Чтение онлайн

Патологоанатом ушел. Санитар постоял у двери и пошел следом. Юля пришла в себя, приоткрыла глаза, увидела, что она снова одна с покойницей, осторожно обошла каталку, зажмурила глаза и выскочила прочь. В клинике она бегом мчалась по коридору. Серый рассвет заволакивал окна. Юля увидела возле стены мешок с бельем, халатами, полотенцами врачей для стирки в прачечной. Она сбросила на ходу халат и кинула его поверх мешка. На халате осталась бирка с её фамилией, именем, отчеством.

Она уже находилась в дверях кабинета, когда в коридоре появилась Светлана. В её обязанности входила отправка белья в прачечную. Она взяла брошенный Юлей халат, прочитала надпись на бирке. Сняла её, полезла в кармашек, вытащила пустую ампулу, из другого кармана шприц с набранным лекарством. Положила всё к себе в карман. Потащила волоком мешок к дверям прачечной.

Утром в кабинете профессора состоялся разговор со Смеловым.

– Прошу вас, ради Бога, отпустите меня к Даше с сыном. Он мне рассказал, что тот тип вовсе не муж ей, а актёр, нанятый вами.

– Значит, не сдержала, шлюха, слова.

– Я вам запрещаю так называть мою Дашу. Вы мне грозите?

– Ты мой раб, а изменница получит по заслугам.

– Вы не посмеете. Я не позволю вам угрожать Борису и Даше.

– Еще как посмею. Прикажу и как щенят утопят, или же в ДТП попадут оба. И ты и я заложники одной организации. Это спрут для тех, кто слабость к деньгам имеет, меняет жизнь человека на деньги.

– Я принял ваш вызов, теперь поберегитесь сами. Вы забыли, что и у вас есть дочь?

– Иди работай и поосторожнее с угрозами, - откинулся на спинку кресла Калинин.

Профессор рычал от раздражения. От волнения у него тряслись руки. Стук в дверь. В кабинет вошел Некто, тот, кто ехал из больницы со стариком Крайневым.

– Вот тебе адрес, поедешь туда и привезешь женщину, - он подал вошедшему фотографию.
– Добром не поедет, дашь ей дозу, ровно столько, что позволит ей жить неделю после этого. А в клинике посмотрим, что с нею делать.

– Взбунтовалась? А может сразу её? А если кто-то окажется дома?

– Нет там больше никого. Сын учится и приезжает только на каникулы. Смелов мне нужен как хирург, пока что он незаменим. Сейчас готовят активно смену ему в центре. Как только приедут на замену, мы его самого на запчасти пустим. За гонор.

– Неужели нашему процветанию приходит конец?

– Не ной. Еще поборемся. Подумаешь Смелов! Он не представляет, в какое вляпался дерьмо. Давай. Жду. Никому ни слова.

В кабинете Александра Юля с ногами на диване уселась в уголке. Александр сердито перебирал бумаги, не глядя на нее. Пауза насторожила Юлю.

– Не молчи, пожалуйста, - попросила она.

– Зачем ты это сделала? Отправила на тот свет ни в чем неповинного человека. Расстроила себе нервы. Потеряла пустую ампулу. Любой из наших врачей понимает, что в ней содержалось.

– У нас здесь каждый день жмурики, а я очень хотела посмотреть, как действует это средство. Будет гарантия, что я теперь точно избавлюсь от мачехи.

– Сама скромность захотела посмотреть, как умирает ни в чем неповинный человек, - передразнил ее собеседник.

– Зачем жалеть нищету. Им все равно плохо живется. Лучше умереть, не мучиться.

– Ты становишься опасной для всех.

– Не финти. Не рисуйся, можно подумать, ты невинный хирург. Наступило утро, ты снова будешь делать свое чёрное дело, за большие деньги. А мне мешают получить свое законное наследство и распоряжаться им самой. Я давно поняла вашу систему. Сюда везут стариков, молодых, детей, тех, кто мешает наследникам. Заплати и получай свой труп. Патологоанатом все подпишет, профессор утвердит. И человека как не бывало. Лишь на ваших счетах появятся новые суммы. Гонорар за убийство.

– Профессор?
– приподнимаясь с места, спросил Александр. Он обыкновенный ставленник криминалитета. Его родичи - все на государственных харчах по зонам обитали. Но смотри, эта тема запретная. И если тебя допустили сюда, то нет иного выхода как подпевать им, или вперед ногами в морг. А теперь ты и сама преступница.

– Как только не станет мачехи, мы с тобой не будем работать на профессора, сможем открыть собственную самую престижную клинику.

– Поздно. Пути отсюда нет. Хотя можно откупиться от него твоими деньгами. Там и нам еще останется. Давай подумаем, когда распишемся. Свадьбу сыграем.

– Хоть сегодня. Я за тобою на край света пойду.

– На краю света нас тоже настигнет возмездие. А пока давай в ЗАГС завтра же. А то наступит траур один за другим в нашей семье. Отец твой совсем плох. Ты его забросила, на сиделку полагаешься.

– Что ты заладил, траур, возмездие. Это абстрактное представление об опасности. Преувеличенное. Здесь в клинике из каждого угла кричит состав преступления. Не могут же нас всех объявить преступниками. Слишком громкое дело в масштабах вселенной получилось бы. А отец? Он неплохо прожил. Вот только мать в могилу загнал и променял

на бывшую любовницу.

– Юля, ты циничный, законченный злодей в нежном обличье.

– Хорош комплимент, дорогой. Ладно, пойду, посмотрю как там моя мачеха.

Юля без стука вошла в палату. Надежда вздрогнула от неожиданности и села на кровати. Удивленно посмотрела на дочь.

– Юля? В такую пору? Тебе не спится?

– Не знаю почему, но мне тревожно. Я с Александром дежурила. Решила заглянуть к тебе. Что ты решила с операцией? Я бы на твоем месте остановилась.

– В три часа ночи время для визитов неподходящее. Что тебя тревожит? Я не верю, что только моя операция.

– Жаль, что не веришь. Я, правда, беспокоюсь. И мне постоянно не по себе.

– Для тревоги всегда есть причины.

– Уверяю тебя, никаких. А ты чего не спишь?

– Думаю о предстоящей операции.

– Боишься, откажись, никто никого не заставляет под нож ложиться.

– Но тогда мне грозит смерть в мучениях от почечной недостаточности.

– Ах, мама, не дано людям знать, когда и как придет к ним смерть.

– Я заехала к отцу, он совсем плох.

– Оставим разговор о похоронах. Мы с Александром решили пожениться. Завтра распишемся. А свадьбу сыграем, когда ты вернешься из больницы. Ты согласна?

– Я рада, что ты будешь не одна, - ответила Надежда.

В селе в доме родителей Смелова Борис и Эдуард сидели в комнате с включенным телевизором, хотя их разговор занимал внимание обоих.

– Ты надолго приехал, сынок? Почему не сообщил, я бы тебя встретил в аэропорту.