Египетская мифология
Шрифт:
Поскольку Осирис считался воплощением справедливости и, таким образом, мог даровать воскрешение и вечную жизнь, непосредственно в подземном царстве или через своего сына, юное солнечное божество, порой хотелось бы задать вопрос, особенно в эпоху Нового царства: почему он должен был умереть? Почему благодаря ему все люди стали смертными? Эту пессимистическую концепцию Осириса должны объяснить некоторые неправомерные поступки. Брак с сестрой был повсеместным и древним обычаем; вследствие чего было неясно, какую вину совершил Осирис, женившись на своей сестре. Исключением являются некоторые варианты, где Исиду называют его дочерью или матерью [363] (или, возможно, неприкосновенной, так как она была «Справедливостью»). В этих вариантах вину обычно возлагали на его жену (или дочь, или мать), которые стали причиной его смерти из-за своей любви, но многочисленные разнообразные варианты этой пессимистической гипотезы изредка сохранились только в более популярных источниках, вроде волшебных историй и магических текстов [364] . В официальной религии они настолько неясны, что их можно понять лишь благодаря сравнению с азиатскими мифами о Царице неба, госпоже любви и жизни, которая тем не менее приносит смерть и несчастье своим любовникам и всему человечеству. Следы таких мыслей о смерти Осириса видны, однако, в очень ранних религиозных текстах Египта и являются, вследствие этого, чем-то большим, нежели поздние заимствования из Азии.
363
Сотис, сестра Ориона («Pyr.», 363 (1707) и «любимая дочь» Осириса («Pyr.», 965; более неясный намек найден там же, 632); когда Осириса идентифицируют с Гором, она становится его матерью.
364
То есть «Сказка о двух братьях», «Принц-охотник» и миф, в котором Исида с помощью своей магии одерживает победу над богом-солнцем. Совершенно верно, что все они, особенно «Сказка о двух братьях», в которой женщина, красивая, неверная и жестокая, преследует героя Осириса, будучи одновременно его дочерью, возлюбленной и матерью, находится под сильным влиянием азиатских мотивов, но наиболее характерная черта, полное раскаяния самооскопление Осириса или бога-солнца Ра, старо, как Книга мертвых, xvii. 29; то есть оно датируется Средним царством. Вариант этого мифа найден в «Harris Magic Papyrus», vii. 8. Здесь Гор (то есть молодой Осирис) оскверняет свою мать Исиду, чьи слезы при этом насилии переполняют Нил, в то время как его воды наполняются рыбой, которая, как сказано, появилась, когда фаллос Осириса был брошен в него, очевидно, им самим в раскаянии за свой грех. В другом тексте эти рыбы пожирают его. О противоположном варианте, в котором Гор обезглавливает свою мать за какой-то грех, см. в главе 6. Современный автор показал (OL v. 348 (1902), что в магическом тексте (Erman A. Zauberspriiche. P. 2, 7) содержится намек на злую дочь Осириса, пришедшую из Азии или Нубии (ср. коммент. 76), «которая сделала кирпичи (следует исправить прочтение: «соткала одежду») для него». Эта вещь, сделанная ее пальцами, явно была отравлена или по какой-то иной причине оказалась гибельной. Однако неясно, почему «она сказала о своем отце: «Может он жить на травах и меде». Эта история странным образом смешивает Осириса и Микерина, строителя пирамид. Геродот (ii. 129–133), похоже, считает Исиду дочерью своего героя, которого она обрекает на смерть. Ср. также противостояние Осириса-Гора и Сотис на рис. 55 и см. коммент. 85 о женщине как причине, по которой человек утратил бессмертие или не сумел сохранить его.
Рис 121. Гор казнит Сета (в образе осла) перед Осирисом
Хотя все боги когда-то жили и правили на земле [365] , Осириса часто рассматривали как первого правителя Египта и, таким образом, подобие фараона. Осирис, который распространил смерть среди богов и чьей гробнице можно поклоняться в этом мире, считался прародителем человечества, хотя после него на земле должны снова править несколько виде крокодила богов [366] . Соответственно, позднее египтяне праздновали юбилей правления Осириса, таким образом относясь к нему как к царю людей [367] .
365
См. миф, данный в главе 4.
366
Туринский исторический папирус перечисляет земные царства Геба, Осириса, Сета, Гора, Тота, царицы Справедливости и Гора (младшего?). Причины этой последовательности ясны из мифа об Осирисе.
367
Об этом празднестве см.: F. LI. Griffith, в AZ xxxviii. 71 ff. (1900).
Рис 122. Гор убивает Сета в виде крокодила
С 1500 г. до н. э. и далее сами египтяне явно вполне сознавали схожесть мифов об Осирисе и Адонисе-Таммузе и даже любили связывать эту историю с романтической Азией, особенно с древним священным городом Библом [368] . Солидное количество явных взаимных заимствований связывает Осириса и азиатского умирающего бога, Таммуза-Адониса (вавилонского Думузи-Дузи) и создает трудности при решении вопроса о приоритете Азии или Египта [369] . Вероятно, поклонение Осирису и Исиде в Дельте долгое время оставалось местным. Сомнительно даже, было ли оно официально признано в Верхнем Египте до II династии, хотя сила, с которой оно распространилось затем по Египту и повлияло на всю его мифологию, заставляет подозревать, что оно играло важную роль и в более ранний период, по крайней мере в массовой религии. Пока мы не узнаем более полно вавилонский вариант легенды о Таммузе [370] , неправомерно выводить миф об Осирисе целиком из Азии. Весьма вероятно, что его зачатки пришли из Азии. Но если это так, они рано получили богатое и довольно независимое развитие в Египте, в то время как часть их вернулась в Азию. В особенности стоит заметить, что только в Египте Осирис сделался судьей над умершими. Исида, с другой стороны, кажется довольно бессмысленным и бесцветным характером по сравнению с ее оригиналом, азиатской богиней любви.
368
О мифе об Адонисе см.: Mythology of All Races. Boston, 1916, i. 198–199, и коммент. 112. Библ действительно был финикийским городом, а не следствием ошибочной интерпретацией греческого слова «biblos», «папирус» (относящегося к папирусным зарослям в Дельте), о чем прямо заявлено, по крайней мере, в более поздних текстах, когда Осириса называют «быком Библа» (Lanzone. Dizionario. P. 751). Богиню Библа очень почитали в Египте приблизительно с 2000 г. до н. э. и далее. С другой стороны, когда Осирис, как сказано, обитает в Оазисе (Книга мертвых, cxlii), это просто характеризует его как властителя запада, пустыни и царства мертвых.
369
К примеру, убийство Адониса кабаном выглядит так, будто оно заимствовано из более позднего воплощения Сета в виде животного (см. коммент. 33 об его священном животном); другими словами, Сирия явно заимствовала это из Египта. Так, колонна, которой поклонялись в Библе, похоже, была просто египетским символом Деда. С другой стороны, египетские параллели к «Садам Адониса», изображения Осириса в виде проросшего зерна, чтобы символизировать его воскресение, не прослеживаются до 1600 г. до н. э., хотя ясно, что в Египте Осирис тесно связан с деревом или растением жизни. Таммуз в виде пастуха редко имеет параллели в Египте, например в «Сказке о двух братьях», которая явно создана под азиатским влиянием (ср. коммент. 106), и в Орионе, охраняющем телят («Pyr.», 1533, 1183). Но роль Осириса как искусного пастуха, похоже, первоначально связывала его с небесной коровой – мысль, которая логически не выражалась больше нигде в Азии. «Сказка о двух братьях», похоже, действительно считает младшего умирающего брата, Бати-Осириса (см. коммент. 60, 106) пастухом, хотя ясно не утверждается, что старший из пары, Анубис (то есть предшественник Осириса как бога мертвых и впоследствии воспитатель его или его двойника, Гора), является земледельцем, по контрасту с пастухом. В Leyden-London Gnostic Papyrus (vi. 2, 7; xiv. 28; ср. также: De Morgan. Ombos. № 66, 114) Анубис является искусным пастухом, хотя позднее это может быть просто производным от собачьей формы этого божества. С другой стороны, Осирис, как покровитель земледелия и особенно виноградной лозы, гармонирует с мифом об Адонисе. Так, пастуха и землепашца, похоже, свободно смешивали в Египте. В Азии представление о боге в плывущем по волнам сундуке или в ладье (коммент. 29 и ел.) встречается намного чаще, в то время как соперничество двух жен героя (возможно, верхнего и нижнего неба или мира) в Египте затемнено (коммент. 76). Высокий конический головной убор Осириса напоминает нам о таком же уборе сирийских богов и, кажется, весьма ясно выдает свой азиатский характер.
370
Очень скудный вавилонский материал по этому предмету сейчас наиболее полно собран Zimmern H. Der babylonische Gott Tamilz в Abhandlungen der koniglichen sachsischen Ge-sellschaft der Wissenschaften. xxvii. 701-38 (1901). Об аналогах в других мифологиях см. Frazer J.G. The Dying God (2nd ed. London, 1911).
Когда египетская религия распространилась в римский период по всему античному миру, это был почти исключительно, который вызвал большой интерес и поклонение. Удивительно разнообразная мифология, которую мы обрисовали лишь в общих чертах, явилась одной из главных причин этого успеха. Эту тему и тот очень неегипетский характер, который эти египетские боги приобрели в конце концов в Европе, мы обсудим в заключительной главе нашего исследования. Поверхностное приспособление египетских божеств было на самом деле лишь отчаянной попыткой поддержать античное язычество в дни его упадка. Но духи Египта, Греции и Рима слишком не подходили для органического смешения. «Мистерии Исиды» не могли оказать глубокого влияния на античное мышление, которое подверглось испытанию благодаря двум другим великим религиозным вливаниям – «Великой Матери» Малой Азии и Митре Ирана.
Глава 6
Некоторые тексты, относящиеся к мифам об Осирисе
1. Плач Исиды и Нефтиды
371
Берлинский папирус греческого периода, впервые переведен De Horrack P. J. Les Lamentations d'Isis et de Nephthys. Paris, 1866. В папирусе сказано, что в нем есть слова, которые возвращают Осириса к жизни и «возводят Гора на трон его отца».
372
Четвертый месяц.
373
Или «Гелиополитанский» (?). В ранний период, действительно, Осирис не являлся ведущим богом в Гелиополе. Другие рассматривают это имя как намек на квадратные столбы, к которым обычно прислоняют фигуры Осириса. Столб не имеет ничего общего с круглой колонной Деда.
374
Об этом титуле Осириса см. в главе 5.
Гимн продолжается в бесконечных повторах, из которых мы выбрали следующие [375] :
Сияй [376] для нас на небе, каждый день,Мы не прекратим созерцать твои лучи;Тот твой защитник;Он устраивает твою душу в ладье ночиПод этим твоим именем, Божественная Луна.Таким образом, здесь Осирис назван одновременно солнцем (как Ра и Атум) и луной, последняя просто как еще одно воплощение правителя дня. Соответственно, его называют «господином шестого дня», и о нем говорят не только «ты приходишь к нам как малое дитя каждый месяц» (то есть как растущая луна), но также «твое изображение (?) прославлено в Орионе (и?) звездах на небе», то есть все небесные тела являются его проявлениями. Он представля ет все хорошее в природе и проявляется в основном в растительности и в Ниле.
375
С. iv папируса.
376
Или «твой сверкающий» (?).
377
То есть воплощение.
378
С.? папируса.
II. Свинья в солнечном оке
Миф, который рассказывает, как черная свинья проникла в глаз Гора, временно наполовину ослепив его, является самым ранним свидетельством идентификации свиньи с Сетом. Это, возможно, всего лишь новая версия мифа об утраченном солнечном оке, хотя автор пытается разделить оба представления. Насколько нам удается понять сильно испорченный текст этой примечательной истории [379] , она протекает таким образом:
«Ра сказал Гору: «Позволь мне посмотреть, что в твоем глазе (сегодня)». Он посмотрел на него. Ра сказал Гору: «Посмотри, прошу тебя, на этого черного поросенка». Он посмотрел (на него); смотри, его глаз поврежден из-за сильного нарушения.
379
Книга мертвых, cxii.
Гор сказал Ра: «Смотри, мой глаз (ощущает) удар, нанесенный Сетом по моему глазу». Посмотри, он почувствовал скорбь. Ра сказал богам: «Положите его на постель; может, он снова поправится! Это Сет, который принял форму черной свиньи. Посмотри, рана в глазу причиняет ему боль». Ра сказал богам: «Свинья крайне неприятна для Гора».
Затем текст становится непонятным, но кажется, в нем дают совет вылечить (?) Гора «жертвоприношением его быков, его небольшого стада, его овец». Имя «Гора на его зеленом (растении)» [380] выросло, согласно строке 13 той же самой главы, потому что Гор выразил желание: «Пусть земля будет зеленой, и пусть небесное разрушение (то есть грозы) будут уничтожены». Другими словами, древняя интерпретация Сета как грозовых туч, затемняющих солнце, ясно применена здесь к мифу, который первоначально, по всей вероятности, относился к затмениям.
380
То есть представлен на цветке или растении; и часто в виде ребенка. Здесь также слово «зеленый», возможно, означало океан (гл. 3, коммент. 13); наш текст тщетно пытается объяснить это выражение, которое стало непонятным. «Гор, властитель четырех зеленых» («Pyr.», 457), ясно относится к его рождению в четырех озерах или истоках Нила.
III. Слезы Исиды
Выше был дан комментарий к магической формуле, которая описывает результат слез Исиды, когда они падают в Нил. Сам текст представляет собой следующее [381] :
Исида ударила своим крылом,Она закрыла устье реки,Она заставила рыбу лежать спокойнона поверхности (?) [382] ;Даже волна не увлажнила ее.(Так) вода стояла спокойно, (но) она поднялась,Когда ее слезы упали в [383] Смотри, Гор оскорбил свою мать —Ее слезы упали в воду,Локоть среди uz-рыбы(И?) во рту бабуина;Локоть шраба (фруктового сока с водой и уксусом),поместившегося (?) [384] во рту Геба (?) [385] .Это Исида потребовала этого.Никакой крокодил не сделает (ничего?).Волшебная защита приходит, защита!381
Harris. Magic Papyrus, vii. 8.
382
Следовало бы ожидать «на (сухом) дне» или «на берегу».
383
«Ее»; неправильно расположены четыре предыдущих слова.
384
Или «снова» (?).
385
Brugsch. Religion. P. 724; менее вероятно «Сотис».
Значение, похоже, то, что вода и растительность поднимаются параллельно благодаря слезам Исиды, точно так же, как Осирис виден в обеих силах природы. Uz или woz-рыба, с которой связан путь, согласно мифу об Осирисе, намекает на грех, из-за которого должен умереть Гор-Осирис, а бабуина Тота, похоже, следует отнести к бегству Исиды (как утраченного солнечного ока) в Нубию, откуда мудрый бог вернул ее обратно, еще одному объяснению подъема Нила после сезона низкой воды. В последних трех строках эти перемешанные мифы пытаются обратить в магическое заклинание, обеспечивающее безопасное путешествие по реке.