Чтение онлайн

– Уточните, что это значит. И еще хотел бы выяснить, достаточно ли у вас полномочий для того, чтобы эту неприкосновенность гарантировать. Насколько я помню, господин Пасечник у вас по таким вопросам главный. Ну и господин Бурко.

– Гарантировать могу, но не смогу вас убедить.
– после паузы ответил Салеев.
– Лучше свяжусь с Первым лицом, потом буду вызывать вас.

– Вы нас лучше напрямую соедините, если не затруднит.
– сказал Рубцов, возвращая тангенту Циммерману.

Затем бывший полпред встал и открыв дверь кунга, ловко спрыгнул на траву, где его ожидал здоровенный парень довольно бандитского вида, который тоже здоровался со злополучным Крамцовым.

– Циммер, как принимаешь?

– Чисто принимаю.

– Ты вот что, задержанных размести по-человечески пока. Если есть при них транспорт - опечатай, все вещи что взяли - под опись, ну ты понял. Раз уже так дело повернулись, нам обделаться нельзя, понял?

– Так точно.

– Что там за чекисты?

– С ними из "Шешнашки" майор из управления по терроризму и ученый. Контейнер уже у них, в Центре по биозащите, они подтвердили.

– Ты их допрашивал?

– Нет, только имена узнал и где контейнер.

– В общем, они нам все равно нужны будут, понял? Как дело не повернется, если не до драки, конечно, отправляй их сюда. Выдели транспорт, охрану, и пусть везут. Их надо доставить сюда, на новый КП... А, ты не знаешь. Встретят твоих на окружной у Твери, это новый объект.

– До какого предела ситуацию напрягать?
– чуть даже сжался внутри в предчувствии грядущих проблем Циммерман, но командир его успокоил:

– Не напрягай, Первый разрулит все, как я думаю. Потребность в них реальная, сумеем объяснить. Ты доставку обеспечь.

– Доставка не проблема, сделаем. У них самих два борта брони, людей посадим и пусть идут охраной.

– Это сам решай, мне результат важен. Все, конец связи, через два часа следующий сеанс.

– Так точно.

Около пяти вечера Усимов вышел на связь и доложил кодом, что Тимохин задержан и помещен в подвал строящегося КП. К допросам решили приступать завтра, дать тому "помариноваться" в страхе перед неизвестностью. Так, чтобы к утру он уже мечтал об общении с кем угодно, лишь бы не эта неизвестность.

"Ладно, посмотрим, что из этого выйдет" - подумал Пасечник. Результаты могли быть самыми неожиданными, он это прекрасно понимал. Ни мало не сомневаясь в том, что тонкого душевного устройства интеллигентный Тимохин начнет завтра колоться до самой задницы, сомнений не было ни малейших. Другое дело, что непонятно, куда все вывернет.

Совершенно неожиданно и внепланово попросил о встрече Салеев. Пасечник насторожился - для деловых вопросов телефон есть, и если уж и своей собственной связи не доверять, то повод должен быть серьезным.

– Я к тебе зайду, Марат.
– сказал Пасечник.
– Минут через десять буду, годится?

– Вполне.

Салеев выглядел несколько обескураженным, чего за ним обычно не водилось, чем здорово удивил. Он сам налил две чашки чаю, поставил одну перед гостем, уселся в скрипнувшее под его немалой массой кресло.

– Мои бойцы из-под Нижнего на связь вышли.

Пасечник пил чай и молча ждал продолжения.

– Задержали Крамцова с командой.

Чай чуть не расплескался. Новость действительно была неожиданной. И если учитывать тот факт, что сообщить ее Салеев смог только в приватной беседе, к ней прилагались какие-то проблемы.

– И в чем трудности?
– спросил Пасечник.

– В том, что задержали на территории Рубцова. При этом сам Циммер находится у того в оперативном подчинении.

– А самое плохое?
– уточнил генерал, понимая, что это только вступление.

– Самое плохое в том, что Крамцов, как выяснилось, знаком с самим Рубцовым. И они уже пообщались. И тот вполне однозначно может потребовать оставить того в покое. Спорить нам на его земле... незачем и нечем, так скажем.

В этом Салеев был прав, на чужой земле, да еще и не на вражеской, быковать было бы мало того что неприлично, приличиями и пренебречь допускается, если очень надо, но и опасно. А учитывая стратегическое положение территории "кремлевских", можно было с того момента навсегда плюнуть на самостоятельную речную торговлю, если дело дойдет до драки. Перекрыть проход труда не составит вообще никакого, из чего получалось, что все козыри были у Рубцова.

– А зачем нам сейчас вообще Крамцов?
– спросил Пасечник, обращаясь сейчас к самому себе. И сам же себе и ответил: - Он может подтвердить или опровергнуть то, что мы узнаем от Тимохина. Хотя бы часть информации. Так?

– Так.
– кивнул Салеев.
– Только это еще не все - с Крамцовым люди из "Шешнашки", эфэсбэшник и ученый. Если бы их взяли тихо, можно было бы пренебречь, но сейчас, когда половина области уже обо всем знает...

– А почему тихо не взяли?
– жестко глянул ему в глаза генерал.
– И почему моих не привлекли?

– Ваши уже все сделали, что могли.
– усмехнулся Салеев.
– На моей памяти операцию круче еще никто не проваливал, да еще с такими потерями. Пусть хотя бы раненых доставят, все какая-то польза. А по поводу "тихо взять"... Пробовали проводить задержание вооруженных людей, двигающихся на бронетехнике? Ну там на светофоре остановить, дверки резко открыть...

Пропустив откровенную издевку мимо ушей, Пасечник спросил:

– А навредить чем может?

– Если просто изложит историю похода наших сил в области - вреда будет выше головы.
– хмуро сказал Салеев.
– Тот же Рубцов начнет живо интересоваться, за каким хреном мы ему бандитский край по соседству организовали.

– Это верно.
– кивнул Пасечник.
– Это вопрос неприятный, и хуже всего то, что много свидетелей есть. Подтвердят, что наш отряд там хулиганил. Правда, тот же Крамцов может снять с нас подозрения в организации Катастрофы. Он ведь наверняка на взрыв все относит.

– А ты?

– А я уже нет, если честно.
– вздохнул генерал.
– Есть мнение, что Катастрофа куда более рукотворна. Ну да ладно, это мы выясним, ясно с кого спрашивать. И все же, что делать будем, учитывая, что лучше всего нам бы указанных лиц тихо похоронить, да возможности нет?