Евреи в древности и в Средние века
Шрифт:
экономическое развитие страны вместе с этим совершенно остановилось, и те скромные зачатки и зародыши торговой и ремесленной деятельности, какие к этому времени успели развиться в Иудее, в короткое время должны были исчезнуть окончательно, и Иудея в большей степени, чем когда-либо ранее за
все предшествовавшее время, превратилась в страну исключительно земледельческую.
Но если бедность и скромный земледельческий труд сделались уделом оставшегося на родине населения, то в совершенно ином положении оказывались те многочисленные пленники, которые были уведены с родины и расселены в различных
областях вавилонского государства. Часть изгнанников была
поселена в самой Месопотамии в столице или вблизи нее, часть
вдоль среднего течения Евфрата, часть в области верхнего
Тигра, наконец, часть в Сузиане. Изгнанники не были теперь, таким образом, размещены, как ранее после падения Самарии
164 Царств 25, 25—26; Иеремия, главы 41—44.
17 Иеремия 43, 15.
у. 184 Царств 25, 26.
19 Иеремия 52, 30.
63
израильские изгнанники, по окраинам государства, а, напротив, в центральных частях вавилонского государства, и притом в
крупнейших городских центрах, посреди богатого и многочисленного, занятого по преимуществу торговлей и промышленностью, населения.
Если мы примем при этом еще во внимание относительно
высокий уровень экономического развития древнего Вавилона, стоявшего в этом отношении впереди всех остальных государств
и стран Востока и представлявшего поэтому как бы центр торгово-промышленной жизни для всего Востока20, то мы легко
поймем значение той перемены в судьбе иудеев, внезапно перенесенных из отсталой земледельческой страны в крупнейшие и
важнейшие торгово-промышленные центры всей Передней Азии.
Но и помимо этого самые условия существования иудейских
переселенцев в плену вынуждали их прежде всего обращаться
именно к торгово-промышленной деятельности. Хотя отведенные в плен иудеи и не подвергались, по-видимому, на новых
местах своего поселения большим стеснениям, и им предоставлена была относительно широкая свобода в выборе занятий и
рода деятельности21, однако, в действительности такого выбора
им в сущности ие предоставлялось.
20 Относительно широкого развития в Вавилоне торговых и денежных операций см.: Kohler und Peiser. Aus dem babylonischen Rechtsleben. Band I. S. 17 f. На русском языке наиболее обстоятельное описание торгово-промышленной жизни древнего Вавилона можно
найти в книге Никольского «Древний Вавилон» (М., 1914. С. 193 и
след., 409 н след.).
21 4 Царств 24, 27; Иеремия 52, 31 и след.; ср. 29, 4 и след.; Нсемия
5, 17 и глава И. Изгнанникам была предоставлена в плену возможность даже жить самоуправляющимися общинами, причем вскоре
же в этих общинах вновь успела приобрести первенствующее значение родовая аристократия, которая почти в полном составе была
переселена в Вавилон. См.: Leesemann. Die Aeltestcn im Alten Testa nent. 1895. S. 51 f.; Stade. Geschichte des Volkcs Israel. Band II. S. 105; Ed. Meyer. Die Entstehung des Judenthums. Halle, 1896.
S. 32 f.;Benzinger. Geschichte Israels. Leipzig,1904. S. 121 f.; Benzinger.
Archaologie. S. 316 f.; Nowack. ArchSologie. Band I. S. 314 f.; Дубнов. Всеобщая история евреев. Т. I (издание второе). С. 211. Относительно условий жизни переселенцев в плену вообще см. также специальные исследования: Nikel. Die Wiederherstellung des judischen Gemeinwesens. Freiburg im B.,1900; Sellin. Studien zur Entstehungs-gcschichtc des judischen Gemeinde. Leipzig, 1901; Klamroth. Die judische Exilanten in Babylon. Leipzig, 1912.
64
Прежде всего, возможность занятия земледелием и ведения
земледельческого хозяйства, составлявшего, как мы знаем, преимущественное их заиятие на родине, здесь, на новых местах
поселения, оказывалась для них почти совершенно исключенной. При относительно незначительной и ограниченной площади годной к обработке земли, с одной стороны, и при чрезвычайно густом населении области Месопотамии, с другой, наконец, при особых совершенно непривычных для иудеев туземных способах и условиях обработки земли, построенной, как
известно, на сложной системе канализации, разве лишь отдельные изгнанники в виде исключения имели возможность предаться земледельческому труду, избрав его в качестве главного
рода деятельности и средства пропитания. Число таких исключений должно было оказываться тем меньшим, что переселенцы, как мы видели, в большинстве принадлежали к городской части населения и к представителям высших классов, то есть были, таким образом, прежде всего людьми, привыкшими жить доходами с земли, но ие сами лично заниматься земледельческим трудом.
Но не только земледелие, а и другие роды деятельности в
большинстве случаев одинаково оказывались по тем или иным
причинам недоступными для изгнанников. Так, промышленная деятельность, не считая, быть может, тех относительно немногочисленных и составлявших лишь незначительное меньшинство всех переселенцев строительных мастеров и рабочих, которые специально были захвачены с собою Навуходоносором, вряд ли могла получить особенно широкое распространение среди остальной массы изгнанников. Не говоря о принадлежности большей части этих последних к высшему классу
населения и, следовательно, так же непривычке их к ремесленному, как и к земледельческому труду, даже и специалисты-
ремесленники, если такие были в числе изгнанников, с их примитивными приемами и способами работы в такой передовой и
обладавшей для того времени относительно развитой промышленностью стране, какую представляла собою Месопотамия, не
могли бы успешно конкурировать с местными ремесленниками
и не нашли бы сколько-нибудь широкого сбыта среди туземных потребителей для своих изделий. Наконец, точно также и
военная карьера и государственная служба, составлявшая прямое призвание значительной части изгнанников па их родине, здесь для большинства из них, по крайней мере, а вернее, что и
для всех вообще, оказывались закрытыми.
65
3 А. Тюменев
Но если все другие роды занятий были недоступны или малодоступны для иудейских изгнанников в Вавилоне, зато тем
более обширное поприще открывалось для них в области торговых и денежных операций, для которых условия жизни в