Чтение онлайн

– Он бы сделал это, зная все. Ваше превосходительство.

Сомоса удивился:

– А почему это вы за него отвечаете? Я ведь еще не приказал отрезать ему язык...

– Если вы отдадите такой приказ, Ваше превосходительство, то все мои друзья - начиная с брата покойного Аль Капоне малыша Ральфа, который провожал меня сюда, - перестанут быть вашими добрыми знакомыми, - тихо заметил Гуарази.
– Мы перекупим людей из вашей охраны, Ваше превосходительство... Я обещаю вам это... Как и этот мистер, - он кивнул на Роумэна, - я работал в американской разведке, когда мы освобождали Сицилию... Так что у меня остались друзья, которые проливали кровь вместе со мной... У меня на глазах фашисты расстреляли отца, трех братьев и бабушку... С тех пор я не боюсь смерти, Ваше превосходительство... Впрочем, если вы предложите мне контракт, который даст мне денег больше, чем я получу от этого, - он кивнул на иск, лежавший на столе, - я расторгну договор, я служу тем, кто больше платит...

– Сколько вы получите, если я помогу некоторым немцам?
– Сомоса неотрывно смотрел на Гуарази, словно гипнотизируя его.

– Гроши... Тысяч сто...

– Но если вы дадите нам самолет, - сказал Роумэн, - я получу миллионов двадцать... Точнее - могу получить, работа сопряжена с риском...

– Не хотите поселиться в Манагуа?
– Сомоса по-прежнему не отрывал глаз от Гуарази.

– В качестве кого?

– Моего личного друга... Здесь вам не нужны деньги... Дома, особняки на побережье, слуги, женщины, мальчики - все за мой счет.

– Ваше превосходительство, я воспользуюсь вашим предложением, если доживу до пятидесяти, - ответил Гуарази.
– Пока мне тридцать восемь. Я в бизнесе. Деньги должны крутиться, иначе они превратятся в бесценные бумажки... Тем не менее я благодарен за предложение...

– Куда должен лететь самолет?
– спросил Сомоса.

– Туда, куда следует, - ответил Роумэн.

Сомоса, снова зевнув, повторил:

– Куда должен лететь самолет?

Роумэн достал свои мятые <Лаки страйк> и, не спрашивая разрешения, закурил:

– Вам, подписывавшему письма Гитлеру, в которых вы выражали свой восторг практикой германского нацизма, выгодно дать нам самолет, мистер Сомоса... Если вы не дадите, ваши письма будут опубликованы в лондонской прессе. И вы лишитесь поддержки Вашингтона. Вы же читаете наши газеты, знаете, что у нас началась кампания против тех, кто сотрудничал с Гитлером, - Роумэн нервно сглотнул ком в горле.
– Лишившись поддержки Вашингтона, вам не преминут напомнить о Сандино.

– Вашингтон полон респекта к борьбе немецких военных против коммунизма, - ответил Сомоса, хрустнув своими толстыми, наманикюренными пальцами.
– Вашингтон знает, кем был Сандино. Да и потом пугать меня смешная затея, правда, Солано?

– Да, сеньор президент, - ответил тот.
– Только они вас не пугают. Они так поступят.

– Вашингтону не нужен президент, который, как оказывается, обожал Гитлера, - повторил Роумэн.
– Это помешает Белому дому провести конференцию в Рио-де-Жанейро. Если среди делегатов будет человек, объяснявшийся в любви фюреру, торпедируется идея конференции. Америка борется с коммунизмом чистыми руками, и ее поддерживают в этой борьбе политики с безупречным прошлым.

Гуарази поднялся:

– Ваше превосходительство, мы будем ждать ответа в доме Солано. У нас в запасе два часа времени.

Сомоса кивнул:

– Солано, останься, друг мой. Я хочу выпить с тобой чашку кофе... Вы свободны, сеньоры.

Проводив тяжелым взглядом Роумэна и Гуарази, диктатор долго рассматривал свои маленькие, женственные руки, потом поднялся из-за стола:

– Подожди меня, дорогой Солано... Я должен позвонить... Сколько ложек сахара класть в твою чашку?

Тот чуть привстал с кресла, прижал руки к груди:

– Я не думал, что они придут с этим, сеньор президент! Клянусь честью!

– Ты знаешь их настоящие имена?

– Да... Вито Гуарази, адъютант Лаки Луччиано... И Пол Роумэн... Оба из разведки... Не знаю, как сейчас, но раньше они служили на Донована и Даллеса...

– Мне они нравятся... Люблю крепких ребят, - сказал Сомоса, дружески улыбнулся Солано и вышел из кабинета в соседнюю комнату, где отдыхал, принимал душ и порою отдавал себя в руки массажиста.

Там он снял трубку прямого телефона, соединявшего его с резидентом американского посольства:

– Майкл, вам ничего не говорят имена - Гуарази и Роумэн?

1

Фрэнку Визнеру.

Весьма срочно!

Совершенно секретно!

Интересующие вас лица находятся в Манагуа и требуют самолет для

полета на юг, в Аргентину. Жду указаний.

Резидент

Майкл Грис.

2

Резиденту ЦРУ на Кубе

Эндрю Лирсу.

Весьма срочно!

Совершенно секретно!

Немедленно свяжитесь с Лаки Луччиано. Поставьте перед ним

следующие задачи:

1. Его люди сейчас же вылетают в Асунсьон и Кордову, входят в

контакт с нашими резидентурами, садятся к радиоприемникам,

обеспечивающим связь со всеми интересующими меня самолетами, и ждут

указаний.

2. Получив наш приказ, они передают пассажиру самолета Вито

Гуарази, псевдоним <Пепе>, рекомендации Лаки Луччиано: <Если на борту

самолета - после выполнения задуманной операции - окажется не один

пассажир, а два, причем один из них будет явно похищен, необходимо

устранить тех, кто вылетел с ним из Манагуа, а также похитителя.

Похищенного беречь как зеницу ока>.

3. Самолет должен приземлиться в Асунсьоне. Здесь люди Лаки

Луччиано устраняют Гуарази. Похищенный передается лично нашему

резиденту.

4. Если эти позиции будут выполнены, обещайте Лаки Луччиано мою

личную помощь и поддержку во всех будущих начинаниях.

5. Ответ жду немедленно.

6. Если Луччиано находится в Варадеро, свяжитесь по телефону,

времени для личной встречи у вас нет.

Фрэнк Визнер.

3

Фрэнку Визнеру.

Весьма срочно!

Совершенно секретно!

Разговор состоялся по телефону. Луччиано согласен. Выезжает для

консультаций и выработки плана.

Его люди уже отправились на аэродром; самолет Лаки в их

распоряжении; операцию осуществит <Хорхе>.

Луччиано благодарит за дружбу и доверие, считает досадный

инцидент, глубоко его оскорбивший, законченным.

Резидент на Кубе