Чтение онлайн

– -- Алмаз... Откуда он так неожиданно и к самому подходящему моменту появился? Уж не в складках ли старого одеяла он его прятал, Рауль? Никто ему там не помогал его искать?

Рауль в ответ промолчал.

– -- Ради чего весь этот шум, треск и клубы дыма, все эти громкие колебания воздуха и перемещения предметов в пространстве?
– -- Задумчиво спросил Александр, скорее всего, самого себя.
– -- Ради того, чтобы банально пожениться? И всё, настоящая жизнь кончилась?! Я понимаю тех женихов, что алкали богатого приданного и возможностью породниться с могущественным домом, стать его частью, унаследовав звонкий титул. Но те двое сочетаются исключительно по любви! Но любить одного единственного человека долго и страстно невозможно, всё когда-нибудь приедается, становится обрыдлым. Аделаида девица бойкая, она живёхонько насытится своим милым избранником, ну, может, годик они будут ворковать, как голуби, а потом, голубчики, никуда они не денутся, устанут друг от друга. Юная жена, точно, заскучает и обязательно заведёт себе многочисленных верных друзей дома (назовём их так из вежливости), Аделаида не сможет существовать без большого общества, в котором она пожелает появляться на правах королевы, без галантных поклонников, поющих хором приятные её слуху песни, без непрестанного восхищения её цветущими прелестями и её неподражаемым обаянием. Её дом наполнится толпами бестолкового и недалёкого, но очень весёлого народца, от пустоголовых молодых людей, несущих беззаботную радость, не будет отбоя. А почти забытый за всем этим безумным карнавалом муж просто затеряется, раствориться, заблудится среди прочих как малозначительный, второстепенный персонаж с двумя-тремя служебными репликами, и без маски его никто и не узнает, а когда беспечной жёнушке всё-таки нельзя будет из-за условностей и приличий обойтись без него, то сунут его в какой-нибудь дальний, тёмный угол, где он вроде бы останется у всех на глазах, но никому не станет мешать. И предастся он там тяжким, самоедским страданиям, ведь, очевидно, он из редчайшей породы тоскливых однолюбов, которые ничего не желают знать, кроме предмета своей нездоровой страсти, они думают только о ней, говорят лишь о ней, даже мечтают о ней, находясь рядом с ней. Нет, Лутон никогда не познает вкуса подлинного блаженства, из всякой чепухи, из любой незначительной мелочи, из каждой упавшей крошки он соорудит вселенскую трагедию, и если ему даровать при помощи, предположим, некого чуда или волшебства, безусловно, идеально счастливую жизнь, лишённую бед, забот и невзгод, наполненную беспрерывными удовольствиями и вечным обществом лишь одной только Аделаиды, он и тогда почувствует себя ужасно несчастным и обделённым от того, что счастлив и нет повода страдать...

– -- Александр, --- возразил Рауль, --- ты Аделаиду и Лутона видел мельком буквально несколько минут. Как можно судить и определять их судьбу по беглому, поверхностному впечатлению?

– -- Рауль, для того, чтобы понять многое или даже всё о человеке необязательно прожить с ним полжизни. Человек --- это точка, где сведены в одно единое и неразделимое целое и самое отвратительное, постыдное, мерзкое, и самое прекрасное, сокровенное, заветное, и разъять, расслоить, разорвать их невозможно, они не то чтобы срослись, они родились такими, это их природа, и проявляется всё одновременно, выражаясь в жестах, в прищуре глаз, в дрожании губ, в насыщенности румян, в причёске, в походке, в манере говорить --- да, именно не слова здесь важны, а сама манера их произносить. Даже в молчании, в том, как человек молчит, заключено необъятно много того, что можно понять о нём, молчащий может оказаться красноречивей говорящего, ибо слова могут быть произнесены какие угодно, мы все их прекрасно знаем и правильно, как надо воспринимаем, словами, их общепринятыми значениями, их привычными связями с предметами и понятиями можно напрочь скрыть суть человеческой природы. Часто бывает, что нет нужды слушать, что говорит человек, важно видеть, как он говорит, и тогда многое прояснится, кто он есть, и как и зачем он существует. Всё слишком наглядно и очевидно: человек внешне, как бы он не скрывал и не прятал свою тайную сущность --- в хорошем или дурном смысле не важно --- всегда, вольно или нечаянно постоянно выказывает её признаки. Надо лишь научиться их примечать.

– -- Александр, да ты опасный человек, --- сказал, смеясь, Рауль, --- ты, выходит, всё обо всех знаешь и никуда не спрятаться от твоего проницательного ока. И вообще, наверное, ты не рыцарь, а книжник, философ, и где тот университет, где ждут тебя твои студенты?

– -- Мой университет --- действительность, моя философия --- в отношениях между людьми, --- серьёзно ответил Александр...

XVII глава.

...Прошло две недели их совместного путешествия, они двигались к югу, проезжая множество мелких и средних владений --- графств, баронств и прочих, и за последние три дня они ни в одном не застали их хозяев, а на хмурых лицах покинутой челяди серыми пятнами лежали смятение, страх и тоска. Изредка встречавшиеся на дороге крестьяне шарахались от всадников и старались по-заячьи быстро скрыться от их глаз. Скоро спутники пересекли границу королевства Траскопон, где правил король Керляток III.

– -- Забавный правитель, --- сказал Александр, --- государственные дела его не волнуют никак и нисколечко, армия у него как пёстрый ярмарочный балаган, в которой замечательные бравые воины, точно ярко раскрашенные оловянные солдатики, отлитые в человеческий рост, созданные исключительно для потехи и увеселения, они закованы в потрясающе роскошные позолоченные латы, ослепительно сияющие на солнце и совершенно непригодные к настоящему бою. Одеты королевские рыцари в безумно дорогие шёлковые и атласные плащи, самых привлекательных цветов, в их руках тонкие и лёгкие щиты с неповторимым изображением на каждом, и каждое изображение является произведением искусства, истинным шедевром живописи, а в их отделанных изумрудами и рубинами ножнах покоятся мечи, в рукоятки которых вставлено по огромному бриллианту. Их породистые, отборные лошади покрыты бесценными попонами, с изощрёнными, бесконечно изменяющимися узорами. Войско Керлятока предназначено лишь для ублажения королевского взора, для ребячески-несерьёзной забавы, для чуть ли не каждодневных великолепных парадов и игр в потешную войну, но не для настоящей войны, тем более что собрано оно из разнеженных и слабовольных бездельников, умеющих только красиво и правильно сидеть в седле и рисоваться перед публикой, в первую очередь, конечно, перед прекрасными дамами. А ещё при королевском дворе собираются поэты, художники, певцы, музыканты, да и просто ловкие проныры и бойкие болтуны, всех их притягивает искреннее простодушие и незлобивость всегда радостного и открытого короля. Он, кажется, любит всех и не умеет никому и ни в чём отказывать, его легендарное гостеприимство принимает чудовищные размеры порой выглядящее, прямо говоря, неприлично для монарха. Он не умеет ссориться с людьми, состоит в прекрасных дружеских отношениях со всеми известными ему королями, и, можно сказать, состоит в приязни со всем миром. А его верные подданные чрезвычайно довольны своим чудесным правителем: плодороднейшая почва его страны даёт обильные с избытком урожаи, а подати там необременительны и всего хватает всем, никто в Траскопоне не испытывает нужду и бедных и обделённых там не бывает. Государство и его жители, таким образом, богатеют день ото дня. Я иногда приезжаю туда, чтобы отдохнуть какое-то время от дорог, от тягот бездомной жизни, правда слишком долго там оставаться не могу, ведь если питаться одним мёдом и сладкими фруктами, может стошнить, и непременно захочется куска жареного мяса.

– -- Я здесь и дня не выдержу, --- сказал Рауль.

– -- Проведём тут одну ночь, а дальше поглядим, --- сказал Александр.

Они пришпорили коней: впереди появились первые дома какого-то селения, на подъезде к тем домам, они почувствовали крепкий запах гари, и никто не вышел им навстречу, а когда всадники миновали окраину и двинулись по главной улице, то оказались в недоумённом смятении от полного, кладбищенского безлюдья, даже детских голосов не было слышно. Неторопливо проезжая мимо ближайших от дороги домов, путники видели, что везде, на каждом дворе на всю распахнуты ворота и раскрыты и даже кое-где выбиты двери, всюду валялись брошенные вещи, разбитая домашняя утварь и трупы сторожевых собак. Углубившись в центр селения, они наткнулись подряд на три дымящихся, ещё горячих пепелища --- остатки сгоревших почти дотла строений.

Всегда разговорчивый Александр теперь молчал, его лицо заметно потемнело и посуровело, он всего за несколько минут из молодого, беспечного, как казалось, человека превратился в зрелого, пережившего много злоключений мужчину. Рауль же, напротив, взбудораженный и воодушевлённый, смотрел на происходящее горящими глазами, в его сердце пылало предощущение настоящего дела, несвоевременная весёлость накатила на него, и он не мог понять и принять перемены, произошедшей в друге, откровенного упадка его настроения, Рауль был уверен, что надо радоваться, что возможно буквально сейчас им придётся вступить в бой.

И тут оба всадника одновременно осадили коней, они до обмирания души оторопели от открывшегося перед ними зрелища: посреди небольшой площади стояло семь виселиц, и на шести из них болтались тела повешенных, а последняя оставалась пустой --- на ней не висело даже верёвки.

– -- Едем!
– -- Неистово вскричал Александр и пустил коня галопом.

На выезде из селения из-за забора им навстречу выбежали двое мальчишек, которые сразу шарахнулись в сторону, едва поняв, что несутся прямо на незнакомых всадников, и стремительно, как воробьи, стреканули в ближайшую открытую калитку.

– -- Как они испугались, --- сказал Александр, --- нас, благородных дворян... Зачем крестьянским детям бояться людей, скачущих на лошадях, ведь конный, значит, не простой, а благородный, и опасаться его должен только равный ему? Что здесь произошло, набег отряда разбойников-дворян, лишённых наследства младших сыновей и примкнувшим к ним разных отщепенцев, сколотивших бандитскую шайку? Но я не помню и никогда не слышал, чтобы в этих тихих и мирных краях что-то подобное случалось. Такого давно не происходило вообще нигде, ещё наши деды и прадеды покончили с чем-то подобным. Что, древнее, забытое бесчинство возродилось, появились среди моего поколения те, которые, не желая служить выбранному сеньору, чтобы стать честным рыцарем, из-за низости и подлости натуры предпочитают грязный грабёж и постыдное для дворянина воровство? Но почему они казнили мирных и безоружных крестьян, ведь разбойники, ограбив, предпочитают моментально сбежать с места своего злодеяния, а эти действовали как захватчики, словно они желали устрашить и покорить жителей, чтобы те почувствовали чужую, новую власть? Что, рыцари работают теперь за обычных кнехтов и даже за палачей?

XVIII глава.

Ближе к вечеру они достигли столицы королевства, по пути к ней им пришлось проехать ещё несколько селений, некоторые, как и самое первое оказались пусты, но те, что стояли ближе к городу, жителями не были покинуты: люди, как робкие кролики, прятались по своим домам и только изредка выглядывали из окон из-за туго задвинутых штор, откинутых на маленький уголочек. Редко кто попадался на улице, в основном дряхлые и немощные старики и старухи, сидевшие возле домов, словно изваяния, и ничто, казалось, не могло сдвинуть их оттуда.

Городские ворота, открытые настежь, никем не охранялись, обычную шумную сутолоку, отличавшую подобные места убило мертвое безлюдье. И городские улицы, по которым в тягостном молчании ехали Рауль и Александр также пустовали, но присутствие тысяч глаз в разных дверных щёлочках, замочных скважинах, чердачных оконцах ощущалось отовсюду.

– -- Это ли шумная и весёлая столица всегда праздничного королевства?
– -- Тихо спросил Александр, и его негромкий голос неожиданно резко полоснул по плотной ткани тишины, --- нам необходимо попасть в королевский дворец.

Подступала ночь, и уже мягкие сумерки неторопливо заполняли осиротевшие без народа улицы, но окна тихих, присмиревших домов не зажигались привычными огнями, словно находившиеся в них люди могли преспокойно оставаться без света, и сидеть в темноте было для них естественным состоянием. Откуда-то сверху послышался громкий сдавленный шёпот, будто немолодая женщина ругала непослушную дочь, спутники подняли головы: в одном из приоткрытых окон богатого дома на третьем этаже под самой крышей метнулись два белых пятна, и в тот же миг оно захлопнулось, издав какой-то охающий звук.