына.

– Как мне вас не хватает, – шёпотом повторял он, смотря в никуда.

Глава 3

Кровавая Скорбь

Наступил долгожданный рассвет. Солнце скрывалось за пеленой серого неба, заполненного тёмными рванными лоскутами облаков. Ни птиц, ни животных не было видно, чего нельзя сказать о множившихся людях из Аккральбранда, закованных в тяжёлые шипастые доспехи. Илеанира, гордо восседающая на коне, некоторое время взирала на войска Первого Единства: они давно сформировали строй и только пребывали в ожидании появления врага. Затем её внимание привлёк суровый Марданиэль, размахивавший над собой блестящим фламбергом, называемым «Синхар» – реликвией Дорнанов – великого рода людей, правившего Зинаром на протяжении нескольких тысячелетий. К роду этому принадлежал и сам Марданиэль. Вспомнив прошлое, когда они дружили между собой, преподносили дары, объединялись против врагов: гномов, лесных эльфов или кого-либо ещё, – самоуверенность бывшей королевы пошатнулась. Её начали одолевать сомнения.

– Нет, – сказала она самой себе, стиснув зубы. – Нет, нет, нет!

Нет, нельзя. Нет, ничто не заставит Илеаниру повернуть назад, вновь стать членом Первого Единства… Нет, не членом объедения, а подручной собакой Мальгерна. Нет, она не будет никому служить против собственной воли. Ибо только Азулбан’нахаар заслуживает того, чтобы весь мир склонился пред его величеством.

– Убейте всех, – отдав приказ, Илеанира быстро развернула коня и поскакала к арьергарду, где расположились эльфийские дивизии.

***

– Во славу Первого Единства! – проревел Марданиэль, высоко вознеся фламберг.

– Во славу Первого Единства! – хором повторили его воины и, с лязгом достав мечи из ножен, оскалились и помчались вперёд, вслед за доблестным королём, дарованным Небесами.

Забились барабаны, затрубили горны, и аккральбрандские солдаты, рыча, бряцая металлом, стуча латными кулаками об нагрудники, выкрикивая имя Азулбан’нахаара, разрушив строй, ринулись навстречу былым собратьям.

Две могущественные армии схлестнулись в бою, рьяно желая изничтожить друг друга, искоренить всякую память с лица земли. Сталь сталкивалась со сталью, но чаще врезалась в плоть: отрубая конечности, дырявя доспехи и тела, устраивая кровавые фонтаны. Образовывались бреши, разрушавшие строи.

Вояки обрушивали град ударов: молотили палицами, булавами, стальными кулаками. В ход пускалось всё без исключения: кто-то даже изловчился вцепиться зубами врагу в шею и прогрызть сонную артерию.

Раздались новые голоса горнов. Зажглись дымовые сигналы красного цвета. Аккральбрандцы выкатили катапульты; один из капралов заревел, и катапульты стали орошать сражающихся дождём. Дождём отрубленных голов: женщин, детей, стариков. Дождём изуродованных, изрубленных тел. Дождём кишок и прочих брюшных органов. Люди-изменники загоготали, видя ошарашенных противников. Однако ступор немедля сменился гневом, яростным ором и удвоённым натиском.

Капитаны зажгли фиолетовый сигнал: лучники обрушили град воспламенённых стрел. Воины как союзные, так и вражеские, коих достигали те стрелы, вспыхивали синим чародейским огнём, словно спички. Плавилось железо и сталь, плавились плоть и кости. Горящие живые факелы, размахивая руками и истошно вопя, бегали по всему полю.

Меж тем, распространяющийся огонь ревел, раскаливался добела, разрастался и поглощал всё больше и больше душ. Но власть огня продержалась недолго. Прошло около десяти минут, и он исчез, оставив после себя сплошной пепел, развеявшийся на ветру.

***

Гарл – человек, достигающий ужасающих размеров, огромная гора мышц, закованная от и до в тяжёлые латы и вооружённая двуручной шипастой булавой, на спине которого колыхалась хоругвь, поначалу приспешникам Азулбан’нахаара казался лёгкой, неповоротливой мишенью. Гогоча, они бросились на великана, совершив роковую ошибку. Королевский знаменосец резким движением размахнулся смертоносным оружием и разом убил целую дюжину атакующих. Позади идущие тотчас остолбенели, устрашившись его мощи. Гарл медленно надвигался на них, содрагая земную твердь поступью, а враги продолжали стоять, не в силах пошевелить пальцем. Он, занеся булаву, застыл.

– Государь добр, Гарл не добр.

Булава превратила недругов в кровавое месиво. Остальные противники обратились в бегство, лицезрев силу гиганта. Громко дыша, стоя неподвижно, крепко сжимая стальное древко, Гарл смотрел на разбегающихся людей сквозь горизонтальные щели забрала. То, что его оставили без долгожданной сечи, привело исполина в ярость.

– Идите сюда! Гарл хочется драться! – орал он, собираясь кинуться в самую гущу сражения.

***

Покуда солдаты Марданиэля оказывали яростное сопротивление предателям, коих постепенно окружали, покрасневшая от гнева Эльдора ходила взад-вперёд, взад-вперёд, скрестив руки на груди.