Чтение онлайн

Что я наделала?

Я только что добровольно переспала с человеком, которого должна была использовать в плане мести. С человеком, который уже однажды сломал меня. С человеком, чья невеста похитила меня и держала неделю в подвале!

Меня накрыла паника.

Я осмотрелась. Лиам стоял у окна. Он молча курил, открыв одно из панорамных окон. В воздухе витал запах секса и его терпкий парфюм.

Мой телефон завибрировал где-то в сумке, которая валялась у двери. Лиам, не говоря ни слова, подобрал мое платье и протянул мне. Затем он подошёл к шкафу, будто что-то искал, но вместо этого поднял свою рубашку, которую снял во время нашей близости, и протянул мне, чтобы я могла вытереть живот.

Я натянула платье, подошла к сумке и наконец взяла телефон. Несколько пропущенных от Адриана. Я не могла сейчас с ним говорить. Быстро набрала сообщение: “Отъехала ненадолго, хочу побыть одна.” Отправила. Сразу пришел ответ: “Все в порядке?” Я сбросила звонок и написала: “Да, все хорошо”.

Запах секса, присутствующий в комнате, вызывал во мне чувство стыда. Я больше не могла здесь находиться. Этот поступок только сильнее все запутал. Я направилась к двери, когда позади раздался резкий голос Лиама:

— Куда-то собралась?

Я повернулась и встретилась с его сверкающими серыми глазами.

— Мне нужно домой, — тихо ответила я.

— Хорошо, я тебя отвезу.

В голове вихрем пронеслась мысль — если Лиам отвезет меня к пентхаусу, и Адриан увидит нас вместе, что я скажу? Как объясню то, что сбежала от него, чтобы провести время с человеком, которого он ненавидит?

С другой стороны, я прекрасно понимала, что Адриану я ничем не обязана, по крайней мере, в плане чувств. Моя личная жизнь — это моя личная жизнь, и я имею право распоряжаться ею, как угодно. Но осознание этой свободы никак не облегчало бремя моральной ответственности, которое я чувствовала.

Мне нужно было отступить от всех этих интриг, от всего этого запутанного клубка отношений. Я понимала, что нахожусь в своеобразной ловушке — под защитой Адриана, но с сердцем, которое разрывалось при одном взгляде на Лиама. И эта ситуация была невыносимой.

Лиам медленно кивнул, не сводя с меня пристального взгляда. Затем он молча взял ключи от машины и направился к двери. Я последовала за ним, чувствуя каждый шаг как погружение в неизвестность.

Мы спускались на подземную парковку в гробовом молчании. Он не проронил ни слова, и я не знала, о чем он думает. Его лицо было непроницаемым, как маска — эта черта всегда пугала и одновременно привлекала меня. Невозможность прочитать его эмоции заставляла мое сердце биться быстрее от волнения.

В машине тишина сгустилась еще сильнее. Ночной город проносился за окном размытыми огнями, а мои мысли кружились в диком танце сомнений. Я украдкой посматривала на его профиль — четкая линия подбородка, сосредоточенный взгляд, почти высеченные скулы. Как будто какой-то древний скульптор создал его из мрамора — такого же холодного, твердого, но неизменно притягательного.

С каждой секундой молчания мое беспокойство росло. Что, если я снова совершила ошибку? Что, если он просто манипулирует мной? Использует мою очевидную слабость к нему? Ведь он прекрасно понимает, как влияет на меня — стоит ему прикоснуться ко мне, произнести моё имя, и я уже теряю способность здраво мыслить. Я даже сама толком не понимала, что происходит с моими чувствами в этот момент, и что я на самом деле к нему испытываю.

Я его люблю?

Этот вопрос я боялась даже задавать себе. Хочу — да, безусловно. Но любовь… это что-то настолько глубокое и хрупкое, что я не была уверена, существует ли оно вообще в моей жизни. А мысль о том, что Лиам может любить меня, казалась настолько фантастической, что я гнала ее прочь. Я не верила, что человек вроде него способен на настоящую любовь. Такие, как Лиам, не любят — они обладают, контролируют, подчиняют. По крайней мере, я убеждала себя в этом.

Машина плавно свернула в мой район, который за год жизни здесь, стал мне почти родным. Лиам заехал во двор и заглушил мотор. Тишина стала почти осязаемой.

— Спасибо, что подвез, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Пока.

Я уже взялась за ручку двери, когда его пальцы обвились вокруг моего запястья. Одно прикосновение — и знакомый трепет пробежал по моему телу.

— Я тебя еще пока никуда не отпускал, — тихо, но твердо произнес он и захлопнул дверь, которую я успела приоткрыть.

Что-то внутри меня вспыхнуло — злость, усталость, отчаяние.

— Опять ты начинаешь, — я резко повернулась к нему. — Как тебе объяснить, что я не твоя вещь? Ты вообще когда-нибудь будешь считаться с мнением других людей?

Его глаза потемнели, как грозовое небо.

— Я слишком часто давал тебе свободу, Рейвен, — каждое слово звучало как удар колокола. — Где ты была все это время? Где тебя блядь носило эти три недели?!

Я застыла, не зная, что ответить.

— Я искал тебя, — его голос неожиданно дрогнул. — Хочешь верь, хочешь нет, но я с ума сходил от твоего отсутствия.

В этот момент меня охватило почти непреодолимое желание выплеснуть всю правду — закричать ему в лицо о том, что я не пропадала по своей воле. Меня похитили. Держали в запертом сером подвале, где дни сливались в бесконечную череду страха и отчаяния. Как я задыхалась от дыма, когда начался пожар, как думала, что никогда больше не увижу солнечный свет…

И все это по вине его драгоценной Скарлетт — женщины, на которой он собирался жениться.

Но слова застряли в горле. Потому что глубоко внутри я не верила, что он мне поверит. Я была почти уверена, что он бы засмеялся, назвал бы меня лгуньей, сказал бы, что “его Скарлетт не такая”. Как будто он знал ее настоящую. Как будто хоть кто-то из нас знает, кто на самом деле нас окружает.

Я не могла со стопроцентной уверенностью сказать, что доверяю Лиаму. И это разбивало мне сердце, потому что, несмотря на все, я хотела доверять ему. Хотела верить, что он отличается от всех остальных. Но что, если он такой же двуличный, как и все вокруг? Такой же фальшивый, как его невеста, его отец, как Адриан? Что, если он даже хуже их? Зачарованная змея все равно остается ядовитой.

— Я не могу, — наконец выдавила я. — Не сейчас.

Его лицо на мгновение исказилось от боли или гнева — я не могла разобрать. Затем он отпустил мою руку и отвернулся, уставившись в лобовое стекло.

— Знаешь, что самое мучительное, Рейвен? — его голос стал тихим, почти интимным. — Когда ты не знаешь, что происходит с человеком, которого… — он осекся, словно поймав себя на краю пропасти.

— Которого что? — мое сердце неистово забилось.

Лиам медленно повернулся ко мне, и я увидела в его глазах что-то настолько обнаженное и настоящее, что у меня перехватило дыхание.

— Которого не можешь выкинуть из головы, как бы ни старался, — закончил он, и эти слова повисли между нами, как незримая нить.