Чтение онлайн

– Это всё?- поинтересовался он, когда бывший «медведь» закончил.- Одни домыслы и притянутые к ним за уши факты. Ни один суд к таким доказательствам серьёзно не отнесётся.

– А никакого суда не будет,- тихо, но очень твёрдо сказал Эл.

Повисла очередная пауза. Чародей, похоже переваривал последнюю фразу. Воин стоял словно до предела скрученная пружина, готовый в любой момент сорваться в стремительный бросок.

– Вот как!- наконец произнёс отец Иллианы, и только теперь в его тоне послышался хорошо скрываемый до этого гнев,- Значит вы, молодой человек, пришли в мой дом не только нести всякую чушь и сыпать нелепыми обвинениями, но ещё и собираетесь сами вершить правосудие, основываясь лишь на той чепухе, которую я сейчас выслушал!- его голос, по мере того как он говорил, звучал всё громче и злее.- По-моему это уже через чур!

Не делая попытки подняться с кресла, маг резко выбросил вперёд обе руки. И хотя Роклан ожидал атаки с той минуты, как только переступил порог комнаты, толком среагировать не успел. Улас оказался поразительно быстр- ему почти совсем не понадобилось времени на концентрацию и настрой перед проведением магического удара. Никто из человеческих чародеев или орских шаманов, которых воину доводилось видеть в бою, не обладал подобной скоростью. Эл, предпринимая стремительную попытку сместиться в сторону, почувствовал мощный толчок невидимого кулака из плотно сжатого воздуха, пришедшегося ему в левое плечо. То, что он успел хотя бы немного уйти с линии прямого попадания, значительно ослабило удар и вместо того что бы кубарем покатиться в противоположную от своего противника сторону, его лишь немного развернуло и бросило на колени. Времени поворачивать голову не было, но судя по шуму и грохоту падения, раздавшегося с той стороны где до этого стоял Олио, гному повезло гораздо меньше и скорее всего на него рассчитывать больше не приходилось.

Между тем чародей начал вставать со своего кресла. Не делая попытки извлечь из ножен мечи, воин сильным движением двух рук, толкнул стоящий возле него маленький столик, отправляя его скользить по лакированному полу, в ноги поднимающегося хозяина дома, до которых было не больше пяти шагов. И снова господин Хаундер поразил его, отреагировав молниеносно, не тратя ни мгновения на подготовку. Не проделав и половины пути, импровизированный снаряд на четырёх ножках, вдруг остановился, словно наткнувшись на незримое препятствие и почти без промедления, быстро двинулся в обратном направлении.

Бушевавшая в груди Роклана боевая ярость, как уже случалось не один раз в критических ситуациях, будто подхлестнула изнутри бывшего «медведя». Прямо с колен он взвился вверх, перемахнув через надвигающийся на него стол. Ещё до того, как приземлился на ноги, клинки с еле различимым шорохом покинули ножны, оказавшись в руках владельца. Едва только подошвы кожаных сапог Эла коснулись пола, он сделал новый скачок вперёд и в бок, запрыгнув на широкий дорогой диван. Очередной сгусток уплотнённого воздуха пролетел мимо воина, лишь слегка шевельнув волосы. Не на секунду не останавливаясь, Роклан спружинил с мягкого сиденья, устремляясь к противнику, надеясь достать того обоими мечами сразу. Маг вскинул ему навстречу открытые ладони, и Элвуд, так же как маленький столик за несколько секунд до этого, словно наткнулся на какую-то упругую стену. Являвшийся по всей видимости основной рабочей стихией Уласа, воздух перед ним загустел, превратившись в вязкое невидимое препятствие, сильно сковывавшее движения. Напрягаясь изо всех сил, Роклан пытался дотянуться клинками до, находившегося уже на расстоянии удара чародея. Тот продолжал стоять, держа руки перед собой, чуть наклонив голову и прикрыв глаза. Похоже, ему в свою очередь стоило немалого труда удерживать магическую защиту. Со стороны казалось, будто двое мужчин замерли друг на против друга, превратившись в недвижимые изваяния.

Элвуд прикладывал максимальные усилия, на пределе своих возможностей, стараясь прорвать обволакивающий барьер. Казалось вот-вот лопнут мышцы и порвутся сухожилия от чрезмерной нагрузки. Затем, острия мечей очень медленно, почти незаметно постороннему взгляду, всё же начали продвигаться вперёд. Пальцы хозяина дома слегка подрагивали, выдавая крайнюю степень напряжения, но в данный момент, он больше ничего не мог предпринять- любая попытка сплести какое-нибудь новое заклинание неминуемо нарушило бы его концентрацию на защитном барьере, а это означало мгновенную смерть. Клинки, между тем, продолжали потихоньку приближаться.

– Эл!- крик Иллианы, в котором отчётливо слышалось неподдельное потрясение, резанул слух Роклана, заставляя отвлечься.

За что тут же последовала незамедлительная расплата. Непроизвольно ослабив напор всего на какое-то мгновенье, он тут же почувствовал как воздушная струя упругой мощью толкнула его в грудь. Элвуд отлетев на несколько шагов, упал на спину. От довольно чувствительного удара о пол, перед глазами поплыли разноцветные круги и захотелось выгнуться дугой от боли. Но воин заставил себя сделать резвый кувырок назад и через секунду вновь оказался на ногах, готовый к бою, хотя его ощутимо покачивало от перенесённого перенапряжения и последовавшего падения. Улас тоже не выглядел через чур бодро. Чародея так же заметно шатало, а лицо стало белым как мел. Скоротечная схватка сильно вымотала обоих противников.

– Отец!- стоящая в дверях гостиной, без сомнения ошеломлённая увиденным, девушка обратилась к магу:- Что здесь происходит!?

Судя по не уложенным волосам, как предполагал и опасался Элвуд, Иллиана, по возможности, если не было никаких дел, любившая подольше понежиться с утра в постели, только поднялась с кровати.

Хозяин дома устало махнул рукой в сторону Роклана.

– Этот полоумный, с которым, кстати ты собиралась строить дальнейшую жизнь, пришёл сюда с какими-то нелепыми обвинениями. Более того, он собирался меня убить без всякого суда, за мнимые преступления, приписываемые мне его, явно не совсем здоровым, воображением!

– Что происходит, Эл?- девушка с недоумением и растерянностью посмотрела на воина.

– Если всё сказанное мной- бред и чушь,- не отвечая на её вопрос, мрачно проронил Роклан в сторону мага,- то почему же, вы не привели ни одного весомого довода в доказательство беспочвенности моих обвинений?

– Да кем вы себя возомнили, требуя от меня доказательств, а тем более оправданий?- злость в голосе мага проступила с новой силой.- Не сильно ли много чести?

– А может, просто всё дело в том, что я прав?- Элвуда не собирался отступать. Присутствие Иллианы не могло повлиять на его решимость закончить всё здесь и сейчас, хотя ему бесспорно было бы намного легче, находись она в данный момент как можно дальше отсюда. Один вид молодой женщины, ставшей за столь короткий срок для него дороже собственной жизни и ясное осознание того, что она для него безвозвратно потерянна, стальными когтями терзали душу Роклана. И тем не менее…

Помимо законов общества, в котором он проживает, в сознании каждого без исключения человека есть свои законы, своя ПРАВДА, определяющая его поступки на протяжении всего жизненного пути. Даже самый закоренелый преступник и убийца как-то оправдывает свои действия, хотя бы перед самим собой, руководствуясь собственными, зачастую извращёнными на общепринятый человеческий взгляд, понятиями по поводу: что такое хорошо и что такое плохо, что можно и что нельзя. Роклан был воином. И не только по роду своей деятельности за последние двенадцать лет. Он был воином по внутреннему призванию, определяемому не столько умением владеть оружием и другими боевыми навыками, сколько по складу своего характера, мировоззрению, моральными ценностями и принципами. Для него оставить безнаказанной смерть двух хороших, близких ему людей, было просто немыслимо. Какие бы потом не ждали последствия.

Видя готовность мужчин продолжить поединок, девушка решительно пересекла комнату и встала между ними.

– Прошу вас, успокойтесь!- Она в отчаянии переводила взгляд с одного на другого.- У меня такое чувство, будто мы все сошли с ума!

– Во всяком случае, один сумасшедший тут явно присутствует!- похоже за время краткой передышки маг успел немного восстановить силы. Впрочем, Эл то же чувствовал себя лучше чем минуту назад. Сводившие мышцы от перенесённого напряжения судороги, отступили, головокружение почти полностью прошло.

В ответ на полное сарказма замечание чародея, воин только крепче сжал рукояти мечей.

– Папа, я умоляю тебя!- Иллиана была близка к шоковому состоянию. Что и не удивительно- проснуться у себя дома, ни о чём не подозревая спуститься из спальни вниз и застать двух самых дорогих своих мужчин дерущимися посреди гостиной. У подавляющего большинства женщин от такого, несомненно случилась бы истерика или обморок.

Улас колебался. Гнев и высокомерие боролись в нём с пониманием чувств дочери и жалостью к ней. В конце концов отцовская любовь возобладала. Кивнув в строну мрачно буравящего его взглядом Роклана, он заговорил: