Чтение онлайн

– Только не его, - упорно гнул свою линию Маевский.

– А ты пробовал с ним поговорить в другом тоне?
– и Маша посмотрела Маевскому в глаза.

Тот взгляд отвел.

– Ага! Во-о-т!
– как маленькому проговорила Родионова.
– И что ты от него хочешь после этого? Измени себя и мир изменится вокруг тебя, мм?
– Маша ему по-доброму улыбнулась.

Маевский от удивления приподнялся и уставился на дочь.

– Поспи, я тебя разбужу на ужин, - сказала она, вставая.

– Не надо на ужин, - откинувшись на подушки, сказал Павел.
– Я так посплю.

– Тогда я тебя закрою, никому не открывай. Если что надо - звони, у тебя телефон есть?
– Маевский кивнул.
– Вот и хорошо.

И Маша вышла, закрыв дверь на ключ с той стороны, Маевский закрыл глаза и погрузился в сон.

– Забавная штука жизнь, не правда ли?
– проговорил Смирнов, отходя от стены, на которую он опирался.

Маша как раз закрывала дверь на ключ. Она посмотрела на Смирнова и ответила:

– Жизнь всегда хороша, в любом ее проявлении, что нельзя сказать о смерти. Почему ты не можешь найти общий язык с Павлом?
– перехватила инициативу разговора Родионова.

– Он злой и упертый баран, - ответил Смирнов, но без негатива, словно констатировал факт.

– Вот и он о тебе также говорит. Не пора ли уступить друг другу? Как дети: не бери мои куличики и уходи из моей песочницы, - коверкая слова на детский лад, сказала Маша.
– Пора бы повзрослеть, Александр Александрович, даже если тесть не может, ты сможешь.

– Для чего мне это? Разъясни, зачем?
– и он остановился, перегородив дорогу в коридоре на выходе в холл.

Маша глубоко вздохнула, скрестила руки и посмотрела на Смирнова.

– Хотя бы потому, что ты взрослый человек! Самодостаточный, умный, у тебя дети, кто-то же должен им показывать пример, - Маша обошла Смирнова по дуге и вышла в холл, тот в задумчивости остался стоять.

В голове у Смирнова крутились последние слова Марии "...кто-то же должен...". Это уже походило на мантру. Александр тряхнул головой, но чувство чего-то такого, непонятного не отпускало его. Чем же он так насолил Вселенной, что его наказали бестолковостью и тупостью. Вот он ответ, все лежит на поверхности! А взять не возьмешь, в лоб не попрешь и напор тут не к месту. И Александр понял одну прописную истину: он отучился ухаживать за дамами. Сначала у него была жена - любимая и единственная, потом - горе вселенское, а затем - наказание непомерное и вот теперь то, что хотелось бы взять и не отпускать, никогда. Нахрапом не возьмешь, обломают, не бизнес.

– Ох, ты ж мать твою, - прошептал Смирнов себе под нос и взъерошил собственный затылок.

– Решил прическу подправить?
– перед Александром стоял Синельников, прислонившись плечом к стене.
– А тебе идет, - спокойно закончил он и выпрямился.
– Ты что там задумал? Тестя налысо побрить?

Смирнов странно посмотрел на Синельникова и вдруг засмеялся, заливисто, по-мальчишески, став вдруг моложе лет на десять. Дмитрий, глядя на Сашку, засмеялся тоже. Смирнов хлопнул друга по плечу:

– Пошли, дело есть, нам с тобой расслабляться нельзя, - друзья, весело перешучиваясь, спустились вниз в холл.

***

Маша опять занималась с детьми до позднего вечера, потом мыла их и укладывала, но уже у себя в комнате. Возвращать детей в детскую она отказалась наотрез.

– Вот когда убийцу поймаете, тогда и вернем ребяток назад, а пока под моим неусыпным оком они побудут, - сообщила она Смирнову, тот, как ни странно, не возражал, только загадочно улыбнулся.

Маша же пожала плечами, главное - дети при ней. Дети были рады. Синельников ходил задумчивый, все время за Марией подсматривал, что сильно напрягало Смирнова. Александр на Машу смотрел как-то странно, что-то в уме подсчитывая, о чем-то сам с собой рассуждая. Синельников ухмылялся, он-то давно понял к чему дело идет, сам так же начинал.

– Точно женюсь, - решил он и даже поставил себе зарубку, когда и в какой день сделает предложение.

Дмитрий открыл дверь в кабинет и застыл на пороге - в кресле у стола сидела Маша.

– Что встал, как столб, дверь закрой, - приказала она, Синельников повиновался, с улыбкой делая ей поклон.

Маша прыснула.

– Слушай, Семеныч, - начала она, - поговорить надо.

– Какой-то сегодня день разговоров, - прошептал Дмитрий.
– Слушаю вас, Мария Николаевна, - и сел рядом с Родионовой.

– Семеныч, я тут вот все думаю, а откуда преступники знали, где находится серверная? Я у Сан Саныча план дома выпросила, так там не указано, где серверная.

Синельников с удивлением посмотрел на Машу.

– А ведь ты права! На плане не указано, - Синельников даже замер, глядя на Машу.
– Мы ее перенесли из внешних домиков сюда, когда решили полностью дом на компьютерную охрану поставить.

– Когда было?
– Маша аж подалась навстречу.

– С полгода назад.

– Значит, жена Саныча в курсе была?

– Точно! Она еще выспрашивала для чего все это, - припомнил Синельников.

– Семеныч, - Машка еще ближе придвинулась к безопаснику, - почему дети такие забитые?
– шепотом спросила она.

Дмитрий оглянулся и также шепотом ответил:

– Лариска их била, сам видел, особенно девочку. Знаешь, ее ведь зовут Леночка, а не Лерочка. Ларисе не нравилось это имя.

Глаза у Маши стали огромными и потемнели.

– Вот как?! Тогда найди ее, Семеныч, я ее тогда собственными руками придушу. У меня к ней счет растет, - добавила она.
– Отец у нее нормальный, надо только подход к нему найти, - сообщила она.

Тут у Семеныча глаза на лоб полезли.

– Я бы его поспрошала, но ты ж понимаешь, что это все подозрительно?!
– безопасник кивнул.
– Пошлем к нему на расспросы Толю, он умеет с людьми общаться, я ему ЦУ напишу, - Семеныч сглотнул.

– Ты точно в КГБ не работала?
– спросил он на полном серьезе.

Машка замолчала и внимательно посмотрела на Синельникова.

– Вот за что ты меня не любишь?
– Дмитрий поперхнулся воздухом.