Чтение онлайн

Около трех часов в коридоре поднялось движение: пансионерки вернулись с прогулки, а затем пошли обедать. По отголоскам, доносившимся до ее слуха, Мадзя поняла, что девочки идут парами и тихонько разговаривают. При пани Ляттер в такие минуты было много шума, смеха, беготни, а сегодня ничего похожего!

"Обо мне забыли!" - вдруг подумала Мадзя, сообразив, что ее никто не зовет обедать.

Кровь бросилась ей в голову, слезы навернулись на глаза, с непреодолимой силой ее потянуло домой.

"Домой, домой! Не надо мне ни панны Малиновской, ни ее протекции, ни ее гостеприимства! Да моя мама с нищим так не обошлась бы, если бы он очутился у нас в обеденную пору! У меня девяносто рублей кредитками да несколько золотых майора, можно вернуться домой. А в Иксинове, если я в месяц даже пятнадцать рублей заработаю, никто не посмеет меня оскорбить!"

Так говорила себе Мадзя, в волнении расхаживая по комнате... на цыпочках. Она опасалась, как бы кто не услышал ее шагов и не вспомнил о ней. Ей хотелось, чтобы все о ней забыли, чтобы стены расступились и она незаметно смогла уйти из этого странного дома.

– Боже, боже, и зачем я сюда приехала?
– шептала Мадзя, ломая руки.

Весь ужас ее положения представился Мадзе, когда она почувствовала вдруг, что хочет есть.

"У меня нет гордости, - думала она в отчаянии.
– Как можно в такую минуту испытывать голод?"

Но тут она удивилась: наверху поднялось движение, раздался смех, беготня, звуки фортепьяно. Несколько пар, кажется, даже пустились танцевать.

– Что это значит?
– сказала она себе.
– Стало быть, и здесь можно веселиться?

В эту минуту послышался стук в дверь, и в комнату, улыбаясь, вошла панна Малиновская.

– Теперь наша очередь, - сказала она, - прошу!

Она взяла Мадзю под руку и повела в комнату своей матери, где был накрыт стол на три персоны и дымилась суповая чашка.

"Боже, я так никогда и не поумнею!" - подумала Мадзя, смеясь в душе над собой.

Мрачные мысли прошли, зато разыгрался аппетит.

– Ну, вот, как будто немножко отдохнула, - заметила панна Малиновская после жаркого.
– Право, мне даже завидно, что вам не удалось открыть маленький пансион в этом вашем Иксинове.

– О, я вернусь и открою хотя бы два класса: приготовительный и первый, - ответила Мадзя, желая успокоить хозяйку дома.

– Два класса тоже дадут себя знать, особенно на первых порах. Нам-то это знакомо, правда, мама?

– Ах!
– вздохнула старушка, хватаясь руками за голову.
– Да тебе еще такой пансион достался! Не приведи бог! Знаете, панна Магдалена, обратилась она к Мадзе, - сколько я слез пролила, сколько ночей не спала прошлую четверть! Но Фелюня железный человек. Да!

– Можно мне заходить изредка к вам, чтобы присмотреться к делу?
– робко попросила Мадзя у начальницы.

– Пожалуйста, но что вы здесь увидите, дорогая? Надо раньше всех вставать, позже всех ложиться, за всем следить и, что самое главное, каждому сразу определить его обязанности, и никаких поблажек! Когда пани Ляттер не исключила первую пансионерку за то, что та с опозданием явилась от родителей, все было потеряно. С этой минуты начались визиты студентов к панне Говард, прогулки панны Иоанны. Однако не будем говорить об этом. Вы знакомы с пани Коркович, у которой будете работать?

– Девочек я знаю. А пани Коркович, кажется, как-то видала, - ответила Мадзя.

– Я ее тоже не знаю. Слыхала, что люди они богатые, выскочки, и пани Коркович заботится о воспитании дочерей. Разумеется, если вам будет у них плохо, мы найдем другое место, а может, даже у меня откроется вакансия.

– Ах, это было бы лучше всего!
– сложив руки, воскликнула Мадзя.

Панна Малиновская покачала головой.

– Погодите, погодите! Спросите лучше у ваших подруг, в таком ли они восторге?
– сказала начальница.
– Ничего не поделаешь! Я не хочу идти по стопам пани Ляттер.

После обеда начальница поднялась наверх, где, несмотря на ее присутствие, пансионерки шумели по-прежнему. Без четверти пять она забежала к Мадзе.

– Одевайтесь, - сказала она, - едем. Дорожный сундук пришлют через час.

Когда Мадзя осталась одна, ее охватил страх. Как примет ее пани Коркович? Может, и у нее такие строгости, как у панны Малиновской? Бледная, она дрожащими руками надела пальто, а поскольку была одна в комнате, перекрестилась и, опустившись на колени, помолилась богу, прося благословения в такую важную минуту жизни.

Глава вторая

Дом с гувернанткой

Начальница приоткрыла дверь и позвала Мадзю. Они вышли на улицу, взяли извозчика и через несколько минут уже были в бельэтаже роскошного особняка. Панна Малиновская дернула хрустальную ручку звонка, и лакей в синем фраке и красном жилете отворил дверь.

– Как прикажете доложить?
– спросил он.

– Мы должны были приехать в пять часов, - входя в прихожую, ответила панна Малиновская.

Не успели они снять пальто, как из гостиной выбежала низенькая, толстая, подвижная дама, в шелковом платье с длинным шлейфом и кружевным воротничком, с кружевным платочком в одной руке и веером слоновой кости в другой. В ушах ее сверкали два крупных брильянта.

– Ах, пани начальница, вы сами побеспокоились, как я вам благодарна! воскликнула дама, пожимая руку панне Малиновской.
– Как я счастлива, что наконец познакомилась с вами!
– обратилась она к Мадзе.
– Прошу в гостиную! Ян, скажите барышням, чтобы они сейчас же шли сюда. Прошу, покорнейше прошу, садитесь! Вот на эти креслица!

И она пододвинула два золоченых креслица, крытых малиновым шелком.

– Когда же приезжают Сольские?
– спросила дама, глядя на Мадзю.
– У пана Сольского по соседству с нами имение, и какое имение! Леса, луга, а земля какая! Шесть тысяч моргов! Муж говорит, что там за гроши можно построить сахарный завод и получать огромные доходы. Вы переписываетесь с панной Сольской?
– снова спросила она у Мадзи.

– Да, раза два я писала ей, - в замешательстве ответила Мадзя.

– Как два раза!
– воскликнула дама.
– Кому выпало счастье иметь подругу в таких сферах, тот должен поддерживать с ней постоянную переписку. Я влюблена в панну Сольскую. Какой ум, какая скромность и благовоспитанность!

– Вы знакомы с панной Сольской?
– вмешалась в разговор панна Малиновская, со свойственным ей спокойствием глядя на толстуху.

– Лично нет, еще не имела чести познакомиться. Но пан Згерский столько мне о ней рассказывал, что я даже набралась смелости и попросила ее принять участие в сборе средств на строительство больницы в наших местах. И знаете, она прислала тысячу рублей и в самых учтивых выражениях ответила мне на письмо!