Его тайна
Шрифт:
— Вот идиотка! — прошипела Эспер, невольно закатив глаза. — Взять книгу в библиотеке, да еще и на свое имя! После вчерашнего я, конечно, догадалась, что она тупая, но не настолько же!
— Сочувствую, — с улыбкой хмыкнул Хотман абсолютно без тени сочувствия, а затем вновь стал серьезен. — Из-за вас проснулся давно спящий вулкан. Наш маленький городок впервые за пятьдесят лет привлек внимание общественности. Подобного больше нельзя допускать. Я был обязан сообщить совету попечителей о случившемся, но не стал. Вас бы всех исключили, предварительно лишив способностей, но я обещал Джесс позаботиться о тебе…
— Не стоит! — громко перебила его Эспер. — Джесс мне не мать! Даже не тетя. Элен не была ее родной сестрой. Она — никто для меня! И я снимаю с вас это обещание. Вы мне ничего не должны.
— Это не в твоей власти, — сухо заметил Хотман, вскинув бровь. — Я уже все решил. Ты должна научиться контролю. С завтрашнего дня будешь заниматься рукопашным боем вместе со мной. И напомню — никакой магии!
— Что?! Почему?! За что? Я не буду!
— Тогда собирай вещи прямо сейчас, — категорично заявил Хотман, резко вставая с кресла. — Я уже устал от постоянных жалоб на тебя. На тренировках вместе с оборотнями ты применяешь магию, а если тренируешься с ведьмами — пользуешься своей волчьей силой. Никогда не думала, что мухлюя, ты не научишься нормально защищаться? Глупое и недальновидное поведение для той, кто считает себя умнее некоторых. Ведь ты и сама знаешь, что существует множество различных способов отнять силу у оборотня или магию у ведьмы. А на тебя до сих пор могут охотиться.
Эспер недовольно скрипнула зубами и нехотя кивнула. Да и выбора-то особого не осталось.
«Чертов Хотман, как всегда, прав».
— А теперь, чтобы вы не решили, можете быть свободны, мисс Нэро, — директор отвернулся и подошел к окну, молча уставившись куда-то вдаль. Разговор явно был окончен.
Уходя, Эспер посмотрела на мирно сопящую игуану и вдруг остановилась, как вкопанная. В голове внезапно промелькнула совершенна безумная мысль. Хотман по-прежнему гипнотизировал окно, поэтому…
«В последний раз!», — пообещала себе Эспер и, легко взмахнув руками, быстренько перекрасила зелененькую игуану под цвет настроения. Теперь существо стало настоящим украшением неимоверно скучного кабинета — яркое черно-желтое и полосатое. Быстро оценив результат своих трудов, как «ужасно-удовлетворительный», Эспер поспешила поскорее уйти. Улыбка растеклась по ее лицу, стоило ей только выйти за двери.
«Даже не надейтесь, что меня можно исправить!»
Глава 3. Купальный сезон открыт
Два года спустя…
Стоял прекрасный летний день. Один из тех сказочных деньков, про которые потом хочется вспоминать, глядя в окно на промозглую осеннюю сырость. По иссиня лазурному небу спешно текли пышные белые облака, тихо щебетали птицы, дул легкий теплый ветерок, лаская кожу, играя с густой зеленой травой, колыхая иголочки пушистых сосен и тихонько шурша листьями деревьев, в тени одного из которых самозабвенно дремала Эспер.
Сегодня она вернулась из цветочного магазина Сэнди Лэйк рано и сразу же отправилась гулять к озеру. Вот уже третий год после переезда в академию она устраивалась на летнюю подработку в город, чтобы иметь немного личных средств, а заодно не умереть от скуки. На два-три месяца жизнь и суета покидали Солинари вместе с разъезжающимися домой студентами. В кампусе оставалось всего несколько человек, таких же сирот, как она, и пара преподавателей.
Работа простым продавцом в цветочном хоть как-то скрадывала однообразие пустых летних будней и позволяла не забывать, как звучит собственный голос, но Эспер любила ее не только поэтому. Вдыхая запах цветов, перебирая лепестки и составляя букеты, она могла ненадолго окунуться теплые и уютные, как мягкий плед, воспоминания о доме… О первом доме. Клан «Вааца» жил отдельной общиной в лесу. Оборотни вели собственное хозяйство. Были даже теплицы, где выращивали растения для еды, лекарств и просто для души. Элен, ее мать, была не оборотнем, а ведьмой и почти все свободное время проводила в личном саду, занимаясь цветами и травами. Каждые пару дней она утром приносила в ее комнату новый букет, а затем будила и звала завтракать. Порой Эспер даже снился яркий запах тех цветов из прошлого. Аромат любви и заботы, что был слаще любых духов…
Погрузившись в воспоминания с головой, Эспер не заметила, как заснула, разморенная теплотой, тишиной и ощущением абсолютного счастья, но славный сон продлился недолго.
— Вот ты где! Вставай!
— А-а-а… — промычала Эспер и нехотя открыла глаза. Кто-то настойчиво теребил ее за плечо. Над ней склонился доктор Хотман, пристально изучая ее своими серьезными зелеными глазами. Белая футболка, серые спортивные штаны, а в руках связка деревянных мечей.
Да… чертов Хотман в отличие от нее не потерял счет дням и совсем не забыл, что сегодня четверг, а значит — тренировка. Проклятье!
— Отвали, Ник! Дай поспать, — недолго думая, пробурчала Эспер и вяло отмахнулась, перевернувшись на другой бок, но тени за время сна переместились и теперь яркие солнечные лучи назойливо били прямо в лицо. — Ну вот! А такой хороший сон… Был!
— Ты что… пряталась от меня? — еще сильнее возмутился доктор Хотман, нахмурив брови.
— Спрячешься тут! — Эспер протерла заспанные глаза, а затем сладко потянулась. — Я просто забыла. Лето же!
— Мне пришлось тебя искать! — продолжал бушевать Николас, упирая руки в бока и нависая над ней, словно коршун. — Я переживал, вдруг что-то случилось и даже позвонил в цветочный. Чем ты занималась всю ночь, раз спишь на улице днем?
— Не ваше дело… — раздраженно буркнула Эспер, поднялась на ноги и отряхнула одежду от прилипших травинок и мелких веточек. Шея слегка затекла, мышцы противно ныли. Тренировка, действительно, не промешает.
— Все, что происходит на территории академии — мое дело, — недовольно заявил доктор Хотман, почему-то внимательно ее осматривая, и вдруг наклонился ниже, совсем близко к ее лицу и глубоко вздохнул. — Ты что… пила?
— Не-е-ет! — Эспер отшатнулась от неожиданности, кожа непроизвольно покрылась мурашками от его близости, и она, резко смутившись, потерла себя за плечи. — Уже нельзя просто поспать, боже!
— И… я не ослышался? Ник? — Хотман, похоже, сегодня решил ее добить. — С каких пор мы перешли на ты?
— С тех пор, как мне пришлось нянчиться с твоей дочерью взамен за зачет! — язвительно выплюнула Эспер, придумав первый попавшийся предлог. Она и сама не поняла, с чего вдруг спросонья решила назвать Хотмана по имени. Временное помутнение рассудка, не иначе.
— Всего-то пару раз, — удивился Ник. — Да еще в прошлом году!
— О, поверь, я запомнила навсегда, — хмыкнула Эспер, одарив его крайне осуждающим взглядом. — Твоя дочь просто ужасна! Я не понимаю, как нормальный человек, вроде тебя, мог породить такое чудовище.
— Просто у нее сейчас такой возраст, — парировал Ник. — И я не просил тебя нянчиться, я просил помочь ей с проектом по искусству.
— Ну-ну! Называй, как хочешь… Зато Кэсси навсегда отучила меня прогуливать, можешь быть доволен. Лучше уж посидеть на парах, чем выслушивать ее вечные гадости. За что она меня так ненавидит?
— Дело не в тебе… — угрюмо протянул Ник с выражением вселенской скорби на лице. — Сейчас она ненавидит всех старших, кто смеет ей перечить, что-либо указывать и чему-то учить. Поэтому я и отправил ее к Джессике на лето.