Чтение онлайн

Я зажмуриваюсь что есть силы, и пытаюсь услышанное переварить. Теперь все ясно. Все стало на свои места. У каждого своя роль в этой пьесе. Только кроме отца спросить не с кого, живой только он.

Я вдруг четко осознаю, что Колесников-старший, никогда для меня не был отцом и вся наша с ним история, развязывает мне еще больше руки в этой войне.

– На счет дела, ты можешь на меня рассчитывать, - твердо произносит Малышевский.
– С учетом обстоятельств, мне нужны порядочные партнеры. «Морская сталь» обладает такими мощностями, что грех не работать с ней, но ты должен решить конфликт внутри, не выноси мусор из дома.

– Что вы имеете в виду?
– я не сразу улавливаю ту тонкую нить, где мне четко говорят, что делать.

– Остальным людям, лучше не знать, - Георгий прочищает горло, - что для тебя сделал отец, а если ты пойдешь буром на него, он начнет мстить.

Перевожу взгляд на Ярослава, но тот походу вообще в шоке от истории моей семьи, сидит и молча переваривает.

Конечно, я знаю, что отец ради денег готов на многое, даже взять аварию, в которую попала Катя, но я в какой-то момент, понял, что не боюсь его. Моя девушка далеко, ей ничего не угрожает, да и не верю, что он опустится настолько низко.

Спустя час обсуждения перспектив сотрудничества мы с другом выходим на парковку.

Ярослав слишком много молчал, и теперь какой-то поникший, мне даже удивительно видеть друга в подобном расположении духа.

– Что делаем дальше?
– прикуриваю сигарету, наблюдая за ним.

Смирнов устало выдыхает.

– Завтра начнется маски-шоу, если все пойдет по плану, он сдуется, а ты появишься в самый ответственный момент и спасешь «Сталь».

– Мне она не нужна, - четко произношу я, взвесив все, что сегодня услышал.

– Не понял, - Смирнов останавливается напротив и сканирует мое лицо.

– Сделай все, что должен по закону, накажи каждого кто виноват, но становиться у руля компании я не буду.

– Ты это сейчас серьезно?
– оторопев спрашивает друг.
– В каком смысле не нужна? Мы что, зря это все затевали?

– Ярослав, мне эта компания ничего хорошего не принесла, я не буду за нее бороться, - я верю в каждое свое слово, но мой друг смотрит на меня так, словно я его предал.
– Ты запустил процесс, теперь колесо правосудия начало крутиться, а мне ничего не нужно из этого.

– Это все из-за того, что сказал Малышевский? Иван, я понимаю, что это больно, что ты был не готов услышать в лоб правду о своей семье, но отдать свою компанию просто так - глупо и безрассудно.

– Глупо?
– усмехаюсь я.
– По-моему, это самое лучшее решение в моей жизни. Никогда я еще не чувствовал себя настолько свободным, как сейчас. Пусть забирает ее полностью, раз он так зациклен на деньгах. Я хочу только свою свободу. Настя улетела в Израиль, живет себе с новым мужем, в деле Олега нигде не фигурировало мое имя, мне нечего опасаться.

– А Катя? Ее авария?
– Ярославу дай только зацепку, он как бешеный пес, честное слово.

– Вот здесь ты прав, - соглашаюсь я.
– Стоит ему попортить нервы и наведаться в гости, чтобы забыл обо мне и обо всем, что связано со мной. Но в «Сталь» я не полезу, можешь даже не начинать. Георгию не было смысла врать, он говорил правду.

Не хочу об этом думать, уже нет в этом никакого гребанного смысла. Ну, предложил дед отцу деньги, ну не получилось, дальше что? Я с этим жить не хочу, это больше не моя история. Хочу жить здесь и сейчас и построить свое будущее, свою семью, где подобного не будет.

Вижу друг прям проникся моим новым планом и его нехило так загрузило.

– Забей, Яр, - толкаю его в плечо, - все нормально. Зато мне стало многое понятно, и его слова, что я ему жизнь испортил приобрели наконец-то смысл. Но больше этого человека в моей жизни не будет. Никогда.

Смирнов щурится и странно осматривает меня с ног до головы, будто видит впервые.

– Вот уж никогда не думал, что скажу это, но ты и правда благородный Кен для Барби, - твердо произносит он, без тени улыбки, но спустя секунды три, начинает дико смеяться.

Я поддерживаю волну некого оптимизма и мы какое-то время стоим на парковке, весело обсуждая планы Смирнова на «Сталь», если меня там уже не будет.

И тут, наконец-то оживает мой телефон. На экране высвечивает фотография Кати, и Ярослав закатывает глаза.

– Осчастливь свою Принцессу, что ты теперь всецело ее Принц, - улыбается друг.
– Только не забудь упомянуть, что ты теперь нищий Принц, и вся надежда только, на ее танцульки. Посмотрим, как она отреагирует.

Пропускаю мимо ушей его подколы и отхожу чуть в сторону. На самом деле, я очень зол, что она пол дня молчала, теперь, когда ничего не мешает думать о ней, смогу высказать все свои претензии.

– Твою мать, Принцесса, тебе так сложно было написать мне хотя бы сообщение? Ты так сильно занята была?!
– перехожу сразу в наступление. - Где ты?

На том конце затяжное молчание, а затем тихий, едва слышный всхлип.

– Катя, что случилось?
– тревога поднимается во мне, как голова змеи.

– Я в больнице, Вань, - шепчет она, а у меня внутри все сжимается.
– Меня столкнули сегодня с лестницы.

Иван

Иногда, когда уже просто не знаешь, как сделать вдох, чтобы не болело, хочется застрелиться.

В моей жизни, было несколько подобных моментов, но только сегодня, я ощущаю, как через тело проходят болезненные импульсы. Настолько болезненные, что я готов убивать.

Она сломала ногу. Мать его. Девочка, которая поехала с одной целью в Париж - стать танцовщицей, сломала ногу. Как так? Что за идиотизм вообще?

– Как ты себя чувствуешь?
– в сотый раз уже за сегодня, спрашиваю Катю по телефону, пока бесцельно катаюсь по столице.

Вылет у меня через пять часов, этого времени хватит, чтобы привести мысли в порядок и решить пару вопросов, но этого слишком много, когда моя любимая там совершенно одна, мучается от боли.

– Нормально, - грустно выдыхает Принцесса.
– Здесь Клаудия, месье Петров отправил ее со мной, так как не смог поехать лично.

– Или не захотел, - заканчиваю за нее.

– Вань, он не обязан. Это был несчастный случай.

Мне с трудом в это верится, но я молчу.

– Лестница была слишком крутая, я даже не помню, в какой момент оступилась, - она все это говорит для меня, но я понимаю, что Катя лишь пытается казаться сильной.