Эпическое крушение Джини Ло
Шрифт:
Байгуцзинь улыбнулась мне. Она явно использовала глаза. Она схватила меня за
челюсть и отклонила, сжимая так, что я не могла говорить.
– Так ничего не будет, - сказала она. – Я впервые вижу обезьяну в облике человека.
Он знал, что от меня добра не ждут, и ударил меня Рюи цзиньгу бан изо всех сил. Я
выжила без вреда. Знаешь, как редко выживают после прямого удара от короля обезьян?
Меня не очень-то оценили.
Я посмотрела на Квентина, все еще преследующего тени.
– Забавно, что после его удара я оставила тело из плоти, чтобы казалось, что он убил
невинную девушку, - рассмеялась Байгуцзинь. – Ты бы видела, как Сянзань наказал его за
это! Зверь, угрожавший Небесам, катался в пыли, держался за голову и молил о пощаде. Я
смеялась неделями!
Я не знала, как еще могла двигаться. Я схватила ее за волосы одной рукой. Она
улыбнулась, поняв, что я собираюсь ударить другой.
Но я использовала хватку, чтобы развернуть ноги и обвить ее шею и плечи. Мои
лодыжки нашли друг друга, и я сжала Байгуцзинь изо всех сил.
Это было в стиле Квентина. Судя по вою демона, прием был хорошим.
Она безумно пыталась впиться в меня когтями, но дотягивалась. Мое тело было
слишком длинным. Я могла держать ее так вечно.
«Что потом сделал Квентин с демоном-королем смятения? - мои мысли были
удивительно спокойными. – Точно. Это», - я схватилась за череп Байгуцзинь и начала
ломать ей шею.
– А-а-а! – шипела она. – Уродка! Гадина!
«Да? Вот так?».
– Ага, а ты… разодетая, - сказала я и сжала сильнее, что-то треснуло.
Сквозь облако адреналина в голову проникла ярким лучом мысль. Я закрыла глаза и
открыла их с истинным зрением. Байгуцзинь снова была скелетом, ее кожу и мышцы не
было видно.
– Где Красный ребенок? – взревела я. – Скажи, и я пощажу тебя! – я не знала, могла
ли это обещать, но так стоило сказать, пока монстр был у тебя в руках.
Байгуцзинь застыла. Но лишь на миг. Она задрожала в моей хватке и издала
отвратительный звук. Я чуть не отпустила ее от страха, а потом поняла, что это смех.
– Я не скажу, - заявила она. – И ничто меня не заставит.
Лжи не было. Она или не знала, или не собиралась говорить. Жаль.
– Пощадишь? – оскалилась она. – Ты не можешь меня убить. Как только ты
ошибешься, я найду то дитя и сорву мясо с ее костей!
Пузырьков не было.
– Еще раз? – сказала я.
– Я убью ее и всех жалких людей, какие мне попадутся! Я превращу этот город в
море трупов! Ты приплывешь ко мне по мертвой плоти!
Воздух был чистым. Если я отпущу ее, она исполнит угрозу.
– Тебе меня не убить! – проревела Байгуцзинь. – Слышишь? Тебе меня не убить!
Пузырек.
– Не указывай мне, - сказала я. Я выгнулась и разорвала ее на части.
В отличие от демона-короля смятения, она не таяла, а разлетелась чернилами и
пустотой, как лопнувший шарик. Я чуть не ударилась головой об пол, когда ее тело
пропало. Я стряхнула с себя чернильную жидкость, которая должна была покрывать меня,
но обнаружила, что она уже пропала.
Я закрыла глаза и выключила истинный взгляд. Тело болело от удара, мышцы ныли.
«Минус один, осталось девяносто девять», - подумала я. Если остальные будут
такими же по сложности, то целой я из этого не выйду.
Я подошла к Квентину, который пришел в себя.
– Очень полезен, босс, - заявила я, хлопнув его по плечу. Я оставила руку там, чтобы
не упасть от порыва ветра.
Квентин протер глаза.
– Я вас видел, но не мог дотянуться.
Он закинул мою руку на свою шею и потащил меня к лестнице. Мы шагали
медленно.
– Ты сама ее одолела, - сказал он. – Ты была потрясающей.
– Мне повезло. Тебе придется учить меня вушу. Я не могу и дальше действовать
наугад.
– Я не знаю боевые искусства. Если хочешь, чтобы биться было проще, нужно
понять, как придать тебе вид посоха, чтобы я управлял тобой, как привык.
Я ударила его по груди.
– Это гадко, - сказала я. – Управлял мной? Нет.
– Мы делали так постоянно! Это будет временно.
– Я не буду менять облик. Если ты говорил правду, то я заслужила человеческое тело.
Я не буду отбрасывать его, чтобы ты мог бить мною демонов.
Квентин нахмурился, но не спорил. Пока что. Он спустил меня на первый этаж, в
комнату меньше. Девочка сидела в углу на куче резины, нервно жевала его шарф.
Она увидела нас и расплакалась. Я опустилась перед ней и погладила по голову.
Порез на ее щеке был чистым и не очень глубоким. Других ран не было.
« La llorona, – всхлипывала девочка.
– La llorona.
Блин.
– Uh, todo bien, – сказала я.
– Nosotros . . . ganamos? Todo bien, todo bien.
Квентин поднял девочку и успокоил ее, покачав на руках. Она сразу притихла. Я
забыла, как он ладил с детьми.
– La mala mujer se ha ido, – прошептал он.
– Ella ha sido derrotado. Vamos a traer a tu
mama. Duerme ahora, preciosa.
Девушка кивнула у его плеча и уснула.
Я посмотрела на Квентина. Он – на меня.
– Что? – сказал он. – Я говорю не только с китайцами.
25
Не помню, как я попала домой после того, как мы принесли девочку пожарным. Не
помню, как мы сделали это, чтобы нас не поймали. Все было в тумане усталости.
Мама обычно не трогала меня, когда я возвращалась из города, из-за грязи
общественного транспорта, но не этим вечером. Ее гневную тираду удалось заткнуть,