Чтение онлайн

Эта позорная традиция была документально закреплена в кайзеровской армии. Было принято даже и специальное уставное положение, гласившее: «…офицер имеет право командовать только теми солдатами, которые по своему общественному положению ниже его или, по крайней мере, равны ему…» Ну естественно, предполагалось заведомо, что ниже еврея по своему общественному положению уже и быть нельзя. Поэтому в германской армии и на флоте евреев-офицеров не было, хотя евреи-солдаты и демонстрировали завидное мужество, сообразительность и верность воинской присяге. Во время франко-прусской войны 1870–1871 годов в прусской армии насчитывалось 4803 еврея. Из них 483 были ранены и убиты, а 42 — награждены Железными крестами.

В начале XX века в германских вооруженных силах служили уже 6400 евреев, но все они были солдатами, матросами и унтер-офицерами.

В начале XIX столетия польские эмигранты в наполеоновской армии сформировали свои национальные легионы, и полковник Берек Иоселевич немедленно вступил в один из них вместе со своим сыном Иосифом. Они доблестно сражались в двух итальянских кампаниях, не раз были ранены и стали настоящими профессиональными воинами. Берек перешел во французскую армию и в Пятом, а затем в Первом драгунских полках командовал эскадронами. Его старший начальник генерал Бертье весьма высоко ценил этого еврейского полковника и не раз отмечал его в приказах.

Во французской армии Берек Иоселевич оставался до 1809 года, но, когда Наполеоном было создано Варшавское герцогство, он и сын Иосиф сразу же возвратились на родину. К тому времени Берек был уже кавалером ордена Почетного легиона и двух польских орденов. Он был назначен командиром эскадрона польских улан, и, когда австрийские войска в 1809 году вторглись в пределы Польши, Берек со своим эскадроном немедленно выступил из Седлеца, где квартировал, в Люблин. У города Коцка Берек, ехавший впереди своего эскадрона, попал в засаду и погиб в неравной схватке с австрийцами. Его могила на холме и поныне известна в народе как холм Берека.

На собрании Государственного совета герцогства Варшавского его председатель граф Станислав Потоцкий почтил память этого героя словами: «…О храбрый Берек! За тебя отомстили врагам боевые товарищи, но что может вознаградить Отчизну? Она помнит прежние твои раны и битвы за нее, она вечно будет помнить, что ты первый дал своему народу пример возродившейся храбрости и воскресил образ его великих воинов, которых некогда оплакивали дочери Сиона!»

Сын и соратник Берека Иоселевича, Иосиф, в боях и походах получил 16 ран, участвовал в войне 1812 года против России и был награжден Золотым крестом ордена Почетного легиона. Когда 1831 году поляки вновь восстали за независимость своей страны, он, по примеру отца своего, обратился к польским евреям с воззванием, призывая их стать на защиту польской отчизны. Он писал: «…Вы должны быть благодарны Богу, который дает вам возможность проявить свои патриотические чувства… Пожертвуйте для Отчизны своими предрассудками, соберитесь под ее святыми знаменами. Утешьте тени бессмертных героев Маккавеев таким же самопожертвованием для Отчизны…»

Его идея об особом еврейском отряде, однако, не осуществилась, но почти во всех полках повстанцев служили евреи-добровольцы. Стоявший во главе Национальной гвардии А.Островский добился разрешения вступать в гвардию и евреям, при условии не носить бороды. Так как ортодоксальные евреи не решались сбрить бороды, то Островский учредил особый полк еврейской городской гвардии численностью 850 человек, куда принимались бородатые ортодоксы. В числе евреев — воинов Национальной гвардии было свыше 10 офицеров. Наряду с гвардией, евреи вступали в так называемую стражу безопасности — главным образом бедные слои: ремесленники и мелкие торговцы. Документы того времени подтверждают, что евреи — как гвардейцы, так и члены других вооруженных формирований — храбро дрались с русскими воинами и многие сложили головы в этих боях.

Во времена наполеоновских войн евреи, проживавшие на территории нынешних европейских стран — Голландии и Бельгии, были на стороне французского императора. Так случилось, наверное, потому, что именно Наполеон по многим позициям уравнял евреев в правах с остальным населением. Имеется немало документальных свидетельств, что голландские евреи мужественно сражались под его знаменами. По приказу Наполеона было сформировано два так называемых Батавских полка, личный состав которых состоял из евреев. Впоследствии, когда Голландия стала суверенной страной, ее евреи так же доблестно воевали под знаменами своего короля.

Весьма неясные сведения об отношении к военной службе евреев в этой стране в XIX столетии дошли до нас. Евреи в Румынии тогда считались иностранцами. Однако этих «иностранцев» охотно принимали на военную службу. Получалось так, что только в армии евреи становились румынами. Это было закреплено законом 1868 года, где прямо сказано, что иностранцев в армию не принимают, за исключением евреев. Однако и в армии евреи не были приравнены во всех правах к румынским солдатам. К примеру, по закону 1892 года евреев запрещалось принимать в сельскую жандармерию, даже если они отслужили до этого полный срок в королевской армии. Евреев принимали на работу в военные госпитали только в качестве практикантов, но ни в коем случае не как врачей.

Хотя, по мусульманским верованиям, служба в армии является чем-то вроде религиозного акта и, следовательно, иудеям там служить не положено, они тем не менее в турецкой армии служили почти всегда. Правда, те, кто не служил, должны были платить налог, так называемый «харадж», составлявший в 1830 году при султане Махмуде Втором внушительную сумму — до 30 пиастров.

Однако в 1839 году новый султан Абдул Меджид своим фирманом провозгласил обязательность военной службы для всех немусульман, а в 1855 году отменил «харадж». Тогда же было объявлено, что немусульмане имеют право становиться офицерами и получать чины, вплоть до полковника. Надо сказать, что этим законом воспользовалось лишь небольшое число евреев, ввиду непреклонной позиции раввината Турецкой империи, запретившего евреям военную службу, из-за невозможности в этом случае полностью соблюдать все религиозные обряды и положения. Султан согласился с их доводами, но повелел вместо призыва еврея направлять в армию его заместителя-мусульманина или платить выкуп.

Тем не менее во время Крымской кампании в турецкой армии служили до тысячи евреев, в основном — добровольцы, но и часть русских пленных, потому что у турок их угнетали все же гораздо меньше, чем в России. Так, генерал Махмуд Садык-паша издал в 1855 году приказ, разрешавший евреям своего корпуса соблюдать все обряды, в том числе и субботний отдых, в той мере, в какой это не мешает интересам воинской службы. И солдаты-евреи сторицей отплатили своему генералу, прославившись храбростью и самопожертвованием во время защиты крепости Силистрия.

Не менее доблестно служили евреи, бывшие в составе турецкой армии во время греко-турецкой войны 1898 года, когда 42 волонтера-еврея были награждены султаном медалями за храбрость. Немалым по времени был период, когда евреи возглавляли медицинскую службу турецких вооруженных сил. Первым на этом посту был Амос Энрикес, 1812 года рождения, поступивший врачом на службу в 1839 году и уже вскоре ставший лейб-медиком султана. Впоследствии он возглавил всю военномедицинскую службу, провел в ней радикальные преобразования и получил титул паши-генерала.

Его сменил Элиас Коген, также лейб-медик султана, ставший начальником военно-медицинской службы и получивший генеральское звание и имя Элиас-паша. Знаменательно, что этот медик умело действовал как армейский командир. Когда в 1885 году в предместьях Константинополя был учинен грекоармянский погром, именно Элиас-паша решительно и беспощадно подавил его. Наконец, в 1910 году начальником всех турецких военных госпиталей стал полковник, впоследствии генерал, Модиано Эли-беи, как его называли в турецкой армии.