Чтение онлайн

— Но это заняло у вас два дня. Все это время вы ни разу не…

Я открываю глаза. Понятия не имею, как долго я спала.

Келлер обменивается взглядом с детективом-младенческое-лицо.

— И за все это время вы ни разу не заподозрили, что все эти разговоры были только в вашей голове?

Я все понимаю. Мне это нравится не больше, чем ей. Но вместо того, чтобы признаться в этом, я встречаюсь с ней взглядом и говорю:

— Теперь это имеет смысл. После нашей встречи у компьютеров я видела ее только в своей комнате. Я постоянно то засыпала, то просыпалась, всегда была прикована к кровати. Но тогда это не казалось странным, учитывая обстоятельства.

Келлер снова просматривает свои записи. Переворачивает страницу. Я с облегчением вижу, что она движется дальше.

— Вы сказали, что были в убежище в первый раз.

Я киваю.

— Но это был не первый раз, когда Ксандер причинил вам боль.

Я качаю головой.

— Я не думала… — Мой голос срывается. Я пробую снова. — Я не думала, что мне нужно убежище, пока не поняла, что мне нужно убежище. Если это имеет смысл.

Ее глаза смягчаются. Она кивает.

— У вас есть какие-нибудь предположения, почему Ксандер мог ехать через национальный лес Анджелес той ночью?

— Это было похоже на то, что он всегда делал, — объясняю я. — Когда мы ссорились. Он остывал с помощью долгой поездки. Он любил этот дурацкий MG.

— У него всегда был с собой десятифунтовый огнетушитель?

Она не спрашивала об этом в прошлый раз.

— Он большой или маленький?

Она изучает меня.

— Вы же знаете, как легко загораются эти старые родстеры. Ксандер, может, и был кем угодно, но идиотом его точно не назовешь. Он никогда бы не позволил себе стать причиной лесного пожара во время шторма Санта-Аны.

Она переворачивает страницу в своем блокноте.

— А деньги?

Я пожимаю плечами.

— Думаю, я не очень хорошо это спланировала. Я просто подумала, что так они будут в большей безопасности на счету Бенни. Я знала, что Ксандер заблокирует мне доступ, как только я скажу ему, что ухожу.

Это вызывает тихое мычание.

— Миллион долларов — это очень крупный перевод.

— Я решила, что он мне понадобится. Ксандер собирался устроить очень крупную борьбу.

— А как вы вошли в аккаунт Бенни?

— Я скопировала его пароль, когда мы настраивали наши счета вместе. Зная, что он может его потерять, — быстро добавляю я.

— Но вы не сказали ему, что переводите деньги?

Я подумываю о том, чтобы рассказать всю правду — что дело было не только в финансировании отвратительного бракоразводного процесса. Что я отчасти хотела таким образом послать Ксандера куда подальше за все эти его махинации. Если он мог прятать деньги, то и я могла. Но я придерживаюсь своего первоначального ответа, помня о том, что мне говорили: не усложняй. Чем проще, тем лучше.

— Нет. Бенни не знал.

Келлер делает пометку.

— Похоже, он очень мало знал. Так как же получилось, что он приехал за вами именно тогда, когда приехал?

Я тщательно подбираю слова, те же слова, что использовала в прошлый раз. Я говорю ей, что не могла вспомнить номера телефонов, даже Бенни, поэтому использовала телефон другой женщины, чтобы позвонить в офис Луны, номер которого нашла в Интернете. Луна тогда пообещала, что они с Бенни приедут за мной. Вместе.

— Что случилось потом? — спрашивает Келлер.

— Тогда у меня началось кровотечение. Я больше ничего не помню.

Взгляд Келлер обводит мое лицо, мои синяки, а затем останавливается на моем животе.

— Вам повезло, что ваши друзья приехали вовремя.

— Да, — соглашаюсь я. Очень повезло.

Она мягко постукивает пальцем по открытому блокноту.

— Последний вопрос, — говорит она. — Ксандер знал, что вы беременны?

Мне не нужно притворяться, что на глаза наворачиваются слезы.

— Нет.

Комната плывет, но я едва могу разглядеть движения Келлер, когда она собирает свои вещи. Встает. Подходит к моей кровати. Она протягивает руку к моей руке, нежно сжимает ее.

— Спасибо за сотрудничество, Джой. Думаю, вы дали нам достаточно ответов на данный момент. Вы были очень храброй.

Детектив-младенческое-лицо оставляет визитку на больничном столике и просит позвонить им, если я вспомню что-то еще. Я киваю, затем закрываю глаза и притворяюсь спящей.

Медсестра будит меня для проверок, после чего я разговариваю с психологом, а затем с акушером-гинекологом во время обхода. Это истощает — столько человеческого общения после стольких дней без него. К тому времени, когда Бенни приходит навестить меня, я уже на пределе. Я сосредотачиваюсь на его теплых глазах, но вижу, что он нервничает.

— Привет. — Я беру его за руку и говорю, что сегодня мне лучше. — Со мной все будет в порядке.

— Дело не в этом. Я имею в виду, я так, так рад это слышать, но… — Он пододвигает стул. — Луна звонила мне, — тихо говорит он. — Она рассказала мне, что ты сказала копам, и, наверное, я немного…

— Озадачен?

Он кивает.

— Наверное… мне интересно… насколько много ты знаешь.

— Я тоже говорила с ней, — говорю я, заставляя свои глаза работать больше, чем слова.

Выражение его лица говорит мне, что он начинает понимать. За дверью звонит телефон. Кто-то смеется. Высокий пронзительный сигнал тревоги звучит несколько секунд. Он проводит рукой по волосам.

— Значит, ты не собираешься говорить им правду.

— Не собираюсь. — Я признаю, что это риск. Эти детективы еще не закончили с нами.

Наклоняясь ближе, он шепчет:

— Она сказала тебе, как?

— Она пыталась защитить меня. Я знаю только, что это был несчастный случай. — Я сглатываю и смотрю на часы, задаваясь вопросом, когда будет следующая проверка медсестры. — Не думаю, что хочу знать остальное. Просто, пожалуйста, я понимаю, что это много, но мне нужно, чтобы ты согласился с этим. Со всем, что я сказала.

Он обдумывает это.

— Ладно, — говорит он. — Ладно. Если ты этого хочешь.

Я этого хочу.

— Ладно, — снова говорит он.

Мы молчим мгновение.

— Ты… ты… — Его глаза ищут мои. — Когда ты узнала о Ксандере… — Он проводит рукой по рту. — Наверное, я хотел спросить, как ты с этим справляешься.

Я недолго колеблюсь, и он быстро исправляется:

— Ничего страшного, если ты не готова говорить об этом.

— Нет, все в порядке, — говорю я. — Ты хочешь длинный ответ или короткий?