Чтение онлайн

— Все, мне пора бежать, — девушка сделала пару шагов к выходу. — Рада была тебя видеть.

— Я тоже, — откликнулся Джон, вставая и стараясь придать лицу максимально дружелюбное выражение.

Он смотрел, как Шерлок провел Джанин к двери гостиной и открыл ее для нее:

— Прошу, — девушка вышла на порог. Удачного дня, — он улыбнулся. — Позвони мне.

Она повернулась к нему и поправила край его рубашки:

— Позвоню. Возможно, — игриво добавила она. Если не встречу кого-нибудь покрасивее.

И прежде, чем Джон успел что-то сообразить, Хопкинс потянулась вперед и поцеловала Холмса. Ватсон быстро отвернулся с испуганным «Ооооо», пока эти двое продолжали шумно целоваться. Джанин наконец немного отстранилась и тихо проговорила:

— Раскрой все тайны мира, Шерлок Холмс.

Джон еле сдержался, чтобы со всей дури не стукнуть себя ладонью по лбу. Джанин повернулась и вышла, а детектив тут же захлопнул за ней дверь, стараясь стереть с лица выражение вселенской муки.

— Ты знаешь Магнуссена как владельца газеты, но это малая часть его деятельности, — заговорил Шерлок, и Джон нахмурился. — Он использует власть и деньги, чтобы добывать информацию. Чем ее больше, тем сильнее его могущество, — детектив сел за обеденный стол и открыл свой ноутбук. — Поверь, я не преувеличу, если скажу, что он знает болевые точки всех влиятельных людей западного мира, а возможно и вообще… Всего мира. Он Наполеон беспардонного шантажа, — он вывел на экран фотографию дома Магнуссена вместе с планом здания. — А это — неприступный бастион, где он хранит всю информацию. Его название, — он повернул ноутбук, чтобы показать экран Джону. — Эпплдор.

Тот лишь сложил руки на груди:

– Ужин?

– Что? — Шерлок повернулся и посмотрел на друга. — Ты серьезно? Я только что показал тебе дом, откуда правят миром, а тебя волнует ужин?

Ватсон сдался:

— Ладно, рассказывай про дом.

Шерлок бросил на него осуждающий взгляд, а затем вернулся к своему ноутбуку, в то время как Джон снова глянул на дверь, все еще не в силах поверить в то, свидетелем чего он только что стал, но в конце концов он снова посмотрел на друга.

— Это величайшее в мире хранилище секретной и опасной информации, — продолжал Холмс. — Таких больше нет, — он посмотрел через плечо на Ватсона. — Настоящая александрийская библиотека тайн и скандалов, и ничего этого нет в компьютере. Он прав — компьютер можно хакнуть. Все только на бумаге и спрятано в тайнике, — он указал на вращающийся чертеж на экране, — под домом. И пока это там, личная свобода человека — это всего лишь фантазия.

— Это поэтому Софи уехала? — спросил Джон, вновь покосившись на закрывшуюся за Джанин дверь.

— Не знал, что Вы курите, Софи, — сказал Радж, подойдя к стоявшей на балконе Конан Дойл.

— Только что снова начала, — откликнулась она, затягиваясь.

— Будет ли бестактно спросить, почему? — уточнил мужчина, облокотившись о перила, как и она.

— У каждого курильщика есть история его первой сигареты, Раджеш, — ухмыльнулась девушка. — Я сама всем советую бросить, но, как видите, сама не далеко ушла.

— Что ж, верно говорят, все советы, что ты давал другим, на самом деле были нужны тебе, — Радж недолго помолчал, глядя в небо: — Знаете, однажды я услышал прекрасную легенду. В ней говорилось о том, что Луна — «он», а не «она», как принято считать. И каждый день он находится в ожидании девушки, которая некогда загадывала желания на его полнолуние, но в один момент перестала это делать, и он больше никогда не видел и не слышал ее, — он вздохнул. — И тогда Луна попросил о помощи океан, чтобы тот искал ее в каждом море и на каждом побережье. Он попросил о помощи волков, чтобы они искали ее в каждом уголке нашей земли, — мужчина посмотрел на Конан Дойл. — На самом деле, Луна никогда не найдет эту девушку снова, потому что прошли уже века и эры. Но океаны никогда не прекратят бушевать, и волки никогда не перестанут выть по ночам, говоря ему «извини, мы так и не нашли ее». А на самом деле «она» — это солнце, — он снова перевел взгляд на огни внизу. — И лишь раз в несколько десятков лет, всего на пару секунд, они могут встретиться.

— К чему Вы это, Радж? — наконец спросила Софи.

Астрофизик снова посмотрел на собеседницу:

— К тому, что я догадываюсь, почему Вы весь вечер смотрите на улицы, — улыбнувшись, он поднял бокал, который все это время сжимал в руке. — Так что за Вас, доктор Конан Дойл. А точнее — за то, чтобы маленькая точка на том конце улицы оказалась им.

Девушка повернулась к нему и, мгновение подумав, стукнула своим бокалом о его.

— Что? — переспросил Холмс, повернувшись к другу.

— Повторяю для слабослышащих: — выдохнул тот. — «Это поэтому Софи уехала?»

— О чем ты? — нахмурился Холмс, поднимаясь и проходя к своему креслу.

— Я не идиот, Шерлок, — вдруг сказал Ватсон. — Хотя ты и считаешь иначе. Я не знаю, зачем тебе потребовалась Джанин, но уверен, что у тебя к ней нет никаких романтических чувств, а Софи…

— Что — Софи? — перебил его Шерлок.

Джон недолго помолчал.

— Сам знаешь, — сухо ответил он.

— Не знаю, — Джон мог видеть, как под тонкой кожей на лице его друга заходили желваки.

— Поясни.

— Что она тебе сказал прежде, чем уехать в Америку? — внезапно спросил Ватсон. Холмс отвел глаза. — Скажи это!

— «Мне больше не нужны твои игры. Игра окончена», — ответил Шерлок, глядя в камин. — Полагаю, всем людям рано или поздно надоедает такой стиль жизни…

— Вот как, — прошипел Джон, отодвигая стул и садясь. — И насколько она уехала?

— Навсегда, — неожиданно для Ватсона проговорил Холмс.

— Ч-что? — только и смог выдавить тот. — Это она сказала, вы говорили?

— Она забрала все самые ценные вещи, кроме вот этой колонки, — отвел детектив, указав на названный предмет пальцем, — и оставила ключи, — добавил он. — В университете она числится, как научный сотрудник, а со дня на день заступит на преподавательский пост в Колумбийском, — он сделал паузу. — И, нет, мы не говорили с тех пор, как она улетела.

Джон некоторое время смотрел на своего друга, внутренне взвешивая, стоит ли начинать это разговор. Однако тут сознание благосклонно подкинуло ему мысль о том, сколько для него сделали Софи и Шерлок, а потому он все же решился:

— И ты не понимаешь, почему она уехала? — тихо спросил он. Холмс наконец посмотрел на него, и Джон поднялся на ноги. — И почему ты сам не ешь третьи сутки, подвергаешь себя смертельной опасности и шляешься по притонам?

— Джон…

— Нет, никаких отговорок, — перебил его друг. — Ты слепой, Шерлок, и она не лучше. Вы, чертовы гении, знаете друг друга столько лет, но не видите очевидного! Всего того, что люди замечают при первой встрече с вами, — Джон перешел на повышенный тон. — И теперь — ты ее отпустил! Отпустил, Шерлок! Сказать «прости» язык не поворачивается, а «прощай» — легко?

— Я не понимаю, о чем ты, — поморщился Холмс.

— Я собираюсь применить дедукцию, — вдруг сказал Джон более спокойным голосом.

— Это уже интересно, однако…

— И, если мой вывод будет верным, ты это скажешь, — прервал детектива Ватсон. Холмс недолго помолчал. — Ты знаешь, что я не отстану, обещай.

Шерлок вздохнул:

— Хорошо.

— Ты любишь ее, — твердо сказал Джон.

Лицо Шерлока застыло, будто бы Ватсон только что озвучил факт, который должен был перевернуть мир с ног на голову. Впрочем, так оно и было.