Чтение онлайн

– Боже, как же я люблю, когда ты такая, - шепчет он, прижимаясь своим лбом к моему.
– Как бы мне хотелось, чтобы ты была не такой пьяной.

– Мне тоже, - соглашаюсь я с ним, не вполне понимая с чем именно.

Его теплое дыхание опаляет мои щеки, вызывая у меня сильнейшее желание прикоснуться к его губам.

Что я и делаю.

Скользя пальцами по его лицу, подушечкой большого пальца дотрагиваюсь колечка на губе, нежно очерчивая линию его нижней губы.

У него вырывается вздох.

– Элла...
– Этот звук больше напоминает стон, но, скорее всего, так кажется опьяненной части моего разума. Да и уровень алкоголя в моей крови более, чем вероятно является причиной того, что я чувствую, как он целует мой большой палец и нежно покусывает его. Или, может быть, это расплата за укус и облизывание, которое я проделала с ним ранее.

Пофиг. Прямо сейчас мне на это наплевать.

– Мы можем поиграть?
– Я откидываю голову назад и хлопаю ресницами. – Ну, пожалуйста.

Его тихий смех отдается в моем теле.

– Мы можем делать все, что ты захочешь.
– Делая глубокий вдох, он отталкивается назад. И прежде чем спрыгнуть вниз, вытаскивает бутылку из моей руки.

– Мошенник!
– Воплю я, показывая Рене средний палец, когда она бросает на меня насмешливый взгляд. Тот самый взгляд, которым она все лето одаривает меня всякий раз, когда мы с Мишей ведем себя подобным образом, и да, такое происходит часто. Но это то, что мы делаем. Дурачимся. Как друзья. На меня накатывает осознание, насколько он мне действительно нужен, насколько я не хочу стать для него потускневшим воспоминанием.

Возможно побег в Вегас окажется сложнее, чем я предполагала.

Может быть мне просто попросить его поехать со мной.

Могу ли я это сделать?

В самом ли деле это так просто?

С Мишей все просто.

Я бегу к краю откидного борта кузова и запрыгиваю Мише на спину. Когда я его крепко обхватываю руками и ногами, наше соприкосновение вызывает у него стон.

– Не приканчивай ее разом!
– Я пытаюсь дотянуться до бутылки, но он кружится, не отрываясь от пойла.
– Миша Скотт! Ты самый большой в мире жулик!

Как только он заканчивает пить, закручивает крышку и бросает её в качающего головой из-за нашего поведения Итана.

– Вы двое, гребаные сумасшедшие, - замечает Итан, открывая бутылку.

– Итан Грегори, не смей ее допивать!
– Кричу я, но моя просьба замирает, как только Миша обхватывает мои ноги и, неся меня на своей спине, направляется к костру.

– Ты собираешься так всю ночь меня таскать?
– Спрашиваю я, когда он подходит к Стэнфорду, Бенни, Грантфорду и группе девушек, с которыми я училась в одной школе.

– Может быть.
– Он крепче меня сжимает.
– По крайней мере, до тех пор, пока ты мне позволяешь.

– Это может продлится очень долго, сегодня звезды вращаются очень быстро.
– Я смотрю на небо и поеживаюсь из-за густых облаков. Делаю глубокий вдох. Даже сквозь затуманенный разум я все еще ощущаю запах.

Надвигается дождь.

Неизбежный предвестник.

Глава 8

Миша

Черта с два я опущу ее на землю, только не после случившегося. И мне плевать на то, что она пьяна. Я и сам чувствую себя изрядно набравшимся. С Эллой на своей спине я ощущаю себя одновременно под кайфом и пьяным.

Твою мать, она прикасалась к моим губам. Позволила поцеловать мне ее палец. Разрешила прижиматься к своему телу.

И вот теперь она сидит на моей спине.

– Здорово, Миша.
– Бенни кивает подбородком, когда я с Эллой подхожу к другим гонщикам. Она сидит на моей спине уже более пяти минут и ни разу не дает понять, что хочет слезть.

– Здорово, чувак.
– Я киваю в ответ, замечая странный взгляд, который он бросает в нашу с Эллой сторону. Он мимолетен и моментально исчезает, как будто он ожидал нечто подобное. Я видел подобные взгляды у Итана и Рене, и чертовски надеюсь, что они правы.

Что-то изменилось. Это ощущается в воздухе.

И только я так думаю, как небо прорезают громовые раскаты, за которыми следует мелкий дождь. Народ бросается к своим машинам в то время, как дождевые капли гасят костер и пропитывают насквозь одежду. Элла крепче ко мне прижимается, и я мчусь к машине, поскальзываясь в грязи, и изо всех сил стараюсь сохранять концентрацию. Мне удается благополучно усадить ее на пассажирское сиденье, а затем самому усесться на водительское место. Завожу мотор и включаю печку.

– Мы так облажались, - замечает она, глядя на брызгающие в окно капли дождя.

Ее сырые, золотисто-каштановые волосы лежат на плечах, капли воды стекают по щекам и губам. Она сбрасывает куртку, и я наслаждаюсь видом майки, облегающей ее тело. Не могу перестать думать о том, что сегодня днем видел ее соски через эту рубашку и как меня это завело.

– Миша, ты меня слушаешь?
– Спрашивает она, стирая капли дождя тыльной стороной руки.

Я качаю головой, слишком пьяный, чтобы испытывать стыд из-за направления своего взгляда.

– Ни одного чертова слова.

Она смеется, но смех выходит фальшивым.

– Я спросила, что мы будем делать. Мы оба недостаточно трезвы, чтобы вести машину. И что-то мне подсказывает, что народ в тех машинах, которые все еще стоят здесь, возможно, находятся в аналогичном состоянии.

Я пожимаю плечами, моргаю и сосредотачиваюсь на ее лице.

– Думаю, нам придется просто расслабиться, пока не протрезвеем. Я не слишком пьян, так что, возможно, мне понадобится всего час или около того.

Она поджимает губы, ее взгляд непреклонен, но, в конце концов, она неуклюже перемахивает через консоль на заднее сиденье.

– Ну, что ж, тогда устроюсь поудобнее. Велика вероятность, что я отключусь.

– Так несправедливо.
– Я разворачиваюсь на сиденье и наблюдаю, как она вытягивает ноги.
– С чего тогда мне тут оставаться?

– А кто сказал, что ты должен?
– Спрашивает она, выжимая волосы.

Восприняв ее слова как приглашение к действию, я включаю музыку, затем переваливаюсь через консоль, должно быть с излишним рвением, потому что толкаю ее локтем в живот.