Чтение онлайн

— Полимерные проставки, — пояснил Ник.

— Надо же! Списал балласт, — диарх улыбнулся, — ради этого стоило ввязаться в драку!

— По две в каждой, — молодой капитан поддержал улыбку, а диарх раскатисто расхохотался.

— Хм-м, — подал голос То·Ро, — если подумать, то проиграв локальный бой, я выиграл иное, более глобальное сражение, можно сказать сместил парадигму.

Взглянув на бугая, Ник не узнал его, лицо стало не таким квадратным, брови разгладились, отчего лоб стал чуть шире, похоже на мгновение Ник утратил самоконтроль, проявив удивление.

— Лицевой имплант, — объяснил сын диарха, — по своей роли я должен был выглядеть грозным и агрессивным противником, устрашающим и опасным в своей недалёкости.

— Как по мне, — ответил Ник, — так сейчас вы выглядите опаснее — умных противников я опасаюсь больше, чем агрессивных. Так, о каком глобальном сражении идёт речь?

— Да это, наше внутреннее, — отмахнулся То·Ро, взглянул на отца, но тот и бровью не повёл, — у нас есть тактические наставления для типовых атак, вы сами видели каких, сближаемся стремительно, агрессивно, давим психологически, запугиваем предупредительными, всё в таком духе, скорее психология, чем тактика.

— Верно, — вдруг подтвердил отец, — наша цель победить без боя, запугать, поскольку: «Одержать сто побед в ста битвах — это не вершина воинского искусства. Повергнуть врага без сражения — вот вершина». — Процитировал он.

— Тогда зачем мы выставляем так мало своих сил против противника? — возразил То, — я же предлагал против «Наутилуса» выставить два ударных разъезда.

— Если побеждать числом, то это представит нас неумелыми бойцами, даже одного тавра должны бояться, — пояснил Бык, — тогда два тавра будут наводить ужас.

— Если сдавать бой, — парировал То·Ро, — то бояться перестанут совсем, за последние месяцы мы уже потеряли два корабля и один в капиталке, спасибо нашему гостю, — тавр беззлобно кивнул в сторону Ника, судя по интонациям, этот спор начался уже давно.

— Объективные обстоятельства, — возразил диарх, — ты сам знаешь, там уникальная линейка, здесь неординарный боец, — в этот момент Ник, приложил всю свою волю чтобы не зардеться, — ты же должен чувствовать людей. Примечательно, что оба случая связаны с Эйфелем, — продолжал диарх, — шельма просто притягивает всё уникальное. Если мыслить стратегически, то наша тактика вполне успешна, мы меньшим числом кораблей решаем большее число задач. Что думаешь? — вдруг он спросил Ника.

Было неуютно попасть в жернова, которые уже давно мелют, Ник припомнил совет Ми·Тона, либо молчать, либо говорить правду и строго по делу, так как Бык хорошо чувствует ложь и глупость, ему вторила Ти·Сс: «если не знаешь, что соврать или не умеешь, то говори правду, когда не можешь сказать правду, дождись пыток». Ник решил не дожидаться:

— Статистика на стороне вашего отца, — сказал он сыну, — перед боем я изучал стычки тавров и поразился, что вы часто достигаете целей совсем без боя. Однако в тот момент я заметил у вас две уязвимости, — отец и сын с интересом посмотрели на капитана, — во-первых: слишком доступна оперативная информация о вашем флоте, похоже кто-то у вас в администрации флота приторговывает сведениями…

— Ха! — иронично воскликнул То·Ро. — Кто-то?! Да мы сами сливаем эти данные!

— Верно, — подтвердил адмирал, — «бывают армии, на которые не нападают», у нас хороший флот, который действует повсюду, об этом все должны знать, это как раз устрашение числом, если кто-то вдруг не убоится одно-двух тавров, — диарх многозначительно посмотрел на Ника, — то он должен понимать, что его ждёт дальше.

— Во-вторых, — гость решил поскорее свернуть со скользкой темы, — я решил, что если капитаны привыкли действовать по одной схеме и не ждут сопротивления, то они постепенно теряют тактический навык, а внезапное противодействие застигнет их врасплох, именно поэтому я выбрал такое мощное и заметное начало своей атаки.

— Здесь ты прав, — в словах диарха было сожаление, — расхолаживает, мы проводим учения и вакуумные, и виртуальные, но реального боя это не заменит, с этим ничего не поделать. Ты тоже во многом прав, — обратился диарх к сыну, — но поспешен в выводах, нужно всё обдумать, найти решение, не отметающее прошлые наработки.

— То-то по характеру То·Ро больше стратег, чем тактик, он склонен выстраивать системы, и во флоте его за это любят, но не хватает ему жестокости, — пояснял адмирал Нику, но обращался к сыну, — поэтому я поручил ему заняться тактической задачей, отправил в Кавалерию, чтобы опыта набирался. Однако не ожидал, что Эйфель найдёт «тёмную лошадку» вроде тебя. Я-то в ваши годы был чистым тактиком, любил знаете ли, из линейки приложить, но тогда шла война, кто не умел в тактику, не выживал. Тебе полезно поработать в вакууме, — обратился он уже напрямую к сыну, — не размышлять в общем, а решать конкретно, вот в вашем недавнем взаимном бое, это было твоё решение, идти по стандартной схеме, мог бы поступить по своему, постараться победить!

— Прости отец, я думал, будет не правильно идти против системы, — сознался То, — ведь я твой сын, должен подавать пример.

— Система, да система, а кто тогда будет указывать мне на мои ошибки? Кто, если не сын? Ждать бунта во флоте? Пока же мои ошибки выявляет на практике лишь чёрный значок напротив нас, — кивнул диарх на Ника, — а это стоило нам ремонта эсминца. Ты всегда был послушен, я ценю это, но если ты проявишь разумную самостоятельность, то я не буду против, скорее даже рад.

Стараясь делать вид, что его здесь нет, Ник присмотрелся к отцу и сыну, похоже, оба были довольны разговором, видимо этим двоим нужен был кто-то третий со стороны, чтобы послужить катализатором в семейном конфликте. За столом повисло молчание, но не тягостное, а такое, как радиоактивный фон после мощной солнечной бури, когда все просто радуются мягкому Солнцу.

— Годишься! — внезапно заявил диарх Нику, — не зря Ми·Тон в тебе это разглядел, у него конечно отличное чутьё на людей, которому можно доверять, но он так увлечён Советом Несудимых, КоН-ом, временами дикого космоса, агентами, что я засомневался, не выдает ли он желаемое за действительное. Но сейчас Ми прав, есть в тебе стиль, присущий агенту, здесь важно сочетание всех факторов: красивый бой, даже с фарсом, уникальная красотка на подхвате, — диарх метнул взглядом в сторону Ксю, — фильтры на корабле тебе чистит сам Эйфель, этого никто себе не может позволить, даже я, — усмехнулся он. — Чёрный значок. Эта форма, а ведь Лу·Вон известный пацифист, не представлю как Эйфель его уломал, опять же брошь Фаберже, а твой крейсер хорош во всех смыслах, к тому же, ты даже мою систему безопасности взломал. И что важно? — спросил Бык, Ник не знал что ответить, но вопрос был риторическим, — Важно, что всё это сделано красиво, без видимых усилий, не натужно, хотя я понимаю, как это сложно даётся, на самом деле, это и есть реальный уровень, который должен показывать агент-адмирал.

Втайне Ник уже радовался исходу дела, но диарх продолжал:

— Конечно, ты поплыл под мерной наводкой, сказывается нехватка опыта, видно, что не приходилось тебе выходить из боя на подбитом корабле с фонящим приводом. Это заметно, и это большой минус, заставляет задуматься.

Диарх принялся размышлять вслух:

— Агенты, если подумать, это такая дикая старина, древность, — признал он, — с другой стороны, мы слишком отошли от традиционных ценностей: какие-то мерные наркотики, вместо простой и понятной химии; виртуальная проституция, вместо нормального человеческого подхода; какие-то квантовые тотализаторы, вместо обычной рулетки с магнитом. И так во всём! Пора бы уже вернуться к классике, так почему бы не начать с возрождения решал? Верно?

«Это проверка», — подумал Ник, и возразил:

— Я полгал, что для агент-адмирала найдутся другие задачи, помимо наркотиков и проституции? Те, которые будут ближе мне по духу, вроде кризиса с Эйфелем.

— «Намотай себе на ус — все работы хороши, выбирай на вкус!», — вдруг срифмовал диарх, — выбрать есть из чего, но и испачкаться всё же прийдётся.

Снова пауза, взгляд Быка уставился куда-то вдаль, наконец он прервал свои раздумья:

— Ник, а ведь я тебя вспомнил, раньше ты неплохо гонялся на торпедах, на твоей последней гонке была мутная история, а я её не пресёк, знал заранее, но не вмешался, ведь я не агент, чтобы таким заниматься, и не решала. К тому же, если человек сам для себя решил азартным делом заняться, то должен понимать, во что ввязывается, в противном случае рано или поздно сработает дарвиновский метод. Улавливаешь аналогию?