Чтение онлайн

— Свиток… свиток говорил, что путь верный! Он должен быть здесь!

— Свиток мог ошибаться, — тихо, но чётко сказала Лаксиэль, возникнув за плечом Тильмиро. Её взгляд скользнул по скелету. — Или… мы что-то упустили.

Но я уже не слушал. Моё внимание было приковано к тому месту на полу, куда указывали костяные пальцы. Я протянул руку и стер всю пыль, потревожив мертвого стража. Он рассыпался кучкой костей.

Нашему взору открылась квадратная каменная плита, почти во всю ширину коридора. И в её центре — углубление, словно ждущее своего ключа.

— Ключ, — прошептала Лаксиэль. — Нужен ключ.

Тильмиро рванулся вперёд, к скелету, его руки потянулись к рассыпавшейся груде у ног.

— Может быть, у него! — в его голосе звенела отчаянная надежда.

— Будь у него ключ, он бы нас тут не дожидался! — рявкнул я, но было поздно. Пальцы альва разворошили сухие кости, подняв облачко пыли.

Он замер, глядя на свои запачканные руки. В его глазах плескалось что-то близкое к отчаянию.

— Отойди, — бросил я Тильмиро. — Оба отойдите.

Плазменный тесак ожил в моей руке. Багровый свет вспыхнул, озарив сцену. В его лучах останки скелета казались ещё более зловещими.

— Что ты делаешь? — прошипел Тильмиро.

— То, на что у нас больше нет времени, — ответил я, не отрывая взгляда от углубления на плите.

Возможно, ключ давно утерян, возможно, он покоится в чьей-то сокровищнице. Но у меня было оружие, способное резать металл, словно воск.

«Воля ужаса» взвыла предупреждающе, но на этот раз её крик был о другом — о грубой силе, о взломе, о непредсказуемых последствиях.

Я вонзил раскалённое лезвие в центр углубления. Камень вскипел, сопротивляясь, но плазма буравила его, плавя и испаряя. Искры и снопы раскалённых осколков разлетелись во все стороны. Альвы отшатнулись, прикрывая лица.

Спустя несколько секунд напряжённой работы раздался глухой звук, и каменная плита под скелетом, перед стеной, с оглушительным скрежетом рухнула вниз, открывая чёрный, уходящий в бездну колодец.

Из глубины зала повеяло ветерком. Он подхватил древний прах, унося его прочь. Пыль, скопившаяся на краях колодца, беззвучно и мрачно осыпалась, исчезая в темном зеве.

Тильмиро выдохнул что-то на своём языке — то ли молитву, то ли проклятие. Лаксиэль молча смотрела в чёрный провал.

— Ну что, — негромко произнес я, повернувшись к ним и осветив багровым светом тесака их напряжённые лица во тьме. — Похоже, твой свиток был верен.

Тьма — не то, чем кажется.

Я вгляделся в черную пасть провала. Ни выступов, ни скоб, ни следов верёвок — ничего, за что можно было бы зацепиться при спуске. Стены, гладкие и отполированные почти до блеска, казались неприступными. Внизу, на пределе видимости моего доспеха, угадывалось лишь смутное пятно — вероятно, дно. До него оставалось не менее сотни локтей. Возможно, за века все, что служило для спуска, давно истлело, или же это место вовсе не предназначалось для спуска. Я же, похоже, всего лишь грубой силой прорезал проход напрямую.

Придётся прыгать. И в этом мне поможет мой контроль гравитации, главное — чтобы втроем удалось протиснуться в эту узкую нору.

Я обернулся к спутникам. В багровых отблесках тесака и неровном свете факелов их темные лица озарялись так, что казались тлеющими углями.

— Лестницы нет. Но спуститься сможем, — я коротко ткнул пальцем вниз. — Я замедлю наше падение с помощью навыка. Но вам придётся держаться за меня. Крепко.

Тильмиро, не отрывая взгляда от чёрной бездны, медленно кивнул. В его глазах читалась готовность шагнуть в пропасть хоть сейчас. Взгляд Лаксиэль метнулся от меня к колодцу и обратно.

— Всё равно другого пути нет, — её голос прозвучал тихо, но чётко. Это был не протест, а просьба о подтверждении.

— Нет, — ответил я без колебаний, и продолжил с легкой усмешкой: — И ждать мы тоже не можем. Если светлые смогут расчистить завал, то совершить паломничество к вашему алтарю будет несколько проблематично

Не дав им времени на новые сомнения и возражения, я сделал шаг к краю. Каменная грань так и манила сделать шаг вперед.

— Тильмиро, ты должен будешь обхватить меня за ноги, — моя рука указала на зёв колодца. — Я сяду на край, а ты повиснешь над провалом, держась как можно крепче. При приближении дна спрыгнешь

Тёмный альв молча кивнул, его челюсти сжались. Он подошёл ближе, вглядываясь в пропасть.

— Лаксиэль, — я повернулся к ней. — Тебя я буду держать на руках, обхватишь меня за туловище. Сила моего навыка будет действовать, пока вы касаетесь меня, но если отцепитесь — придется учиться летать. Понятно?

Они молча, почти одновременно кивнули. Я сел на край, удерживаясь одной рукой за выступ. Альв решительно, ухватившись за мою руку, спиной вперед спустился по мне в колодец и повис, удерживаясь за лодыжки.

— Готов, — донёсся снизу его сдавленный голос.

Я кивнул, хотя он этого не видел, и протянул левую руку Лаксиэль. Альвийка сделала глубокий вдох, её пальцы сжали факел так, что костяшки побелели. Не погасив его, она отбросила факел в сторону, опасливо посмотрела вниз и твёрдо шагнула вперёд.

Обхватив мою шею, она позволила мне подхватить её под колени и спиной прижаться к моей груди, хоть и прикрытой доспехом. Она была легкой, почти невесомой, но её хватка вокруг моей шеи была не менее цепкой, чем у её собрата за мои ступни.

Положение было глупым и крайне уязвимым. Мы втроём свисали над глубокой дырой в позе, достойной акробатов из самых дешёвых таверн. Но иного выбора не было, разве что мне можно было спуститься туда в одиночку.

— Держитесь, — сказал я, и на этот раз в голосе не было ни усмешки, ни иронии. — Спускаемся.

Я оттолкнулся от края и позволил гравитации, «естественному движению» — как назвал ее Пелит в свое время, сделать своё дело.

Мы сорвались вниз.

Первое мгновение — это всегда чистый, обжигающий живот ужас свободного падения. Воздух со свистом промчался мимо. Я-то к этому уже привык, а вот мои спутники… Тильмиро снизу издал сдавленное ругательство. Лаксиэль вцепилась в меня ещё сильнее.

И тогда я активировал «Контроль гравитации».

Ощущение падения не исчезло, но стало неимоверно медленнее. Мы плыли вниз, словно в густом, вязком мёде. Моё усиленное доспехом зрение выхватывало только трещины на полированной каменной стене и ни следа того, что здесь когда-то мог быть спуск.

Глубина оказалась даже больше, чем я предполагал. Мы плыли вниз уже три десятка долгих, тягучих секунд. И вот, наконец, внизу стало проступать дно. Не просто камень. Оно было выложено темными, запылёнными плитами, которые потревожили лишь несколько оплавленных каменных обломков, упавших сверху. Слой пыли вокруг был не тоньше, чем в коридоре. Мы мягко, почти бесшумно опускались, словно крупные осенние листья. Вокруг царила полная тишина, нарушаемая лишь нашим дыханием.