Чтение онлайн

— Давайте! Мне тоже есть что вам поведать на столь деликатную тему.

— Простите, это как то связано со мной?

— Ага! В смысле, вы ведь там были, так что…

«Она имеет в виду сегодняшний случай в вагоне или что-то другое?» — задумалась Секо, а вслух произнесла:

— Я совсем недавно сюда переехала и плохо знаю местные кафе, а вы?

— Идемте на Кома-но-мити, там есть итальянский семейный ресторан. Если заказать пирожное дня, кофе дают бесплатно.

— Где-где он? На Кома-но-мити?

— Да, в направлении Накацухамы.

— А, кажется, я его видела. На перекрестке направо, там еще рядом на углу супермаркет. Правильно?

— В самую точку! Там и недорого, и вкусно.

Яснее ясного, выбор продиктован финансовыми соображениями. Она могла бы запросто пригласить новую знакомую на обед в любой ресторан, но не стала этого делать. У нее возникла надежда, что она подружится с этой девушкой, несмотря на разницу в возрасте. Если же Сёко заплатит за сегодняшнюю трапезу в каком-нибудь недешевом ресторане, в следующий раз студентка должна будет сделать ответный ход и почувствует свою ущербность, и тогда на знакомстве можно поставить крест. Чтобы этого избежать, лучше согласиться выпить кофе с пирожным там, где их предлагают по разумным ценам.

— Наверное, вы такие заведения считаете ниже своего уровня…

«Вот, что и требовалось доказать!» — огорчилась Сёко.

— Вовсе нет. Хоть я взрослая и работаю, живу я одна и мне нужно экономить. Время от времени я позволяю себе что-нибудь этакое и не жалею потраченных денег, но скидки в супермаркете и рестораны с суши-конвейерами тоже обожаю.

— Тогда идемте!

Стороннему наблюдателю они вполне могли бы показаться сестрами. Одна только мысль об этом подарила Сёко крылья. Она улыбнулась про себя: «Мой первый шаг навстречу счастью! Мы попьем кофе, съедим по десерту, и у меня появится новая подруга. А в мои лета заводить друзей уже не так-то легко».

«Какая приятная неожиданность», — умилилась Токиэ, взглянув на парня и девушку, вставших рядом с нею и ее внучкой на платформе, к которой должна была подъехать электричка до Такарадзуки.

Чем дольше живешь, тем незаметнее пролетают дни. Шух! — и целый год промчался. А то, что произошло полгода назад, было как будто вчера.

Вместительная холщовая сумка с ярким изображением всемирно известного мышонка тотчас вызвала образ в памяти Токиэ: в предыдущий раз владелица этой сумки встретилась им с Ами на лестнице, ведущей на противоположную платформу. Молодой человек — тот самый, который сейчас был подле нее, — пригласил ее на свидание, и она с улыбкой согласилась. Волнительная завязка отношений, свидетельницей которой стала Токиэ, по-видимому, переросла в полноценный роман, поскольку молодые люди держались за руки, нежно переглядывались и загадочно шушукались.

Руки Токиэ тоже были заняты: одной она обхватывала ладошку Ами, другой — ручку клетки-переноски, в которой сидела миниатюрная такса. Ами мечтала дать песику какое-нибудь изысканное имя на французский манер, например Каштан или Шоколад, но решающее слово в этом вопросе оставалось за хозяйкой, то есть за Токиэ.

Изначально она хотела купить собаку японской породы, но подходящих вариантов оказалось раз-два и обчелся. Те же сиба-ину требовали долгих ежедневных прогулок, и Токиэ передумала заводить такую собаку. Еще существовала мини-версия, мамэсиба-ину, но, несмотря на заявленную миниатюрность, многие собачки вырастали до размеров обычной сиба-ину, так что и этот вариант был сопряжен с немалыми рисками.

В результате Токиэ поддалась уговорам внучки и приобрела длинношерстную черную миниатюрную таксу, но в том, что касалось имени, проявила твердость и нарекла питомца Кэном. Так же звали пса породы каи-кэн, который когда-то жил дома у ее родителей. Пес умер, когда сын Токиэ пошел в детский сад, то есть должен был бы помнить того Кэна, однако образ стерся из его памяти, и сейчас, узнав о намерении матери, сын лишь подтрунил над ней: «Хе, поразительно оригинальное имечко» [9] .

Ами, конечно, расстроилась, потому что мечтала, чтобы песик носил более экзотическое имя, но Токиэ была непреклонна. Она не относилась к числу добреньких бабушек, которые во всем идут на поводу у внучат.

Постепенно Ами привыкла к имени Кэн. Кроме того, появление в доме собаки уже делало свое дело: теперь внучка частенько ночевала у бабушки, вот и вчера невестка с извинениями привезла Ами к Токиэ сразу из детского сада и спросила, не согласится ли та принять внучку в гости. Казалось, с тех пор как Токиэ завела песика, ее дом превратился в филиал садика, где к тому же можно остаться на ночь.

— Бабушка, дай мне подержать Кэна!

— Нет, моя хорошая. Ты вот только что не смогла спуститься по ступенькам с переноской в руках и отдала ее мне.

— Ну пожалуйста… Пока мы стоим и ждем!

Не желая, чтобы Ами устраивала шум-гам на перроне, Токиэ сдалась.

— Отойдем чуть дальше от края. Главное — не урони клетку. Если почувствуешь, что устала держать, скажи мне сразу. — Бабушка осторожно вручила клетку внучке.

Как и ожидалось, буквально через полминуты Ами вздохнула:

— Забирай.

— А я тебя предупреждала!

Едва Токиэ снова взялась за ручку клетки, раздался гудок приближающейся электрички.

Очень скоро выяснилось, что тревога Токиэ была напрасной. Ами вела себя идеально и на перроне, и в вагоне поезда. Неприятность свалилась неожиданно.

«Мать честная! Это что за балаган?» — ужаснулась Токиэ, едва двери открылись. Из вагона слышался пронзительный смех и истошные вопли. Судя по голосам, галдели женщины средних лет. Будь на их месте школьники или студенты, Токиэ даже не подумала бы их осудить, но в данном случае пришла в полнейшее недоумение: «Почему некоторые, достигая определенного возраста, разом забывают о правилах поведения?»

Крики и хохот звучали так оглушительно, будто горластые дамы составляли не менее половины от общего числа пассажиров в вагоне, однако в действительности их оказалось человек пять или шесть. И хотя они сидели рядком на одной скамейке, каждая пыталась завладеть вниманием остальных, так что гам стоял невыносимый.

Становилось понятным, почему желающих ехать в этом вагоне всего ничего. Те, кто остался, не скрывали раздражения и с досадой закатывали глаза, но дамочки, поглощенные беседой, не замечали никого вокруг.

Кэн испугался шума и затявкал. Одна из болтливых дам, взглянув на переноску в руках Токиэ, слегка нахмурила брови. Стремясь отойти подальше от визгливой компании, Токиэ кивнула Ами, и они перешли к противоположным дверям. Девочка с любопытством разглядывала женщин, чем-то напомнивших ей тропических птиц с их ярким оперением и громким гомоном. Поделать тут ничего было нельзя: дети всегда живо реагируют на цвет и звук, это заложено в них природой. Да что там дети, игнорировать говорливых тетушек не могли даже взрослые.