Чтение онлайн

Инга направилась к выходу.

Толпа уже находилась в том состоянии транса, когда каждый не существовал по отдельности. Аня не пришла, и, скорее всего, не придет. Что-то произошло у них с Мариной.

Взгляд невольно выхватывал из беснующейся толпы отдельные лица. Один профиль показался Инге знакомым. Рельефный профиль, черные прямые волосы. Что-то очень знакомое. Одет во что-то яркое. Может быть, просто ассоциация с кем-то из неформального прошлого? Так же, в нелепые пестрые обноски из Second hand одевался Ларс…

Молодой человек с рельефный профилем как будто почувствовал на себе любопытный взгляд, резко обернулся, и Инга узнала Адониса…

Дождь уже вовсю барабанил по асфальту и крыше маршрутки. Хорошо, долго ждать не пришлось. Хотелось поскорее вернуться в гостиницу, выпить кофе, завалиться с книжкой на кровать.

Адонис исчез также неожиданно, как появился. Инга хотела с ним заговорить, но он сделал вид, что не узнал, растворился где- то за кулисами. Может, в самом деле исчез? Нет, это уже бред какой-то.

Что за безумный клубок, и как его распутать? «Она убила его, потому что ОН ЛЮБИЛ МЕНЯ»! Аникшин любил Аню, Марина ревновала. Чем он привлек их обеих? Гипнозом? Значит, Марина убила его? Но как тогда объяснить сцену на кладбище? Да и жена Аникшина тоже какая-то странная… И не удивительно. Подобное, как говорится, притягивается к подобному. Осталось после разговора с ней какое-то ощущение недосказанности… Или все-таки Меркулов? Зачем он ждал Аню? Теперь вот еще Адонис… Вряд ли он приехал из другого города специально, чтобы побывать на открытии сезона в неформальном клубе. А ведь знакомство с Чуриловым и Адонисом — почти случайность. Значит, наверняка, есть и другие действующие лица этого трагифарса? Может быть, кто-то из тех, кто был в тот день в гостинице, кроме Марины? Или кто-то, кто остановился в какой-нибудь другой гостинице, а, может, и не в гостинице вовсе… А может быть, Аникшина и не убивал никто? Да, нужно дождаться результатов экспертизы…

А пока — согреться горячим чаем, перед тем, как отправиться в промозглый номер.

Кафетерий на первом этаже был уже закрыт.

Администратор сосредоточенно считала петли на махровом голубом полотне.

— Здесь есть где-нибудь поблизости круглосуточный магазин? — отвлекла ее от вязания Инга

— Поблизости нет, — сочувственно покачала головой женщина. — Хотели что-то купить?

— Чаю, — вздохнула Инга.

— Я сама не могу без чашки чаю на ночь, — вошла в положение администратор и кивком головы показала девушке на стул. — Подождите здесь, сейчас схожу за чаем.

Женщина скрылась в конце коридора и через пять минут вернулась с двумя большими кружками. В окрасившимся кипятке плавали пакетики черного чая.

Инга отхлебнула горячую мутную жидкость, с наслаждением ощущая, как по всему телу разливается тепло.

— Что-то у нас сегодня много постояльцев, — не то похвалилась, не то пожаловалась администратор. — Вот только час назад молодой человек остановился, красивый такой брюнет в чем-то пестром. Очень странный молодой человек. Все пытался узнать, кто у нас остановился в последние дни.

Адонис!

Инга вдруг почувствовала дискомфорт, граничащий с каким-то мистическим ужасом оттого, что эту ночь ей придется провести под одной крышей с этим странным Адонисом. Вряд ли он стал бы снимать номер в гостинице, если бы собирался до утра развлекаться в «Дилижансе».

— Кстати, — вспомнила администратор. — Вчера кто-то спрашивал по телефону, в каком номере вы остановились.

— Кто? — насторожилась Инга.

— Не знаю. Связь оборвалась, — пожала плечами женщина.

Поблагодарив приветливую администраторшу за чай, Инга поднялась в номер. Взгляд упал на недописанную рукопись Аникшина. Сквозь розовый пластик просвечивал профиль Одинокого Лота. Не осознавая, зачем это делает, Инга вынула первый лист из папки. Конечно же, это профиль Адониса! Может быть, и сегодня в клубе она узнала не Адониса, а Одинокого Лота? Только одно странное несоответствие: тот же нос с горбинкой, тонкие губы, маленькие, проницательные глаза — те же черты, но Адонис — загадочный красавец, а Одинокий Лот — безобразен. Как карикатура, нарисованная непрофессионалом. А может быть, так оно и есть?

Отчего-то вдруг стало жутко, это и не удивительно, когда второй вечер подряд изучаешь в одиночестве эзотерические бредни экстрасенса, дух которого, может быть, еще бродит где-то поблизости.

В дверь тихо постучали, так тихо, что Инга не сразу поняла, показалось ей это или нет. Но постучали снова, на этот раз немного громче.

— Кто? — Инга постаралась спросить четко, безразлично. Вышло настороженно.

— Бессмертный гость из Долины Скал, — ответил ночной посетитель голосом Макса.

Бывают же в жизни сюрпризы! Инга повисла на шее у Макса.

Он, явно, остался доволен произведенным эффектом.

— Снял номер по соседству. Надеюсь, ты не против?

— Как ты узнал, где я? — Инга все еще не могла прийти в себя от удивления и восхищения

— Просто решил обзвонить районные гостиницы. Представь себе, начал именно с этой. Даже искать не пришлось!

Вместе с Максом в мрачноватый номер гостиницы ворвался праздник.

— Как ты смотришь на то, чтобы отметить нашу встречу? У меня и коньяк есть с собой.

Как фокусник, Макс достал откуда-то из кармана бутылочку коньяка и шоколадку.

Развел руками:

— Рюмок нет. Извини. Пить будем прямо из горлышка.

Коньяк с шоколадом и Макс — именно те три вещи, которых Инге сегодня не хватало. С коньяком и шоколадом, конечно, при желании проблему можно было решить, а вот Макс очень кстати. И все-таки для порядка, чтобы Макс не думал, что она принимает как должное его романтические безумства, Инга посмотрела в глаза Максу долгим укоризненно-благодарным взглядом:

— Я бы все равно завтра приехала…

— А я не могу ждать до завтра. Итак неделю не виделись.

И правда, почти неделю. В понедельник — газетный день в «Криминальной хронике», а потом та безумная пресс-конференция…

Инга с наслаждением выбралась из колючего малинового свитера, осталась в сиреневом топе, под которым ничего не было. Стянула с Макса красно-черно-белый свитер и светлые джинсы.

Макс нежно и в то же время настойчиво поцеловал Ингу в губы, потом сквозь тонкий трикотаж — каждый нагло вырисовывающийся сосок.

Да уж, это гораздо лучше, чем опять бродить по Долине Бессмертных вслед за воспаленным воображением Аникшина. Стягивая джинсы, Инга уселась на розовую папку и с раздражением переложила рукопись на подоконник.

Утром на рукописи лежала скомканная обвертка от шоколадки. А рядом стояла пустая миниатюрная бутылка.

Инга скользила взглядом по потолку, подоконнику и боялась пошевелиться. Рядом храпел Макс, обнимал ее одной рукой. Не очень удобно спать вдвоем на односпальной кровати, но зато какое пробуждение!