Чтение онлайн

А ведь я почти искренне хотел помочь ему. Ибо если этот слизняк сейчас отбросит копыта, Амалия Тимофеевна точно не обрадуется. Когда очнется, конечно же.

У нее нынче будет много работы. Опросить тех барышень, что я «мягонько» уговорил сдаться, а затем как следует всыпать предательнице Агате. Мне же предстоит визит к Коллекционеру. Надо было с ним кончать, а то достало, что каждый мой визит в чье-то поместье заканчивается то взрывом, то попыткой устроить резню.

Все бы хорошо — хватай Зорина и на боковую — но увы… Его окружали какие-то люди с оружием. Все в масках, а на меня смотрят как на привидение. Скорее всего, убийцы, ибо на охрану как-то не сильно тянут.

Я немного убавил ауру, чтобы они смогли выдавить хоть слово. Не люблю убивать врагов, не узнав, а чего им, собственно, нужно?

— Ты… Ты есть Обухов? — послышался голос с очень плохим произношением.

Я кивнул. Похоже, пришли за мной.

— Твоя наша в обмен на золото! — зарычал один из них. — Давай и станешь жить!

Услышав слово «золото», я заинтересовался. А тут и зов пришел, и от всех семерых. Напевали мне монетки, вплетенные в их одежду. И еще что-то спрятанное под масками.

Убивать их резко расхотелось, и я снял ауру полностью. Враги мигом встрепенулись, словно сбросив с себя липкую паутину. Я же улыбнулся им как старым друзьям. Люблю когда у врагов есть золото.

Их глаза угрожающе блеснули в темноте, они даже хохотнули, а затем сняли маски. Совсем осмелели без моей ауры.

Все были смуглыми, бородатыми, а еще очень улыбчивыми парнями. И эти улыбки мне страсть как понравились.

У первого зубы были золотыми, все до единого. А еще заостренными, словно у тварей Изнанки. У другого золотились ногти на руках, больше напоминающие когти. У него же на ботинках были шипы, и тоже из благородного металла. Морда третьего была полностью увешана кольцами, да так плотно, что даже Эмиль бы позавидовал. На плечах и рукавах сверкали золотые заклепки. У четвертого песнь исходила из-под одежды, словно он чего-то стеснялся, а вот пятый… У него золотом была покрыта рука, которая заканчивалась длинным золоченым мечом.

Этот парень мне понравился больше остальных. Ему сразу же захотелось пожать руку.

— Нет золота — нет жизнь, — сказал главный с золотыми зубами, вытащив клинок, который тоже замерцал тем самым блеском. — У тебя есть раз, два, три, чтобы отдать золото! Раз…

И сбоку подуло легким ветерком. Подняв глаза, я увидел еще четверых «золотоносных» парней, что стояли на кустах, образующих стены лабиринта. Их оружие сверкало в свете полной луны. Одежда была в золотых цепочках.

— Два…

Сзади тоже послышались шаги. Судя по всему, еще четверо. И от них тоже пахло, и вполне прилично.

И того пятнадцать. Нехилый будет приток. И они что, прибыли сюда только ради моей персоны? Весьма сомнительно.

Ну что ж… Раз эти ребята так любят золото…

— Три!

Где-то в темноте.

Семен открыл глаза и не увидел ничего, кроме тьмы. Перед взором плавали круги, не сразу получилось проморгаться. Было темно, холодно, а еще страшно болела голова.

— Где… Кто…

Он слышал свой голос, а значит был жив. Это было хорошей новостью. А вот плохой оказалось то, что он не мог пошевелиться. Как не пытался — его что-то держало.

— Эй! Что за черт?! Отпустите меня!

Но никак. Его сжало словно в тисках. Вдруг где-то раздался нарастающий шум, словно включили какую-то машину. И очень, и очень большую.

Перед глазами вновь пронеслись события минувшего дня. От того, как он скитался по лесу и наткнулся на очередного монстра, до погони от озверевших горничных, и вот…

Обухов?.. Да кто ты черт тебя дери такой?..

Он не смог ответить на этот вопрос. По глазам ударил яркий свет, и Семен зажмурился. Спустя минуту, осознал, что сидит в кресле, его руки и ноги накрепко сцеплены стальными обручами, а перед ним горит десяток мониторов.

И на каждом из них был человек в маске. Очень уродливой, зубастой и отливающей золотом.

— Так, так, так… — сказали металлическим голосом. — Семен Зорин, верно?

Затрепетав, Семен попытался вырваться, но обручи не давали. Голову тоже держало что-то железное.

— Можешь не отвечать, слизняк. Я знаю, кто попал в мои сети. Ты, наверное, интересуешься, кто я? Так вот, можешь звать меня Коллекционер.

Семен тихонько застонал. Он слышал об этом ублюдке, который якобы похищает людей и страшно наказывает их за грехи, но считал, что это какая-то городская легенда.

— Что тебе нужно?! — заверещал он, осознав, что устройство у него на голове имеет зубья. Это был какой-то капкан.

— Мне? — хихикнул Коллекционер. — От тебя мне нужен только остаток твоего мужества, Сема, если ты не продал его вместе с честью. Ты же еще не забыл того, что являешься аристократом?

— Нет, не забыл! Но…

— Но?! Интересно. Ты еще пытаешься оправдываться! Ты, который прожил свою жизнь паразитом, и ни в грош не ставил ни свою сестрицу, ни родителей, ни друзей, ни бабушку, которая пыталась вырастить из тебя сильного человека. И ты называешь себя аристократом?

— Да! Прости!

— Простить?! Хех, мне не за что тебя прощать, жалкое ничтожество. А вот твоя бабушка…

Один из экранов мигнул, и там появилась еще одна комната. В ней сидела его бабушка. Ее глаза были закрыты, а сама баронесса были прикована к точно такому же креслу. У нее на голове тоже был капкан.

— … Ей очень неплохо бы услышать твои искренние извинения. За твою лень, за твои оскорбления, за твою жизнь никчемного повесы… И не только ей…

Еще один экран мигнул, и там показали еще одну комнату. На этот раз на стуле восседала бессознательная Агата на точно таком же кресле, с точно таким же капканом на голове.

— А твоя сестра? Которую ты ни в грош не ставил, и даже узнав, что на нее охотятся люди Омарова, и палец о палец не ударил, чтобы хотя бы сообщить своей бабушке? Перед ней ты не хочешь извиниться?

На экранах появились знаки вопроса. Зорин воскликнул:

— Хочу! Прости! Отпусти их!

В ответ раздался хохот. Экраны замерцали в шахматном порядке и в них зачередовались изображения бабушки, сестры и самого Зорина, которого снимали со стороны. В центральном телевизоре был Коллекционер.

— Слабо, Сема, слабо! Ты не просто должен извиниться! Ты должен молить меня пощадить их! Ибо всю жизнь ты только и делал, что жил за счет других, а что в итоге? Кому ты нужен? Друзей ты предал, любимой девушки у тебя так и не появилось, отца ты потерял, мамаша давно бросила вас. Из вашей семейки у тебя остались лишь эти двое!