Его тайна
Шрифт:
Гр-р-р!
Мистер… то есть доктор Хотман полусидел на столе, скрестив руки на груди и выглядел очень сердитым. Быстро оценив степень угрозы, как «весьма высокую», Эспер решила притвориться воплощением святости.
— Вызывали, доктор Хотман? — максимально нейтрально спросила она, остановившись на пороге. Честно говоря, Эспер втайне обожала доводить директора своей язвительностью и спорами, но сейчас так развлекаться и тянуть кота за хвост явно не стоило. Хотя Хотман больше напоминал не кота, а собаку. Такую аккуратную, выдрессированную овчарку, которая скалит зубы лишь при весомом поводе. Эспер тихо хмыкнула себе под нос. Собственная аналогия вдруг показалась крайне смешной, с учетом того, что следил он постоянно за стадом тупых овец, вроде компании Розамунд.
— Проходите, мисс Нэро, — ответил директор, приглашающе махнув в сторону кресла, стоящего напротив своего стола. — Присаживайтесь.
Эспер сжала губы, отбросив лишние мысли, и заставила себя неторопливо пройти и сесть, выпрямив спину, как пай-девочка. Непривычная поза показалась до одури неудобной. Хотман испытующе сверлил ее своими цепкими зелеными глазами, отчего внезапно захотелось почесать нос. Проклятье!
Молчание затягивалось. Эспер смотрела на свои руки, смирно лежащие на коленях и слушала неторопливое тиканье часов… Казалось с каждой секундой стрелка двигалась все медленнее и медленнее, а нос чесался все сильнее и сильнее. Через пару минут Эспер не выдержала и подняла взгляд. Доктор Хотман по-прежнему внимательно смотрел на нее сверху вниз с каким-то оценивающим прищуром и хмурился. Эспер нарочито прямо посмотрела на него в ответ, терзаясь страхом и одновременно почувствовав прилив абсолютно неуместной в ее положении вредности.
«Почему он молчит? Вот зачем так себя вести? Если хочет выгнать — пусть говорит прямо!»
— Я вас слушаю, доктор Хотман, — все-таки не выдержала она, а затем все-таки потерла противно зудящий кончик носа. Стало легче. Приступ накатившей вредности тоже прошел, остался только затаившийся где-то в глубине сознания страх.
Доктор Хотман протяжно выдохнул и, расцепив длинные пальцы, обошел свой стол, а затем плюхнулся в директорское кресло и устало потер глаза.
— Это я вас слушаю, мисс Нэро, — недовольно пробурчал он и откинулся на спинку, вновь скрестив руки на груди, а затем еще больше прищурился, окинув ее с ног до головы цепким взглядом зеленых глаз. Второй раунд гляделок пошел. Эспер вызывающе уставилась на него в ответ, с трудом подавив навязчивое желание громко фыркнуть.
«Что за глупые игры?»
— Ничего не хотите мне рассказать?
— Сказку! — недолго думая выплюнула Эспер, а потом прокляла себя за свой длинный язвительный язык. Опять все пошло не по плану! Директор стабильно выбешивал ее одним своим существованием, и она ничего не могла с этим поделать. Это началось с самого первого их диалога и так никогда, наверное, не закончится…
— Хо-ро-шо, — медленно, по слогам произнес Хотман в ответ, постукивая пальцами по своим плечам, — расскажите мне сказку о глупой ведьме и огненном элементале.
— Такую не знаю, увы, — ответила Эспер и скрестила руки, отзеркалив его позу, а затем, вальяжно откинувшись на спинку кресла, сложила свои ноги в грубых ботинках на журнальный столик, прямо поверх буклетов с правилами безопасности. Картина «Бунтарка». Масло. Холст…
— Уверены?
— Может, вы расскажете, мистер Хотман? — холодно процедила Эспер, на автомате решив притвориться оскорбленной. Так постоянно случалось. В стрессовых ситуациях воображаемый рычажок «Защита» сам переключался на «Нападение». — Зачем я здесь? Не налюбовались на меня на парах? Давайте я скину вам свое фото, и будете любоваться каждый день. Мне не жалко! И я даже никому не скажу!
Вот и прощай прекрасная иллюзия. Образ «святоши» явно не для нее. Родные клыки и хвост как-то привычнее… Доктор Хотман громко вздохнул и, расцепив наконец свои длинные пальцы, положил ладони на стол, но промолчал в ответ на ее провокацию, но потом все-таки ответил, каким-то чересчур усталым тоном:
— Когда я советовал тебе найти себе компанию, то совсем не ожидал, что ты решишь поискать ее среди опасных… крайне опасных духов! Я уже молчу про использование темной магии! А еще и подобъешь на это четырех других студентов! Подобное пренебрежение правилами академии ведет к исключению…
«Ведет к исключению»…
Сердце на секунду замерло, а потом ухнуло в груди.
— Я никого не подбивала! Кто проболтался?! — требовательно воскликнула Эспер, вскакивая с кресла. Злость лавой вскипела внутри, магия волнами побежала по венам, требуя выхода, отчего даже кончики пальцев болезненно задрожали. Не хватало только вылететь из единственного места, где ее приютили, из-за одной из этих дур! Несколько раз вздохнув, чтобы успокоиться, она подняла взгляд на доктора Хотмана и увидела, что он почему-то слишком довольно улыбается, а значит, она в очередной раз облажалась. По полной.
«Вот же… хитрый черт!»
— Риторический вопрос, — с толикой самодовольства ответил Хотман. — А теперь рассказывайте с самого начала обо всем, что вчера произошло, мисс Нэро. Если, конечно, не хотите лишиться крыши над головой или попасть на суд к Альянсу.
Эспер обреченно плюхнулась обратно на кресло и вновь сложила ноги на журнальный столик, а затем… рассказала. Не все, разумеется, а в основном пожаловалась на то, как стала невольной жертвой собственной недальновидности. И наивности, конечно же.
Доктор Хотман терпеливо выслушал весь тот несвязный бред, что она сообщила, видимо, сделал какие-то выводы, судя по тому, как его брови сошлись над переносицей. Промолчав, он явно о чем-то задумался и вновь окинул ее пытливым взглядом своих зеленых глаз. В этот раз в них промелькнула какая-то непонятная эмоция. Неужели сочувствие?
Эспер нервно поерзала в кресле, вдруг ощутив себя лабораторной мухой микроскопом. До жути неприятное чувство.
— Как вы догадались, что я была в пятерке ведьм? — спросила она, чтобы прервать воцарившуюся тишину.
— Чтобы остановить огненного элементаля нужно много сил, гораздо больше, чем способны выдать пятеро юных ведьм, — спокойно ответил Хотман. — Но я вспомнил, что однажды ты спалила половину леса. Во всей академии у тебя одной достаточно сильная магия, к тому же ты уже привыкла ей защищаться в момент опасности.
— Сочту за комплимент, — Эспер вздохнула с облегчением. Судя по всему, ей повезло. Сегодня ее не исключат. — Могу я идти?
— Нет, — сухо отрезал Хотман. — И это был не комплимент. С сегодняшнего дня тебе запрещено использовать магию, кроме как на практических занятиях.
Услышав приговор, Эспер зло сжала зубы, но промолчала. Оказалось, это еще не все…
— Считаешь, что я несправедлив? Нет. Я накажу также и остальных, если ты скажешь их имена.
— Еще чего! — пробурчала Эспер. — Чтобы на меня потом проклятия посыпались?! Обойдетесь… доктор Хотман.
— Так и знал, — довольно оскалился он в ответ. — Но я уже знаю, кто остальные. В академии есть только одна книга с описанием обряда, и ее брала Розамунд, а остальные трое — это Клара, Сандра и Мэйдан, ее вечные спутницы. Я же прав?