Чтение онлайн

– Как обстоят дела в пансионе? Надеюсь, все в порядке?

Панна Клара остолбенела.

– Разве вы не знаете об отъезде пани Ляттер?
– спросила она в свою очередь.

– Разумеется, знаю, потому и спрашиваю вас, как обстоят дела в пансионе. Вчера я получила письмо от пани Ляттер, в котором она просит меня временно заместить ее. Деньги на текущие расходы в столе, что же касается денег на прочие нужды...

Тут панна Малиновская посмотрела на Згерского.

– Что же касается денег на прочие нужды, то они у меня, и обращаться за ними следует ко мне.

Как бы желая подтвердить эти слова, кривоногий господин отвесил поклон бюсту Сократа.

– Пани Ляттер так внезапно уехала!
– придя в себя, воскликнула панна Говард.

– Насколько я догадываюсь, - прервал ее обладатель кривых ног, - пани Ляттер уехала по имущественным делам. Уведомление она получила в последнюю минуту и не могла мешкать. Кажется, только потому, что она так поторопилась, ей удастся кое-что спасти.

– Не пойти ли нам наверх к детям, панна Говард?
– сказала панна Малиновская.
– Ах, и вы здесь?
– обратилась она к Мадзе.
– Как вы похудели за это время, на праздниках надо отдохнуть!

Кривоногий спутник панны Малиновской отвесил поклон и Мадзе и посмотрел на нее весьма благосклонно.

– Доверенный Сольского, пан Мыделко, - шепнул панне Говард Згерский.

Панна Малиновская повернулась уже к выходу, но тут дорогу ей преградил старый шляхтич.

– Простите, сударыня, - сказал он, - я Мельницкий, дядя одной из учениц пансиона и друг... почти родственник пани Ляттер. Сегодня я затем и приехал, чтобы силком увезти пани Ляттер в деревню, но вот... не застал ее. Меж тем я слышу, вы получили от нее письмо...

– Да, - ответила панна Малиновская.

– Не писала ли вам пани Ляттер, куда она уезжает?
– с волнением в голосе допытывался шляхтич.

– Я об этом ничего не знаю. Около десяти часов вечера посыльный принес мне открытку с Петербургского вокзала.

– Вот оно что!
– крикнул шляхтич, щелкая пальцами.

– А вы говорили, что она поехала на Венский вокзал, - с негодованием сказала Мадзе панна Говард.

– Я видела, - краснея, ответила Мадзя.

– Да она ко мне поехала, ко мне, в деревню!
– кричал Мельницкий.
– Я сейчас же еду на вокзал и через каких-нибудь два часа увижусь с пани Ляттер. Мы, видно, разминулись по дороге...

Старый шляхтич бегал по кабинету, голос у него прерывался от радости, руки дрожали, на лице проступил сизый румянец.

– Через каких-нибудь два часа, - повторял он, - через каких-нибудь два часа...

– Я поручаю вам, милостивый государь, мое дело, - прервал его адвокат консистории.

– Ну, разумеется!
– ответил Мельницкий.
– Это самая важная штука... Дайте-ка мне, сударь, ваш адрес...

Адвокат консистории с молниеносной быстротой написал несколько своих адресов.

– Сударь, будьте так любезны, - сказала панна Малиновская, - передайте пани Ляттер, чтобы она была совершенно спокойна. Все в порядке и будет в порядке. Пусть она не спешит с возвращением и отдохнет в деревне.

– Бог вознаградит вас, моя милочка!
– воскликнул шляхтич, порывисто пожимая руку ей и ее кривоногому спутнику, который все поддакивал и кланялся.

– Да, да!
– засеменил к ним Згерский.
– Пусть пани Ляттер отдохнет подольше. Ее друзья на страже! Будьте так любезны, сударь, засвидетельствуйте, что эти слова сказал Згерский, Стефан Згерский. Друзья на страже!

Затем он обратился к адвокату консистории:

– А после ее возвращения, уверяю вас, сударь, известный вопрос будет разрешен благополучно. Я использую все свое влияние...

– ...чтобы убедить пани Ляттер согласиться на развод, - говорил он уже Мадзе, так как Мельницкий выбежал из кабинета, а адвокат прощался с доверенным Сольского.

Панна Малиновская вышла со своим спутником в коридор, за ними последовал и Згерский.

– Так я сейчас схожу к домовладельцу и поговорю с ним от имени пани Ляттер, - произнес кривоногий господин.

– Ну конечно, - ответила панна Малиновская, - надо избавиться от этих долгов до ее возвращения.

– Только не от моего!
– вмешался Згерский.
– Я, милостивая государыня, отдам вам документ, согласно которому инвентарь пансиона принадлежит мне, а вы поступите...

– Ах, сударь, простите, - нетерпеливо прервала его панна Малиновская, уж ваши-то пять тысяч должны быть возвращены в первую голову...

– Нет, нет, эту небольшую сумму я оставляю за вами, или... за пани Ляттер, как прикажете, - с беспокойством говорил Згерский.

Панна Малиновская простилась с доверенным Сольских и направилась с панной Говард на третий этаж. Згерский заторопился в город, но задержался на лестнице, услышав, что доверенный разговаривает с Мадзей.

– Пан Дембицкий уведомил меня вчера о происшедшем, - говорил кривоногий господин, пожимая Мадзе руку.
– Сударыня, будьте покойны и тоже уезжайте на праздники в деревню. Я не доктор и первый раз имею удовольствие вас видеть, но полагаю, что вам тоже надо отдохнуть. Здесь, - прибавил он, понизив голос, - будет еще столько всяких столкновений, что на время лучше устраниться. Вам нехорошо?

– Нет, сударь, - ответила бледная как полотно Мадзя.

Згерский не выдержал, вернулся с лестницы и как старый друг пани Ляттер и всего пансиона хотел помочь Мадзе подняться наверх. Но Мадзя поблагодарила его и, держась за перила, стала сама подниматься по лестнице. Доверенный Сольских тоже исчез, и Згерский остался один; он думал о том, что надо бы поближе познакомиться с Мадзей.

"У этого ангелочка, видно, знакомство с Сольским! К тому же премиленькая девочка, гм!
– говорил про себя Згерский.
– Надо только приручить ее, она еще дикая козочка. Ну, а потом, может, и того..."

И он устремился в город, облизываясь при воспоминании о Мадзе и о той куче потрясающих новостей, которые ему посчастливилось узнать. С такими новостями можно напроситься на обед даже к принципалу.

Глава тридцать вторая

Хаос

Мадзя еле поднялась на третий этаж: сердце у нее билось, в глазах потемнело, ноги дрожали. Она заметила, что в одном из классов собрались оставшиеся на праздники пансионерки и классные дамы, конечно, и ей следовало пойти туда, но силы ее иссякли. Она направилась в дортуар с намерением прилечь хоть на минуту.