Чтение онлайн

А затем внезапно все погружается во тьму. Я переношусь в прошлое. Липкий пол «Эхо». Первые аккорды «Lovesong», пульсирующие в моих венах, когда я просыпаюсь и вижу кривоватую улыбку Бенни и его дикие медные кудри.

— А вот и ты, — говорит он.

Мое тело наполняется адреналином.

— Ты что?

Сара сжимает руку Луны.

— С ней все в порядке?

Луна кивает.

— Она в порядке.

— О боже, — говорю я, почти падая от облегчения. — Где? Где она?

— Я не могу сказать.

— Луна!

Она морщится.

— Я просто подумала, что ты захочешь узнать, что с ней все в порядке.

— Ты шутишь? Ты, блять, шутишь?

— Ты знала все это время? — спрашивает Сара.

Луна несчастно кивает.

Сара опускается на пол.

— Зачем ты скрывала это от нас?

— С ней все в порядке? — спрашиваю я. — Почему она никому не сказала, где она? Ты уверена, что с ней все в порядке?

— Она в полной безопасности. Я ждала, когда она вернется домой и расскажет тебе сама. — Луна выпрямляет ноги и наклоняется, как будто пытается не упасть в обморок. — Я думала, она вернется раньше.

Я не могу это осознать.

— Где она?

— Я не могу сказать.

Сара теперь стоит на коленях.

— Почему?

— Просто поверьте мне. Не могу.

Я слишком ошеломлен, чтобы ответить. Она хочет, чтобы мы ей доверяли.

— Я не понимаю, — говорит Сара. — Ты собираешься позволить всем продолжать верить, что она мертва?

— Да. Нет. Я не могу… я не могу вам сказать. Если я скажу что-то еще, все рухнет.

Я смотрю на нее в неверии.

— Ты была с ней на связи?

Она отводит взгляд.

Я изо всех сил пытаюсь не сорваться.

— Откуда ты знаешь, что с ней все в порядке? — Я напоминаю ей, что здоровье Джой хрупкое. Что у нее могут закончиться лекарства. Когда она не отвечает, я спрашиваю снова. — Откуда ты знаешь?

— Одна женщина присматривает за ней. — Она заканчивает фразу с вопросительной интонацией, как будто не совсем уверена, что говорит правду. Скрестив руки на груди, она добавляет: — Она вернулась бы, если бы ей было плохо.

— Луна.

— Она может уйти, когда захочет. Никто не держит ее в заложниках.

Каждый кровеносный сосуд в моем теле, кажется, готов лопнуть. Возможно, именно это видит Сара, когда поднимает на меня глаза, потому что она встает и трет мне спину.

— Он не отстанет.

Луна качает головой.

— Даже если бы я сказала, они бы тебя не впустили.

— Я не думаю, что у тебя есть выбор, — говорит Сара.

Сначала нам нужно оторваться от папарацци, поэтому Сара одна мчится к своей машине, а мы с Луной проскальзываем через черный ход отдельно стоящего гаража. Я прячусь под одеялом в тесном багажнике ее Honda, надеясь, что несколько фотографов останутся на месте, если будут думать, что я в доме.

Луна резко сдает назад, а затем срывается с места и так быстро набирает скорость, что я ударяюсь головой о заднюю дверь.

— Извини! — кричит она.

— Кто-нибудь за тобой едет?

— Только один. Нет, двое. — Она огибает поворот на скорости, и я снова ударяюсь головой. — Извини — держись. — Она делает это еще несколько раз, прежде чем мы выезжаем на то, что, я предполагаю, является шоссе 101. — Ладно, все хорошо, — говорит она.

Я откидываю одеяло и сажусь, медленно выдыхая, чтобы справиться с укачиванием. Через минуту я откидываю заднее сиденье и пролезаю вперед, прижимая к себе зафиксированную руку.

— Я сделала тебе больно? — спрашивает она. — Это ухудшило положение?

Да, сделала, и да, ухудшило, но это меньшее из моих забот.

— Я буду в порядке.

Мой телефон вибрирует — пришло сообщение от Сары: «Я прямо за вами».

«Кто-нибудь за тобой увязался?» — пишу я в ответ.

«Не думаю».

Движение замедляется, и мы молча сидим, пока Луна съезжает на Вермонт-авеню. После долгих уговоров она призналась, что Джой пряталась в приюте для жертв домашнего насилия, но отказалась говорить, сама ли она отвезла ее туда, почему держала это в секрете и даже почему Джой вообще решила туда поехать.

— Она могла бы прийти ко мне, — простонал я, прежде чем вспомнить, чем все закончилось между нами, когда она попыталась сказать мне, что уходит от Ксандера.

Мы проезжаем мимо магазинов спиртных напитков и строительных площадок, торговых центров, автомастерских. В конце концов Луна сворачивает в переулок за коричнево-кремовым многоквартирным домом и останавливается перед ржавыми воротами гаража. Вход с черного хода защищен забором с колючей проволокой.

— Здесь? — спрашиваю я. — Она была здесь?

Сара подъезжает за нами, и мы все выходим.

— И что теперь? — спрашиваю я, когда мы стоим перед забором.

Луна нажимает встроенную кнопку звонка под настенной камерой наблюдения, и мы ждем.

Ничего не происходит.

Она удерживает ее во второй раз, и по громкой связи раздается голос с помехами.

— Мы вас ждем?

— Не совсем. — Я стараюсь говорить как можно вежливее. — Понимаете, моя…

Громкоговоритель щелкает и замолкает.

— Я же говорила, — бормочет Луна.

Я выдавливаю улыбку в камеру наблюдения и удерживаю кнопку звонка. Как только динамик снова начинает шипеть, я быстро говорю:

— Мы пришли к Джой Мур. Она моя… мы все ее друзья, и мы просто хотим убедиться, что с ней все в порядке. — В наступившей тишине я поворачиваюсь к Луне и спрашиваю: — Как думаешь, она назвала другое имя?

Луна пожимает плечами.

— У нее проблемы со здоровьем, — добавляет Сара. — Она не выходила на связь.

Динамик глохнет.

— Черт. — Я снова тянусь к кнопке звонка.

Я все еще держу палец на кнопке, когда в гараже открывается дверь. К калитке подходят две женщины: одна постарше, в очках цвета фуксии, другая — лет двадцати с небольшим, с фиолетовыми волосами. Они останавливаются в нескольких футах от ворот.

— Извините, — говорит женщина в очках, — но у нас строгая политика запрета посетителей.

— Но она здесь? — спрашивает Сара.

Она не отвечает. Ее лицо трудно прочитать.

— Ладно. Позвольте мне начать заново. — Я прижимаю обе руки к груди, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. — Я Бенни Эбботт.