Эверест
Шрифт:
Так и есть: сидит в самом углу, и заметить его сразу не получается. Когда же подхожу ближе, он одним движением притягивает меня к себе на колени и впивается в губы требовательным поцелуем.
— Дима… — шепчу я, отчего он снова начинает меня целовать.
— Ну, наконец-то, Лера. Думал, уже не услышу от тебя…
— Дима, нас могут увидеть…
— И пусть.
— Мне… неловко… — Говорю, а сама все больше зарываюсь пальцами в его волосы, лаская затылок.
От его запаха кружится голова, а его теплые мягкие губы творят что-то невообразимое. И я, теряя ощущение времени и пространства, сейчас солидарна с ним, — а не все ли равно, кто и что увидит, подумает или поймет.
Есть этот мужчина и прикосновения его губ, которые стирают разделяющие нас обстоятельства, открывая двери в новый для нас мир.
Мы как два дорвавшихся до чего-то запретного, и от того еще более желанного, подростка, пробуем друг на друге все виды поцелуев, что существуют в природе. Но этого все равно недостаточно мало.
Мне его мало…
Если он сейчас подхватит меня на руки и понесет по ступеням в его или мою комнату, я не буду сопротивляться…
Пока мы жадно целуемся, как будто между нами ничего подобного больше не случится, как будто это в последний раз, начинается что-то невообразимое: окна террасы начинают бомбить снежками и орать на все лады: «Дима! Димас! Димыч»
— Прости, рыжик, — говорит он, тяжело дыша, нехотя от меня отрываясь, — кажется, если мы сейчас не спустимся, эти придурки разнесут весь дом.
— Да… — Меня хватает только на это, прежде чем Дима, поднимаясь, все же берет меня на руки и тащит к выходу.
Я прижимаюсь к его груди, обнимая за шею, пряча лицо на его плече. Вдыхаю ставший родным запах и млею от близости его сильного тела.
Прислонив меня к стеночке в прихожей, он садится на корточки и обувает меня, а потом одевает меня в пуховик и шапку. Я настолько заворожена его действиями, что боюсь пошевелиться.
— Иди, — говорит он еле слышно, я выйду через минуту…
И я послушно спускаюсь с крыльца, где Александр, подводя к ожидающей меня машине, дает последние указания, отправляя меня с гидом в противоположную от всех остальных сторону.
ДМИТРИЙ
Рыбалка удалась на славу, но мои мысли были совершенно в другом измерении. Настолько в другом, что, пропустив инструкции Ястреба мимо ушей, вступил-таки на тонкий лед и провалился в холодную воду.
Раскинув руки в стороны и зацепившись за кромку льда, чувствовал, как тяжелеет одежда, и жуткий холод в прямом смысле пробирает до костей…
Меня вытащили довольно быстро и помогли добраться до машины, где оказались запасные вещи, в которые я с удовольствием переоделся. Ястреб хотел отправить меня домой, но, отогревшись горячим чаем, я остался с ними.
Теперь он не отпускал меня ни на шаг, присматривая как за малым дитятей. А мужики наперебой хохмили, поздравляя с боевым крещением.
Вернулись мы довольно поздно, и, я, зная, что рыжая уже здесь, все никак не мог улучшить момент, чтобы пробраться в последнюю от лестницы комнату на втором этаже. Но, когда представилась возможность незаметно улизнуть, случился нежданчик: ее дверь была закрыта…
ГЛАВА 17
ЛЕРА
Долгая дорога и неугомонный экскурсовод измотали меня настолько, что, вернувшись, я, следуя утренним указаниям Александра, смогла лишь отчитаться перед ним о прибытии, поблагодарить за чудесный подарок, принесший множество ярких впечатлений, запереть входную дверь и подняться к себе.
Я устала так, что не стала спускаться даже в поисках съестного. А приняв душ и закрыв по привычке дверь, вырубилась, едва прикоснувшись головой к подушке.
ДМИТРИЙ
Весь день был посвящен работе. Мы обсуждали множество моментов не только с Ястребом, но и друг с другом. И это было похоже на некую конференцию или форум, когда в кабинете хозяина собрались все гости и начали говорить непосредственно о делах.
Только теперь я понял задумку Сани, поразившись его чутью и деловой хватке. Состав гостей на праздники отнюдь не был случайным: каждый из нас был необходим следующему как звено цепи, и сейчас все до единого, вооружившись ноутбуками или айпедами, создали в кабинете Ястреба «кружки по интересам».
На достижение устных договоренностей, а затем составление и подписание договоров ушла уйма времени. И, когда Саня притащил в кабинет поднос бутербродов и чайник, я, отвлекшись от дел, вдруг понял, что не видел рыжую больше суток…
Украшением кабинета Ястреба были три панорамных окна, к которым он подошел с чашкой чая, и, поперхнувшись, долгим кашлем привлек к себе всеобщее внимание. А когда рядом встал Жека, добродушный здоровяк, самой большой радостью в жизни которого, кажется, была еда, и, позабыв о красной икре, присвистнул, мы подумали, что произошло нечто экстраординарное.
Каждый гуськом стал подтягиваться ближе, чтобы заглянуть в окно и лично посмотреть, что же там приключилось.
А там была Лера. И лепила снеговика…
Всеобщий ступор буквально через несколько минут сменяется оживлением, и мужики начинают резво сворачиваться, почти одновременно собирая вещи и отчаливая. Когда мы с Ястребом остаемся одни, он, не отрывая глаз от окна, спрашивает:
— Дим, а ты когда-нибудь лепил снеговика?
— Нет, Саня, только снежную бабу! — Мы, переглянувшись, ржем, а, спустя минуту, не сговариваясь, уже стоим в прихожей и торопливо одеваемся.
ЛЕРА
Проснувшись, я валяюсь в кровати, кажется, целую вечность. Но голод, все же, не тетка, и мне приходится спуститься вниз.
Дом тихий и пустой, а на кухне крутится толстяк Женя, который постоянно что-то ест.
— Доброе утро, Лерочка! — Радушно приветствует он меня.
— Доброе! — Улыбаюсь ему. — А где остальные?
— Попробуйте наш вчерашний улов, это очень вкусно! — Он осторожно ставит передо мной тарелку с жареной рыбой. — А все в кабинете, у нас сегодня рабочий день. Извините, мне пора, — он отставляет в сторону чашку, из которой пил, и удаляется куда-то вглубь дома.
Что ж, рабочий, так рабочий. Если бы я понадобилась, мне бы сообщили. А раз нет, буду отдыхать.
Корюшка оказывается выше всяких похвал, и я, наевшись, варю себе кофе, отправляясь смаковать его на террасу.
Наедине с собой в окружении этой красоты я намеренно усаживаюсь именно в то кресло, где вчера сидел Дима, а у него на коленях — я. Вспоминаю все, что происходило здесь между нами, и понимаю, что готова. Принять этого мужчину. Впустить в свою жизнь. Несмотря ни на что…
Задумчиво иду в гостиную и усаживаюсь перед телевизором, через несколько минут понимая, что не умею проводить время в праздности. Поэтому, перещелкнув на музыкальный канал, решаю прибрать на кухне, а, исследовав содержимое холодильника, сварить что-нибудь на первое.