Чтение онлайн

Поместье Замок роз было необыкновенно красивым, особенно с парадного подъезда. Меня встретила замученная экономка. Выслушала мою историю, указала каморку и познакомила с двумя другими горничными. Предупредила, что госпожа суровая, может и побить. Отвернувшись, осклабилась, пусть попробует ведьму побить, если не боится последствий. Короче, приняли в горничные, выдали одежду, выделили каморку. После обеда сразу отправили на уборку комнат. Прихватив ведро с водой, тряпку и веник поднялась на второй этаж особняка. Пока мне доверили только гостевые спальни. Вычистила три, трижды спускаясь и поднимаясь с ведром. Перед ужином встретилась с хозяйкой. Поклонилась ей, но она будто и не видела меня. Что ж это очень хорошо, проблем меньше.

В течение недели я умудрилась собрать довольно сведений о госпоже и практически с ней не встречаться. Теперь точно знала, что перстень она носит или на пальце, или на цепочке, но он непременно с ней. Для меня возникла проблема, чем его заменить так, чтобы она и дальше продолжала тешиться. Весь мозг набекрень вывернула, но не придумала, пока не помог его величество случай.

Произошло это так. Я работала в поместье уже недели три, когда однажды перед обедом к нам пожаловал пожилой мужчина лет 60-ти импозантной наружности. Наша Кобра (с легкой моей руки все начали так назвать баронессу) встретила его с вежливым, но недовольным видом. Однако это его нисколько не расстроило, и он продолжал вести себя совершенно спокойно, естественно. Я даже позавидовала его стойкости. Было видно, что наша Кобра скрипит зубами, но вынуждена улыбаться и принимать его. После обеда он ушел, а наша госпожа начала буйствовать: вначале разоралась на свою горничную, даже ударила ее, потом на садовника, затем просто на всех и вся, точно как цепная шавка. Тьфу, не баронесса, а клиент психбольницы в раздрае. Пришлось напоить ее снотворным и отключить. Уже сидя за ужином, я спросила у Симоны, экономки:

— Что это приключилось с нашей Коброй? И кто этот красивый мужчина? — Обслуга переглянулась и рассмеялась. А Симона ответила:

— Этот мужчина — граф Дуартий Морент. Его Сиятельство когда-то, очень давно, дал в долг большую сумму денег отцу баронессы. Тот много играл в азартные игры и проигрывал баснословные деньги. Так вот, барон вовремя не смог вернуть, отдал документы на поместье и прилегающие к нему угодья, договорились отдавать частями. Пока барон был жив, долги отдавались своевременно, но когда умер баронесса не хотела отдавать долг отца. Строила истерику и прочее, пока граф не явился и не потряс бумагами на поместье перед ее носом. А она, оказывается, искала их в кабинете почившего. Вот и прошлось ей волей-неволей выполнять долговою расписку отца. Когда граф овдовел, предложил ей стать его женой, но она категорически не захотела, пообещав, что будет и дальше выплачивать огромнейший долг своего папаши.

Я протянула с сожалением:

— Ну и дура, могла бы выйти замуж за подходящего мужчину. Красивый, умный, богатый. Она же так замуж хочет. Зачем ей молокосос? — Сидящие за столом переглянулись, ответила та же экономка:

— Красивый-то красивый, но уж какой он жмот, кто бы только знал. Да и детей у него куча, как законных, так и внебрачных. А так поместье у него в лапках осталось бы. Глядишь, кому-нибудь из бастардов повезло, даже имя бы перепало. Но, честно сказать, Его Сиятельство действительно увлечен госпожой Иразией. И если кто из мужчин в состоянии справиться с Коброй, то только он.

Дальше разговор перевели на другие темы, а я намотала сведения на ус. Стала размышлять над этой информацией, когда уже легла в постель. И пришла к такому выводу, что мне нужно поговорить с его Сиятельством. Даже заключить с ним некое соглашение. Да, так и надо сделать!

Прошло еще около недели, и граф вновь пожаловал к нам в поместье. Госпожа также недовольно встретила его, но в любезности не отказала. Они погуляли по огромному розарию, отобедали, и когда граф раскланялся и пошел к своему экипажу, я осторожно выскользнула за ним. Он садился в свой экипаж, а я подошла к нему и вполголоса сказала:

— Мой господин, Ваше Сиятельство, разрешите обратиться к Вам? — он повернулся ко мне, показывая, что слушает. — Мне есть, что Вам сообщить о госпоже и даже, если Вы позволите, помочь Вам, но это нужно сообщить наедине, без посторонних глаз. Разрешите последовать за Вами в экипаж? — Граф залез в экипаж и позволил тоже самое сделать мне. Стукнул по стенке кареты, экипаж тронулся и он сказал:

— Слушаю.

— Ваше Сиятельство, не в моих правилах слезать в чужую жизнь, однако, я случайно узнала, что мои намерения перекликаются с Вашими. Позвольте узнать, Вы еще жаждете увидеть госпожу Иразию своей драгоценнейшей супругой? — Граф усмехнулся:

— Положим. И?

— Вы, наверное, слышали, что госпожа выкупила перстень молодого человека и настаивает на его женитьбе на своей особе. Мне необходимо добыть этот перстень. Снять смогу, только похищение расстроит баронессу, а вот если вместо этого перстня, я подложу Ваш, Вы станете ее женихом.

Граф с улыбкой, но уже заинтересованно слушал меня и тут же возразил:

— Она сразу же отдаст мне мой родовой перстень, как только я заявлю на нее свои права.

— А Вы поступите хитро, так, чтобы она не почувствовала подвоха. А именно…. — дальше я ему в течение часа объяснила, как и что делать. В конце он сказал:

— Если я Вам отдам родовой перстень, а Вы будете меня шантажировать, как Иразия своего «жениха»? — Я улыбнулась и ответила:

— Ваше Сиятельство, Вы, безусловно, привлекательный мужчина, только я свою свободу ценю намного выше. Кроме того, готова поклясться на крови, что именно Ваш родовой перстень окажется вместо злополучного на руке или груди баронессы, а дальше будет зависеть от Вас, как хорошо Вы сыграете. — Граф на некоторое время задумался, потом решительно сказал:

— Едем ко мне в поместье. Я возьму Вашу клятву и дам перстень.

Мы подъехали к дому графа, и отправились в кабинет, где я дала ему клятву, что только собираюсь забрать перстень злосчастного паренька, а его поместить вместо прежнего. И затем он вручил мне перстень со словами:

— Как только исполните задуманное, передадите для меня весть через ювелира «Золотой ветки», скажите, что украшение подошло госпоже, и она довольна. И еще, если Вам это удастся, награжу. — Затем мы распрощались и меня отвезли обратно. Благо, что меня за эти два часа никто не хватился.

Я принялась тщательно готовиться к операции. Нужно было сильно выбесить Кобру, чтобы на законном основании налить ей снотворное. Благо долго повода ждать не пришлось. Даже более того, моего вмешательства не потребовалось. Прошло четыре дня. Пришло письмо о том, что надо в этом месяце заплатить долг. Как же она поносила несчастного графа и своего покойного батюшку, швырялась и орала! В итоге велела выдать энную сумму и отвезти графу, и продолжила лютовать. Кое-как мы ее успокоили, а экономка отнесла чай со снотворным, которого по моему совету налила больше, потому что я ей сообщила, что госпожа буйствует, а если не заснет, то нам конец. Не знаю что, но налили снотворного больше. Едва мы помогли ей раздеться и уложили в кровать, как она захрапела. Я отметила, что объект на цепочке.

После ужина все разбрелись по комнатам, а я с графским перстнем тихо прокралась в комнату госпожи, которая храпела, как конюх. Отцепить застежку было достаточно трудно, но вот родовой перстень юного обормота у меня, и я аккуратно вдеваю перстень графа со злорадной улыбочкой. Хотела замуж? Пожалуйте! После работы, прихватив добычу, тихо выскользнула из комнаты Кобры и отправилась спать, положив добытое в пространственный карман своей сумки. Оттуда только я могу его вытащить.

На следующий день сбегала к ювелиру и оставила сообщение для графа. Теперь вся жила в предвкушении развития этой авантюры. Его Сиятельство пожаловали на следующий день часам к десяти утра. Баронесса злилась, но держала себя в руках. Граф был любезен и наигранно печален. Заметив меня за шторками, незаметно подмигнул и начал: