Чтение онлайн

– Будешь ты Смеловым Борисом Эдуардовичем, не Залесным. Будешь.

В клинике назревал скандал. Дочь старика, злая как фурия, требовала от Александра выполнения договора. Она размахивала бумажкой, платежным поручением.

– Только не в стенах больницы, - успокаивал ее Александр. Тут вышла неприятность с няней. Она слышала наш разговор.

– Мне хоть в поднебесье, но не позднее завтрашнего дня.

Александр вошел в палату старика. Тот хмуро поглядел на доктора.

– Здравствуйте, Никита Сидорович. Как мы себя чувствуем? Сегодня прекрасная погода, не хочется в здание заходить.

– Как может себя чувствовать здоровый человек в больнице?
– недружелюбно ответил больной.
– Хреново.

– Ваши анализы получили. Они у вас прекрасные.

– Я могу быть свободным?

– Конечно. В три часа вас выпишут.

– Я хочу сейчас. Здесь каждый час за месяц пойдет.

– Мы вас так просто не отпустим. Я позвоню вашей дочери, за вами пришлют машину. У вас здесь нет одежды, её тоже доставят.

– Ладно, - проворчал старик, - больше ждал. Подожду трех часов.

В три часа Никите Сидоровичу привезли одежду. Он был готов на выход за несколько минут. Быстро спустился с крылечка и подошел к своей машине. Недовольный, обратился к незнакомцу, открывшему ему дверцу.

– Не пойму, машина моя, а водитель чужой. Где Петр?

– Он в больнице. Аппендицит.

К машине подошел Некто. В белом халате поверх пиджака, белой шапочке, надвинутой низко на глаза, в марлевой маске. В руках его маленький чемоданчик.

– Подвезите меня, пожалуйста, к больному. Все скорые нарасхват, здесь совсем недалеко.

– Садитесь, места хватит, - ответил Никита Сидорович.
– Помочь человеку надо, вы что же сразу и маску надеваете?

– Я гриппую, а болеть некогда. Положено носить респиратор.

Машина тронулась и плавно начала набирать скорость. Неожиданно на повороте шофер затормозил, да так, что Некто лбом стукнулся о голову старика. Правая рука пассажира резко опустилась в районе шеи впереди сидящего.

– Ну, ты даешь!
– потирая шею, проворчал старик.

– Мне здесь, остановите, - попросил пассажир.

Машина приостановилась. Некто смешался с толпой, а старик, потирая шею, проворчал: - Чуть башку не проломил лбом.

На кухне Прозоровых хозяйничала Сима. Она по рекомендации Александра заняла место старой Ульяны. Юля вошла, остановилась, присмотрелась.

– Как хорошо видеть молодое лицо. Есть с кем поболтать.

– Мне приятно видеть вас веселой, - ответила Сима.

– Это довольно трудно дается, когда в доме сплошные больные. Инвалид отец и мама с осложнением после пневмонии.

– Диагноз уже установили?
– поинтересовалась Сима.

– Да. Саша посмотрел ее и пришел к выводу, что госпитализация необходима.

– Он что же хороший диагностик, ваш Александр Петрович?

– Еще бы. Ему было доверено ассистировать самому Смелову при операции больных с пересадкой органов. А сейчас он уже самостоятельно оперирует.

– Ого. Я даже не знала, что в городе у нас существует такая клиника. А почему вашу маму туда?

– Потому что у нас самая лучшая диагностика. Все современное оборудование.

– Наверное, трудно попасть в такую клинику? Сейчас практически нет совсем здоровых людей.

– К нам записываются заранее. Ждут годами, если повезет - меньше. Пойду к маме, посмотрю как она.

Юля поднялась на второй этаж дома. Зашла к отцу. Он не говорил, только смотрел, и взгляд его был отсутствующим.

– Как он?
– спросила Юля сиделку.

– Без изменений. Почти все время спит. Ему ничего на свете не интересно. Такой большой чин, а стал бесчувственной куклой.

Юля постояла несколько секунд возле отца и направилась к матери.

На кровати в спальне лежала Надежда. Она встретила дочь улыбкой преданного человека.

– Юленька, ты пришла, золотце мое.

При слове "золотце" Юля поморщилась.
– Доктор сказал, что мне необходима операция, - это правда?

– Банальное осложнение пневмонии, - ответила дочь, - но если Александр Петрович говорит, значит надо.

– А как же отец? Кто присмотрит за домом? У нас новая прислуга?
– тревожилась Надежда.

– Ты, мама, забыла, что я дипломированный врач, за отцом ухаживает сиделка с медицинским образованием. Сима прекрасно управляется с хозяйством. Если уж ты так упрямишься, я попрошу доктора Смелова осмотреть тебя и, если он найдет, что тебе необходим стационар, я отвезу тебя туда насильно.

– Ладно, зачем беспокоить еще одного доктора. Я согласна. Девочка моя, меня не смерть страшит, а боязнь, что ты останешься одна на этом свете.

– Все мы умрём когда-то, - произнесла Юля и поняла, что сморозила что-то несусветное. Надежда нахмурилась и смотрела в одну точку.

– Все мы недолговечны, ты права, - произнесла Надежда.

Юля и Александр стояли у окна в клинике. Юля нарочито рассматривала улицу, он исподтишка разглядывал ее реакцию.

– Ну почему я должна думать об этом, - раздраженно произнесла Юля.
– Вдруг моя дорогая мачеха вздумает прожить еще полсотни лет?

– После смерти отца ты получишь свою часть, - ответил на ее вопросы самой себе Александр.

– Часть - это сколько?

– Четверть от всего состояния.

– Почему четверть?
– удивилась наследница.

– Потому что существует супружеская доля. Уже сейчас у Надежды имеется право на половину состояния, после смерти мужа она получит еще половину от его доли. И ты свою четверть.

– Но это же несправедливо. Я законная дочь и получаю такую малость, а приблудная тётя почти все. Что нужно сделать, чтобы получить наоборот или всё?

– Ты от Надежды получишь всё сразу после её смерти. Ей некому оставлять наследство кроме тебя.

– Мне что убить её надо, чтобы восстановить справедливость?