Чтение онлайн

Похоже, умное устройство не очень-то разделяло его чувства.

Теперь, когда беглец свыкся с мыслью, что, пройдя транспространственным переходом, он оказался в параллельной вселенной, страх неизвестности исчез, а колыхавшееся в душе смутное беспокойство улеглось, сменившись острой мятежной радостью от осознания: его не найдут, не поймают и не заставят вернуться назад.

Как любопытно, однако, что эта версия Вселенной настолько сильно похожа на его собственную! Те же расы, тот же язык, да и карта Юнивёрса почти та же самая – за редкими исключениями. Неудивительно, что он не сразу распознал подмену.

И все же отличия есть. Здесь не существует его родной Монтаны, зато есть Селестия – планета-сателлит Ойкумены. Вместо Сириуса-3 здесь Люцерна, вместо Ависа – Птерос, вместо Альбиса – Альбедо. История – капризная дама, и неблагодарное дело – потакать её капризам.

Интересно, людям и раньше доводилось путешествовать в иные вселенные или он, если можно так выразиться, первопроходец?..

И кстати – не заметив невысокий порожек, Лейф споткнулся и чуть не упал – каким образом ему удалось просочиться в другую вселенную? Счастливое стечение обстоятельств, единственный шанс на миллион, случайная прореха на ткани мироздания? Или чья-то хитроумная воля направила его катер не вдоль, а вовне?

Если первое – то он может по праву считать себя редкостным везунчиком. Если второе – не значит ли это, что за ним могут следить?

Ладно, хватит гадать, оборвал себя Лейф. Пространные рассуждения вряд ли приблизят его к разгадке, а решать проблемы лучше всего по мере их поступления. В любом случае, пока что всё складывалось именно так, как он планировал – пусть и с некоторыми оговорками.

Путь до пассажирского космопорта прошёл без приключений: нейромодулятор работал исправно и выходить из строя не собирался.

Получив в паспортно-визовом центре свежие документы, Лейф купил билет на крейсер до Земли, а поскольку до отправления оставались ещё целые сутки с хвостом, отдохнул и сытно пообедал в отеле космопорта.

О том, чтобы проспать и опоздать на рейс, Лейф мог не волноваться: отельный номер был оснащён электронной системой, умный будильник разбудил бы его в нужное время.

Он проснулся раньше, и совсем от другого звука. Надсадные вопли аварийной сирены не имели ничего общего с мелодичной трелью будильника.

Что-то случилось.

Лейф бросился к единственному окну – далеко внизу сновали разноцветные точки; с высоты семьдесят седьмого этажа было не понять, альбины это или кто-то ещё.

"Пожар", – мелькнула мысль. Но почти сразу Лейф понял, что ошибается – пожарная сигнализация молчала, звук шёл из динамиков. Он торопливо застёгивал ботинки, когда к воплю сирены добавился голос:

– Внимание. Внеплановая проверка. Блокировка дверей отключена. Просьба приготовить документы.

Лейф поёжился. Подошёл к двери, нажал на ручку – дверь поддалась. Осторожно выглянул в коридор. Динамик продолжал вещать, повторяя объявление на всех остальных языках, но Лейф уже летел сломя голову к лифтовому вестибюлю. Оставаться в номере было глупо. Да и вообще, прятаться, забиваясь в угол подобно крысам, – это не для него.

Отсюда, из стеклянной кабины лифта было видно не только кусочек улицы, но и сам космопорт. Там, на лётном поле, сейчас садился огромный чёрный корабль, судя по всему, военный крейсер альбинов. От его угловатого, но при этом изящного, точеного силуэта веяло силой и мощью. Лейф невольно охнул.

Спокойно. Нервничать бессмысленно – это ничего не даст. Всё под контролем.

На пятидесятом этаже в лифт загрузилось целое семейство: двое взрослых и стайка детей разного возраста, но похожих друг на друга как клоны. Похоже, родители фантазией не отличались: известно, что у альбинов внутриутробное формирование будущего ребенка – осознанный процесс.

– Синего неба, – церемонно поздоровался глава семейства. На Лейфа он взглянул лишь мельком, впрочем, как и Лейф на них – бесцеремонно пялиться на посторонних у альбинов считалось невежливым.

Будет не лишним попытаться выяснить, из-за чего весь этот сыр-бор. Лейф уже прикидывал в уме, как с ними заговорить, как один из старших детей вдруг заговорил сам.

– Будет война, пап? – робко спросил он.

Младшие тут же захныкали; мать принялась их успокаивать, не забыв сердито шикнуть на старшего.

– Не сейчас, Эль, – сухо одёрнул его отец. – Но, помолчав, добавил: – Наша раса – одна из сильнейших в Юнивёрсе. Мало кто рискнёт напасть на нас. А если кто и рискнёт – встретит здесь не только достойное сопротивление, но и свой бесславный конец.

Лейф понял, что слова альбина в большей степени были адресованы ему, а не сыну.

– В Юнивёрсе не было междоусобных войн уже долгие годы. Разве на Альбедо кто-то напал? – тихо пробормотал Лейф скорее самому себе, чем кому-либо.

Однако его услышали.

– Вы не в курсе? На космопорт в Интане была совершена террористическая атака. Весь Интан полностью уничтожен!

Лейф вздрогнул. Да, он впервые слышал об этом. И, судя по всему, речь шла о космопорте, на который он прилетел. Чёрт побери, задержись он там чуть дольше, и...

– Об этом же было в новостях. Судя по масштабу разрушений, здесь не обошлось без аннигиляторного оружия.

– Аннигиляторы материи запрещены Третьей Межрасовой конвенцией, – на автомате выдал Лейф, позабыв и о правилах хорошего тона, и о данном самому себе слове не вступать в беседу без необходимости.

– Разве? – альбин удивлённо вскинул брови, так, что они почти скрылись под густой чёлкой белоснежных волос.

Лейф густо покраснел. Кажется, он только что обнаружил ещё одно расхождение в мировой истории. Впрочем, отвечать на вопрос ему не пришлось: лифт прибыл на нулевой этаж и многодетное семейство поспешило к выходу. Мальчик вышел следом, огляделся.

В отличие от пустынных коридоров верхних этажей, где располагались номера, здесь, внизу было шумно и людно. К счастью, воплей сирены здесь слышно не было; впрочем, вопящие дети с успехом заменяли последнюю. У выхода образовалась пробка: похоже, представители органов правопорядка у всех поголовно проверяли документы и досматривали вещи. А на торцевой стене, напротив центрального входа, невероятно реалистичная голограмма наглядно демонстрировала катастрофу, послужившую причиной такого тотального контроля, – в клубах мелкодисперсной пыли, медленно оседающей на землю, лежал пустырь, в котором с трудом угадывалось место, бывшее некогда городом Интан.