Чтение онлайн

Шторы в окнах по левую руку тоже могли посоревноваться с моим багажом, просто потому что я прекрасно видела из какой ткани и какой нитью были сделаны.

Короче, бедным женихом Хаотик не был, что объясняет в принципе желание некоторых девиц выпрыгнуть из корсета.

Дверей на этаже, кстати, было всего две и они располагались рядом. Одна из темного дерева, инкрустированная малахитом, а вторая — из светлого, украшенная янтарем.

— У меня один вопрос, — спросила я, когда мы остановились у королевских покоев с очевидной цветовой дифференциацией по полу. — А почему тут все такое зелененькое? Вроде бы королевские цвета — алый и черный…

— Потому что здесь ремонтом руководила моя матушка и это были ее любимые цвета, — невозмутимо ответил Хаотик. — Но если говорить об алом и черном, то моя спальня оформлена как раз в этих цветах… Показать?

Алые глаза хищно прищурились, на губах мужчины заиграла искушающая улыбка.

— Всенепременно, — улыбнулась я, — Со временем.

Хаотик хмыкнул:

— Ну, я не мог не предложить.

— А я не могла согласиться, — парировала в ответ.

Мужчина согласно кивнул, продолжая смотреть на меня своими чарующими горящими глазами:

— Я понимаю.

Повисла пауза, и я даже не сразу ее заметила — так меня увлекли отблески магии в глазах Дерека. Но он моргнул и притяжение исчезло.

Я неловко улыбнулась и тихо спросила:

— Тогда до вечера?

— Я зайду за вами в шесть, — отозвался Хаотик. — Обед прикажу подать в покои и не беспокоить вас.

Я благодарно кивнула:

— Спасибо.

Юркнула в свои комнаты и, прислонившись спиной к двери, выдохнула. Сердце почему-то взбудоражено колотилось, а в груди растекалось странное ощущение зарождающегося восторга.

Тряхнула головой и провела ладонями по лицу. Нужно привести себя в порядок и…

Начать обживаться во дворце, ока никто не знает, как я выгляжу.

36

Пока я с Дереком вкусно кушала, знакомилась с неприятными личностями и кралась по дворцу, мой багаж уже доставили в покои.

Два сундука поставили посередине первой же комнаты, гостиной. То ли поленились тащить дальше, то ли не решились проходить вглубь.

Целую минуту я размышляла, а не позвать ли Хаотика подвигать мебель? Потом подумала, что гардеробная наверняка располагается в спальне, а это может быть расценено как интересное приглашение, на которое у меня не было сейчас ни времени, ни, признаться, сил.

Решив, что сундуки и так прекрасно постоят посреди гостиной, я принялась осматривать собственные покои.

Ну, учитывая, что это было жилая площадь королевы-матери, большой любительницы зелененького, собственно имела я у себя тут примерное продолжение коридора по дизайну.

Но не могу сказать, что мне не нравилось!

Хотя бы потому что, в отличие от принцессы Вайнот, королева Айронга жила на шикарных площадях. У меня теперь имелась гостиная для приема личных посетителей, кабинет, спальня, ванна, больше похожая на маленький бассейн, гардеробная, и еще три комнаты неизвестного назначения.

Почему-то в голове возникла мысль про детские, но я тщательно от нее отгородилась. Мало ли какие были пристрастья у маменьку Дерека? Может, она имела привычку музицировать или возюкать кисточкой по холсту, и это были ее комнаты для отдыха и досуга.

В общем, ознакомившись со своим новым жилищем, я вынуждена была решить вторую важную задачу — привести себя в порядок. Конечно, хотелось бы полежать в ванной, понадувать пузыри из пены, поплюхаться в воде. Обмазаться средствами для всего с ног до головы, завернуться в одеяло и выспаться на приличной кровати!

Но вместо этого пришлось быстро смыть с себя пыль под душем и кое-как просушив волосы, кинуться к сундукам.

Задачка номер два выглядела чуть посложнее водных процедур — нужно было найти приличное платье. Приличное не для принцессы, а для служанки!

С сожалением пришлось осознать, что из всего вороха имеющихся у меня вещей единственное подходящее оказалось безнадежно заношено во время дороги.

Пришлось вспомнить навыки кройки и шитья из жизни бытовым магом и с помощью магии и нецензурной брани из двух платьев соорудить одно. От дорожного я взяла корсет, отпоров от него рукава и надев поверх рубашки. Перетряхнула свою девичье богатство и среди прочего нашла платье строго серого цвета, где юбка была расшита речным жемчугом. Жемчуг оказался безжалостно отпорот, юбка вывернута исподней стороной ткани наружу и наспех приметана к корсету. Широкий пояс, несколько минут назад бывший рукавами от ночной сорочки, спрятал нитки и завершил образ.

Покрутившись перед зеркалом, я пришла к выводу, что выгляжу достаточно прилично для служанки и недостаточно богато, чтобы принять меня за благородную.

Я приоткрыла дверь из покоев и, убедившись, что в коридоре никого нет, выскользнула наружу.

А теперь разведка боем!

37

Больше всего о жизни в богатых домах знали, как ни странно, те, кого принципиально принято было не замечать. Речь идет, разумеется, о слугах. Причем чем грязнее работу они выполняли, тем меньше на них обращали внимания, а потому тем больше они слышали.

Ведь часто как бывает — стоишь ты, ругаешься с мужем о его трех любовницах, а какая-то замухрышка натирает пол. Разве ж стоит благородной даме обращать внимание на живую половую тряпку? Разумеется, нет!

Так что я быстренько нырнула в черный коридор, которым меня провел Дерек, на ходу повязывая кусок от сорочки, пожертвованный в пользу платка, на голову. Зола на лице, равно как и косметика, одинаково бы бросалась в глаза. Первое бы заставили смыть, второе — вызвало бы массу ненужных вопросов. Так что я воспользовалась старым добрым способом — спрятать волосы и повязать платок так, как носят послушницы при храмах. Как показала практика в одной из моих жизней, такой платок меняет тебя до неузнаваемости. К тому же светлый тип моего лица без макияжа делало его похожим на чистый холст, от чего оно меньше запоминалось людям.

В общем, такая невыразительная я чисто на интуиции и с небольшой долей везения отправилась искать людскую. И нашла в самый разгар прекрасного!

В кругу прислуги худой мужчина возраста моего отца с пышными бакенбардами и совершенно седой головой спорил с женщиной, являющейся полной его противоположностью.

Первый, как я поняла, был дворецкий, о чем говорил и строгий черный костюм-тройка, и кулон в виде декоративного ключа на шее. Вторая, видимо, была экономкой, поскольку также была одета в строгое черное платье, но с накрахмаленным белым передником и белым же кружевным чепцом. Она тоже годилась мне в родительницы, но была такая бойкая и грозная, что в завязавшемся споре победила бы если не аргументацией, то весом и напором.

— … бесприданница! Всего с двумя сундуками! — закончил, очевидно, какую-то неприятную для меня речь дворецкий.

— И что? — сурово нахмурилась экономка, даже немного качнулась в сторону оппонента. — Наш господин богат и влиятелен! Какая разница, сколько у невесты тряпья, если она воспитана и в силах родить наследников?

— Но у нее же нет никакого политического веса! — едва ли не взвизгнул дворецкий. — Какую пользу она принесет стране?

— Как будто семейное счастье измеряется в пользе для страны, — фыркнула экономка.