Чтение онлайн

— Куда ты девал рубин?

Батюшка оказался не из робких и, твёрдо глядя прямо глаза Гаагтунгра, произнёс: — Вам не видеть его, твари адские!

— Ты хочешь закончить, как твоя дочь? — с угрозой спросил Гаагтунгр.

— Что вы сделали с девочкой? — спросил отец Кирилл, тревожно нахмурив брови. Гаагтунгр с наслаждением наблюдал за его реакцией и подумал, что стоит сказать святоше, что его дочь жива и её отдадут в обмен на рубин, но Веельзевул, некстати, самодовольно ляпнул:

— Мы её убили и тебя убьем!

Гаагтунгр, услышав сказанное, от злости и возмущения заехал когтистой лапой по роже Веельзевула, а отец Кирилл, узнав о смерти дочери, воскликнул, возведя руки вверх:

— Боже! Разве она не стоила твоего камня милосердия?

В отчаянии он сунул пальцы прямо в глаза демону, пытаясь их выдрать или раздавить. Гаагтунгр взревел от боли и, раскрыв свою пасть, вцепился в горло отца Кирилла. Запах хлынувшей крови одурманил Гаагтунгра, и он принялся хлебать её, забыв обо всём на свете.

Веельзевул, возмущённый тем, что получил по морде, а начальник на халяву хлебает кровь, запусти в его спину свои когти. Гаагтунгр вновь взревел и, оставив безжизненную и обезображенную жертву, накинулся на Веельзевула. Они наносили друг другу удары, прыгая по ризнице и переворачивая атрибуты веры. Веельзевул схватил высокий деревянный крест на подставе, стоящий на столе, и принялся им молотить Гаагтунгра, который от этого совсем озверел и, схватив сундук с церковной утварью, обрушил его на голову Веельзевула.

После того, как они побутузили друг друга, Гаагтунгр собрался с мыслями и принялся за поиски Рубина Милосердия. Они перебрали всё до последней соринки, но никакого рубина не нашли. Не успокоившись, они перевернули всю церковь, перепугав и регента и поющих мирян, которые с криками высыпали на улицу и разбежались по домам, от греха подальше. Удручённые неудачей, они вернулись к Хутину, и Гаагтунгр тут же накинулся на Вовку Платова: — Куда девался рубин?

Мальчик, увидев их гнусные морды в крови, подумал, что эти твари его сожрут, и отрубился, свалившись в пыльную траву.

— Вы его угробите, прежде чем что-либо узнаете, — сказал Хутин, похлопывая его по щекам, и спросил:

— Может, просветите меня, что вы хотите от него узнать?

— Спроси у себя, где рубин, — хмуро сказал Гаагтунгр, собираясь перед этим дать по морде и Хутину. Впрочем, демон сейчас же передумал, так как его действия не дали никаких результатов и, вероятно, без бывшего властелина не обойтись.

— Спросил, — развеселился Хутин.

— Где рубин? — сказал Гаагтунгр.

— Не знаю, — совсем весело сказал Хутин, и Гаагтунгру вновь захотелось ему вмазать, но бывший властелин спросил: — Может, вы мне объясните, как в этом замешан я и этот ребёнок.

У Гаагтунгра вновь зачесались лапы, но он набрался терпения и бить Хутина не стал, а непоследовательно и путано объяснил, что они вернулись в прошлое время и мальчик – будущий Хутин. Мальчик должен знать, куда девался рубин, так как тёрся возле девочки, которую звать Марико. Она дочь отца Кирилла, в миру Арчила Кураури.

— Марико Кураури? — воскликнул Хутин и на него нахлынули воспоминания.

— Вспомнил? Говори, где рубин? — обрадовался Гаагтунгр.

— Девочку вспомнил, а о рубине я ничего не знаю – полный провал, — сказал Хутин и подумал, что Сатанаил, с его возможностями, давно проверил его голову, но вероятно, ничего не нашёл, отчего отправил их в прошлое, чтобы они присутствовали при исчезновении рубина, который с пафосом назывался «Рубин Милосердия».

— Спроси у себя, — снова напомнил Гаагтунгр и Хутин с интересом посмотрел на пришедшего в сознание Вовку. «Вон я какой!» — с некоторой нежностью подумал Хутин, рассматривая мальчика, и даже мокрые штаны Вовки не его не смущали.

— Ты меня не бойся, — сказал Хутин, снимая со своих плеч накинутый плащ.

— Снимай штаны, — приказал Хутин и Вовка послушно снял свои рваные портки, думая, что его будут пороть хворостиной. Хутин выбросил штаны в кусты и накинул на Вовку свой плащ, который подобрал и перевязал ремнём. Посмотрев на мальчика, Хутин остался доволен его видом и взял его за руку.

— Мы уходим отсюда, — сказал он и Гаагтунгр понял, что начальство поменялось. Так как ему был приказ, делать то, что скажет Хутин, то он не очень-то сопротивлялся, потому что весь гнев Сатанаила, в случае неудачи, обрушиться на этого человечка. Что же касается Хутина, то он знал судьбу маленького Вовки и знал, что нужно делать.

— Мы едем в Пермь, — сообщил он и Гаагтунгр кивнул головой в знак согласия. Не мешкая, они отправились в сторону моста через реку Мтквари и через полчаса оказались на железнодорожной станции Метехи. На вопрос Хутина о деньгах, Гаагтунгр вытащил из кармана пару мятых пачек пятирублёвых купюр и отдал ему. Хутин приобрёл билеты до Адлера, откуда собирался отправиться в Пермь. У торговок на вокзале Хутин купил с десяток палочек чурчхелы [36] и несколько лепёшек хачапури [37] . Вовка с вожделением смотрел на еду и Хутин, присев на лавке, накормил пацана и закусил сам. Веельзевул и Гаагтунгр в пищи не нуждались, и могли, разве что, напиться крови невинных душ.

— Так-то лучше, — сказал Хутин и Вовка, запихивая в рот лепёшку, впервые за день улыбнулся.

— Я тебя научу, как дальше жить и скоро ты станешь самым грозным правителем Земли, — сказал Хутин, но Вовка, несмотря на то, что дядя ему нравился, не поверил его словам.

— Какой сейчас год? — спросил Хутин и Вовка удивлённо ответил: — Тысяча девятьсот пятьдесят девятый.

— В будущем сентябре пойдёшь в первый класс, — пообещал Хутин, а Вовка ещё больше удивился и сказал: — Дядя, осенью я пойду в третий класс.

— Тебе, дружок, придётся снова пойти в первый класс, — сообщил Хутин, а Вовка, понимая, что хорошего дядю лучше слушать, вынуждено согласился.

Вскоре прибыл электропоезд Ереван-Масква, и они забрались в купейный вагон, так как ехать в плацкартном, вместе с Гаагтунгром и Веельзевулом, чревато опасностью для пассажиров, а скандала Хутин не желал. Проводница, проверив билеты, с недоумением смотрела на двух милиционеров в странной форме, у которых морды носили следы драки, и подумала, что это артисты, которые снимают кино. Вовка, в просторном и дорогом халате Хутина, с завёрнутыми полами, тоже вписывался в данную концепцию. Скромный Хутин сразу понравился проводнице, так как он смахивал на какого-то известного артиста, чью фамилию она не помнила. Он сразу заказал четыре чая и всё, что имеется из еды, отчего проводница сразу его полюбила и подумала: «Вот что значит, культурные люди, не то, что голь перекатная».

Поезд тронулся, а продавцы, продававшие Хутину еду, вместо денег в кармане, с удивлением обнаружили там прелые листья. Когда слух распространился по всей небольшой станции, кассирша Манана, на всякий случай, тоже заглянула в кассу и с ужасом увидела, что её тоже обманули. Так как на поезд покупали билеты только три пассажира с мальчиком, то она не сомневалась, кто это сделал.

Пока виновные в подлоге денег баловались печеньем, запивая его чаем, вагонное радио восторженно рассказало о Кубе и великом революционере Фиделе Кастро. Ведущий добросовестно поругал американских империалистов и тут же сообщили свежую новость о том, что в той же Америке разрабатывают первый рубиновый лазер. Данное сообщение так взволновало Гаагтунгра, что он тут же вскочил и сообщил о намерении ехать в Америку. Хутин убедил его, что у американцев рубин не тот, хотя и сам не знал, как выглядит этот камень. Как рассказывал Гаагтунгр, этот рубин принадлежал монахам-госпитальерам, а как они оказались в Метехи и при чём здесь Марико Кураури и её отец, придётся выяснять. Правда, Марико кто-то убил, а её отца, Арчила Кураури, разорвал идиот Гаагтунгр. Хутин покосился на сидящего напротив демона, проверяя его дименсиальные возможности чтения мыслей.