Деревья шепчут о былом мне сонно,иду едва приметною тропой,в густых цветахблестят осколки солнца,войны осколки поросли травой.Но каждый, кто крещен войною,знает,что в глубине сознания лежитона у нас, как тень, идет за нами,преследует настойчиво всю жизнь.И сам себе даюземную клятвуне оставлять в потомстве эту боль,а унести, как страшное проклятье,ее на веки вечные с собой.1970
«Зима работает резцом…»
Зима работает резцом,а осень – кистью,весна с заботливым лицомрасправит листья…И это не простой круговорот,текущие, как воды,в вечность годы:во времени любом здесь каждый год –крутое восхождение природык земному совершенству, к мастерству,к слиянью содержания и формы:снежинки, лепестки, пыльцу, листвуона являет творчеством упорным.1970
«В пору завязи и созреванья…»
В пору завязи и созреванья,на заре и закате днякрасота природы, дыханьетак всегда волнуют меня!Я возьму ее краски и говор,я терпеньем ее запасусьи взамен ничего другоговзять от жизни не соглашусь.Я верну – но нескоро, непросто,я природе сполна оплачу.У нее мастерству и упорствуя настойчиво нынче учусь.1968
В пути
Бьется ветер, как крыльями птица,ночь цыганкой кружит за окном…И опять мне в дороге не спится,хоть качает, как люльку, вагон.Я не часто в дороге и все жезнаю землю свою хорошо,потому что все тропки и стежкия в родимом краю обошел.Как роса на стежках, высвечиваютсеребристые рельсы в тени,и густой земляникой на сечевызревают на стрелках огни.Сквозь рисунок лесного сплетеньятихо месяц крадется, как лось,и густое ночное свеченьес берестяным свеченьем слилось.Светофоры и звезды мигают,поезд мчится, пространство круша,и, как годы, разъезды мелькают,только звон оставляя в ушах.Свет белесый притихшего месяца,все слабей излучение звезд…Но все так же струится и светитсяМлечный Путь подмосковных берез.1968
«Жизнь прожить…»
Жизнь прожить, свой путь пройти не простов этом мире болей и тревог…Человек – он тоже перекрестоквремени, судьбы, любви, дорог!До последних дней с рожденья часаон не может быть слепым, глухим…Я себя всё чаще и всё чащеперекрестком чувствую таким.1971
«Как борение тьмы и рассвета…»
Как борение тьмы и рассвета,жизнь и смерть будут в вечной вражде…Я люблю тебя, красное лето,в буйстве зелени и дождей.Растворятся снега, уползая,в разъяренных ручьях прозвенят,белой грудью цветенья и завязи,благодарная дышит земля.От тепла оживает и света,от дыханья листвы и травы,сила соков земных, знойность летазакипает, как брага, в крови.Узнаю тебя в бешенстве молнийи в разгуле горячих ветров,в тихой заводи дремлющих полднейи в густой тишине вечеров.Лето красное поит и кормит,скрыто зреет плодов естество,дышит, вглубь разветвляя корни,наше тело вместе с листвой.Хмель и силу нам красное летооставляет в крутой борозде,потому что, как темень с рассветом,жизнь и смерть будут в вечной вражде.1968
«Подмосковье с летом прощается……»
Подмосковье с летом прощается…И с раскрученным вихрем листвыпо кольцу автострады вращаетсяПодмосковье вокруг Москвы.Я закрою глаза и раскрою, –на дыбы все деревья подняллистодёр по лесам Подмосковья,обрывая листочки по дням.И они разлетелись, как стружки, –в вихре, в штопоре огневом,надо мной всё кружатся, кружатся,вместе с мыслями о былом.Ветки выгнулись и напружинилисьот звенящей огнистой пурги…И в глазах моих вновь закружилисьэти красные кольца-круги.Из военного детства возникшие,когда мы после длинной зимы,отощав, как былинки поникшие,к корешкам припадали земным.Отогревшийся в оттепель раннюю,все, что было в себе я собрал, –и, косою Сатурновой раненный,марлю снега с лица я содрал.Но осталась глубокая метинана лице и на теле моем,и точила, как дерево, медленножизнь мою она скрытым огнем.Не повязкой, а крупною сольюта зима на глаза мне легла,оборваться на полусловеот нее моя песня могла.Я искал исцеленье во времени,я искал исцеленье в себе, –и всю жизнь одному слову верен я –слову, найденному в судьбе!Все сберег, что мне было отпущено,ничего не потратил я зря,между хлебом и словом насущнымне почувствовал разницы я.…Подмосковье с летом прощается, –и с раскрученным вихрем листвыпо кольцу автострады вращаетсяПодмосковье вокруг Москвы.1973
«Как горстку пороха на дне патрона…»
Как горстку пороха на дне патрона,храню я памяти те дни войны,когда граница моего районабыла границей всей моей страны.Последними полями Подмосковья –района Красногорского поля.И за окраиною заводскойМосква сверкала шлемами Кремля.Рубеж от наступленья к наступленью –от подмосковных голубых лесов!..По брустверам потом, как по ступеням,мы долго шли – дышал огонь в лицо.Потом желанный мир приобреталиценою самой в мире дорогой!..И над материками пролетали,коснувшись дерзкоближних звездрукой!..1973
«Крылом журавлиным всё реже…»
Крылом журавлиным всё режемне машет издалекаушедшее лето… И свежестья пью, как из родника.Ни васильками, ни осамименя не встречают поля,неровно в мозаику осенивписалась тропинка моя1969
«Я под музыку звездного лепета…»
Я под музыку звездного лепетавдоль чугунной ограды идуи смотрю, как созвездие Лебедятихо плавает в черном пруду.Я иду, никому не мешая,одиноко у всех на виду,удивляясь, как умещаетсявся Вселенная в малом пруду.Я в раздумье остановился,я пытаюсь соотнестиэто чудо с возникшей мыслью:как весь мир в себе уместить?1975
«Зима гудит…»
Зима гудит,в лицо стреляет изморозью.И гильзы листьев под ногой звенят.Иду на ощупь в сумерках по изгороди.Куда уходят силы из меня?И раньше в грудьстучали ветры встречные.И вьюги так же налетали зло.Куда уходит время быстротечное?Еще сказать мне столько надо слов!Жалею каждый час и день потерянный,не успеваю я следить за тем,как время превращается в материю,чтобы высоким духом стать затем.1975
«Я чувствую течение реки…»
Я чувствую течение реки,когда над ней уже сомкнулись льдины,когда она, морозу вопреки,проходит путь, извилистый и длинный.Лед – как прозрачный панцирь – не дрожит.Но подо льдом – воды живой свеченье.Меня природа учит верить, жить,хранить тепло и не менять теченье.1971 – 1975