Чтение онлайн

Внимание привлекла очень уж крутая форма прибывших, да еще и здорово знакомая. А уж когда Валера увидел двоих в черных прыжковых костюмах с "Ф" на шевронах, он только охнул: "Ну ни хрена себе, куда забрались! Думал, что избавился от вас, чтоб вам провалиться всем, а хрен там!"

– Старшой, видал, кого принесло?
– спросил подошедший Матроскин, сопровождаемый мрачным и молчаливым Швили.

– Ага, не слепой.
– кивнул Зять.

– А что им тут надо?

– Говорят, что против местных беспредельщиков войну затевают. Вроде как не к нам.

– Ну и не хрен.
– прокомментировал Швили, после чего сказал: - Пошли, завтрак готов.

– Завтрак - это хорошо.
– сказал проснувшийся голодным как морф Валера.
– Пошли, чего тянуть.

Есть уселись между палаток на расстеленном брезенте, пристроившись так, чтобы можно было наблюдать за шевелениями "фармкоровских". Там шла какая-то суета, похоже было, что "черные" собирались отделиться от остальной колонны. Еще Валера заметил раненых, которых как раз размещали в кузове бронированного "Урала".

– Ты гля, досталось им где-то.
– сказал Швили, наворачивающий макароны с мясом из котелка.

– По одной машине из крупняка явно прошлись.
– добавил Матроскин.
– Дырки такие, что член пролезет.

– Это что у тебя за член такой?
– хмыкнул Швили.
– С бычок сигаретный, что ли?

Матроскин в спор вступать не стал а навернул приятелю кулаком по голой спине. Получилось гулко.

Вскоре откуда-то принесся, пыля, по-модному переделанный "бардак" с расширенными крыльями и разлапистыми бронетранспортерными колесами, оттуда выскочил офицер, начавший решительно командовать всеми, кто ему на глаза попадался. Результатом его трудов стало то, что вскоре три машины, "бардак", "водник" и "урал" с ранеными, построились в колонну и укатили, потерявшись из виду.

После завтрака на команду накатила тихая лень, делать все равно было нечего, Рубцов не появился до сих пор, а Валера твердо рассчитывал его дождаться. Вскоре все ушли с плотины и переместились на песчаный берег затона, где и купались до одурения.

Рубцов вышел на связь только во второй половине дня, сам.

– Валера? Я примерно через час буду на плотине. Подходи к комендатуре, хорошо?

– Не вопрос!
– радостно откликнулся Валера.

Когда шли обратно, обратили внимание на суеты возле блока, устроенного на въезде со стороны Городца. Там крутились и местные омоновцы, или кто там еще носил городской камуфляж, и "фармкоровские" во главе со здоровенным рыжим мужиком средних лет. Валера еще обратил внимание на то, что цвет шевелюры мужика совпадает с таковым у местного начальника ведомственной охраны. "Клуб рыжих, блин".

Суета у блока осталась позади, команда неспешным шагом добрела до палаток.

– Гля, а это че?
– спросил вдруг глазастый Матроскин, указывая рукой куда-то в сторону воды.

Издалека к плотине быстро приближалось крошечное оранжевое пятнышко. Затем послышался негромкий поначалу гул, а само пятнышко разделилось на два цвета - черный, мокрый и резиновый, и оранжевый, в какой была выкрашена кабина приближающегося судна на воздушной подушке.

– Ты гля, прям самолет.
– восхищенно сказал Матроскин.
– Нам бы такой, а? А, Старшой?

– Горючки не напасешься.
– поморщился Валера.
– На хрен не надо.

Вскоре катер на воздушной подушке подлетел к дебаркадеру, и Валера узнал в одном из людей в кабине Рубцова. Тот совсем не изменился с тех пор, как они виделись в последний раз. Среднего роста, не по возрасту молодое лицо, очки в тонкой оправе. Разве что раньше он был одет обычно в деловой костюм, а сейчас в легкую куртку и джинсы, и на поясе висела кобура с револьвером.

– Привет, привет, кому бы не пропасть!
– вполне радостно и вроде даже искренне бывший полпред поздоровался с Валерой.
– Ты как, где, чем занят? К нам какими судьбами?

– На Иваньковском водохранилище обосновались. Еще рынок держим по Дмитровке, а сейчас о торговле задумались. Решили на пробу дойти до Нижнего, ну и какую посудину присмотреть под товар.

– Пароходик?
– сразу уточнил Рубцов.

– Нет, желательно баржу небольшую, чтобы на буксире таскать. Но можно и пароходик.

– Это не с нами, это с "заводскими" надо договариваться.
– секунду подумав, сказал Рубцов.
– А что в обмен можешь гнать?

– Торф брикетированный. Оборудование можем дать для переоборудования котельных на торф.

– Торф?
– удивился Рубцов.
– Из Тверской губернии? У нас оттуда есть поставщик вроде как, Бурко... ты ведь знаешь его, точно?

– Ага, через тестя.
– кивнул Валера.

– А тесть где сейчас?
– уточнил Рубцов, посмотрев при этом как-то странно.

– А хрен его знает. Свалил куда-то, век бы его не видеть, козла.

– А-а, вот как...
– протянул Рубцов, глядя куда-то в сторону.
– Ну, свалил и свалил, нам он без надобности теперь. Тяжелый был человек в делах, кроме своей выгоды ничего видеть не хотел.

– Это точно.
– согласился Валера.
– Дай ему волю, весь мир бы сожрал. С женушкой.

– Ты мне вот что скажи, торфом ты сам владеешь?

– Нет, не я. Но брать могу, канал налажен. Я, вообще-то, транспортировкой заняться планирую.

– У Бурко?

– Бурко сам берет у других. Там братва на торфоразработки присела, он с ними торгуется.

– Ага, понял.
– кивнул тот.
– А у тебя с братвой свой контакт, так?

– Типа того.

– Кстати, вон Бурко нам своих людей подогнал в помощь.
– Рубцов показал на ряд "выстрелов", выстроившихся за палатками.
– Будем вроде как союзнические отношения строить. А то дел невпроворот, а бойцов не хватает. Пошли. Пройдемся в ту сторону, я с их командиром поболтать хочу. Да и размяться охота, а то все или за столом, или в машине, задница скоро в двери пролезать не будет.

Пошли, попутно болтая о делах. Рубцов не только готов был участвовать в чужих проектах, он еще и свои выдвигал, вполне разумные, убеждая Валеру, что он не зря дожидался здесь. Тем более, что проскочила тема о "лишних людях", тех самых, которые до сих пор не способны покинуть места сбора беженцев и пристроиться к какому-то делу.

– Ладно, женщины то в большинстве сумели к делу прибиться.
– говорил Рубцов.
– Где с детьми работают, где готовят, где еще что, пусть по хозяйству, но с пользой. А вот с мужиками у нас беда просто. Один требует "работу по специальности", другой намерен "творить, а не землю копать", а мы их до сих пор в лагерях беженцев кормим. И такое впечатление, что им там нормально. Трехразовое питание. Баня раз в неделю, прачечная - и делать ничего не надо, знай, лежи кверху пузом и права качай.

– Есть идеи?
– оживился Валера.

– Да особо никаких. Не до них сейчас.

– А если кто-то предложит им работу по специальности, но далеко отсюда?
– спросил Валера.
– Будут возражения?

– Честно?

Рубцов даже остановился, уставившись Валере в глаза.

– Желательно.

– Никаких возражений. Если бы я мог, я бы их пинками погнал на бандитскую территорию, чтобы с глаз долой, и чтобы воду не мутили. От них еще брожение умов тут имеется. Но люди не поймут. А что конкретно предлагаешь?