Чтение онлайн

– Асфирель! – окликнула Айвин.

Я остановилась и обернулась, мгновенно холодея. Кейел вел Айвин под ручку. Такая красивая, такая изящная эльфийка в светло-зеленом платье улыбалась, глядя ему в глаза. Проговаривая что-то, прильнула к его руке. Он засмеялся… С нежностью смотрел на нее. Успел заботливо прижать к себе, когда рядом оступился мужчина и едва не наступил ей на ногу.

В горле царапнуло, а мышцы лица свело. Ревность – преотвратнейшее чувство.

– Прогуляетесь с нами? – спросила Айвин, лучезарно улыбаясь мне.

И я хотела отказаться, но взглянула на Кейела… и не смогла.

– С радостью!

Она лепетала о других любовницах, расхваливала ум Сиелры, восхищалась убранством дворца, делилась впечатлениями о вкуснейшем завтраке, а затем о запахе ночных цветов, позже о прошлом ужине, после… Она не умолкала. Ни на секунду не затихал мелодичный голосок, но и не раздражал. Я лишь кивала ей, обходилась парой слов на десятки ее, а в остальное время смотрела на Кейела. Сколько он еще пробудет во дворце? Что будет, если он не соврал, надеясь успокоить Елрех, и на самом деле уедет? А как же северяне? Как же соглашение с правителями?

При мысли, что я любуюсь им последние дни, становилось невыносимо горько. Терялись краски праздника, а суматоха толпы становилась безликой. Бездушной.

– Вы пробовали аланисе? – громко спросила Айвин, утягивая Кейела к шатру. – Невероятно вкусно!

Мы подошли к прилавку, где нам щербато улыбался полный и румяный продавец. Гладковыбритые щеки и подбородок блестели, а волосы прятались под туго повязанной косынкой. На груди, прицепленный к шнурку, красовался гильдейский знак, – круг с вилкой и ложкой внутри. Белый фартук на большом животе был в каплях шоколада и мазках черничного, а может, еще какого-нибудь, варенья. Сами варенья и шоколад стояли на прилавке в больших банках, накрытых чистыми тонкими полотенчиками, тут же – корзинки с ягодами, фруктами, сухофруктами, орехами и, конечно, же мед в банках и даже в сотах на огромных блюдах. Большой железный чан на подставке стоял в углу шатра, а под ним мелькали духи, подогревая густую карамель, в другой стороне – стол, заваленный горшочками, а остальное пространство занимали комоды и утварь, вроде ведер с водой и ящиков со столовыми приборами.

Я оглянулась на шатер напротив, отмечая, что там обстановка примерно та же, просто торгуют выпечкой.

Кейел попросил две порции лакомства, снимая кошель с пояса. Пока Айвин любезничала с кулинаром, или он с ней, мы с Вольным столкнулись взглядами. Он не отворачивался, продолжая смотреть в глаза. Без улыбки, без малейшей эмоции… Сердце застучало быстро-быстро, и я отвела взгляд. Стала наблюдать за кулинаром.

На дно бумажного стакана из плотного афитакса полился темный шоколад, совсем немного. Сверху посыпались мельченные орехи, затем густое пюре, напоминающее банан, после еще несколько слоев чего-то, что я не разглядела за широкой спиной кулинара. Ложечка тягучей карамели, а затем слой вафельных крошек. Опять шоколад, но теперь присыпанный сахарной пудрой. И в завершение – листик мяты и несколько ягодок черники.

Кейел забрал первую порцию, а Айвин подскочила к прилавку ближе, уточняя кулинару, что шоколада надо побольше, а орехов – поменьше…

– Держи, – не глядя на меня, подал стаканчик Кейел.

Он потянулся к вазе с одноразовыми широкими палочками, вместо ложек. Поэтому не увидел, как я стараюсь забрать угощение, чтобы не коснуться теплой кожи. Расслабил пальцы чуть раньше, чем я успела взять стакан. Он сорвался, я охнула, но удержала от падения. И Кейел тоже… накрывая своей рукой мою.

Наверное, время иногда останавливается.

Наверное, иногда хватает всего лишь нежданного прикосновения, чтобы понять: жизнь может быть другой.

Всего-то нужно отпустить ненужное, несмотря на всю стоимость этой сладости. После шагнуть вперед и крепко обнять того, кто отчего-то безгранично дорог. И греясь в его объятиях, таких же крепких, пьянящих, рассказать ему всю правду. Забыть о проблемах, чувствуя своей грудью его сердцебиение. А затем счастливо рассмеяться, когда он простит, потому что тоже любит. Потому что не может не простить.

Наверное, иногда наши мечты разрывают душу на части, разбивают сердце на осколки, рисуя слишком сказочное развитие событий.

– Осторожнее, – казалось, через вечность… вечность, в которой я прожила невероятно счастливое событие… произнес Кейел, разбивая сказку горькой реальностью.

Вновь обрушилась какофония голосов, смеха, музыки… И Кейел стоит неподвижно, терпеливо ждет, когда я заберу угощение.

– Извини, задумалась, – осторожно освободила руку из его рук.

Аланисе было слаще тирамису, пудингов, но не вкуснее ванильного мороженого, которое я пообещала себе съесть самым первым, когда вернусь домой. Мы прогулялись еще немного, а затем столкнулись с Ив, Ромиаром и Елрех. Хмурость ребят отпугнула Айвин еще на подходе, она поблагодарила меня за прогулку и уволокла Кейела в толпу.

– На шестнадцатом шаге солнца, – заговорила Елрех, увлекая меня к заброшенной части парка, – начнутся традиционные церемонии. Для почтенных, которые приедут раньше, и небесных они пройдут в закрытой части дворца. А на закате откроют бал, но уважаемых туда редко приглашают, о других и речи не идет.

– Вас пригласили? – с надеждой спросила я.

– В первых рядах, с запланированным и обязательно громким приветствием, – встрял Ромиар, насмехаясь надо мною.

На первый взгляд, он выглядел, как обычно, но присмотревшись, можно было заметить, как сияют его глаза, как бережно держит за руку Елрех. Я сжала свою в кулак, прогоняя лишние воспоминания.

– Мы до полуночи побудем тут, а потом пойдем в центр города. Там будут бесплатно угощать тем, что не продалось за день, – сказала Елрех.

Ив застенчиво улыбалась и молчала, поправляя складки нарядного платья. Неужели действительно стыдится, что у меня за спиной Кейелу помогала? Наверняка совесть перекрыла исследовательскую тягу только после того, как послушала нотацию Елрех. Стоит ли сказать ей, что я не особо-то и обижалась?

Стража не позволяла горожанам разбредаться, но нас узнала сразу же, пропуская к утесу. К спокойному, не украшенному – будничному. К сожалению, я даже не успела толком пообщаться с ребятами, как дворцовые духи позвали меня. Дариэль ждала у комнаты, чтобы отвести к купальням.

Густой пар клубился в парилке, щипал в носу резким хвойным ароматом. Но хвоей я наслаждалась, как чем-то свежим в осточертевшем цветочном плену. Тягучая ванна на эликсирах, травах и глине на полчаса, с массажем, от которого я едва не уснула, расслабила. Сразу следом ждала ванна с молоком и медом. И нежное поглаживание шершавой тряпкой по коже.

Меня мыли слуги, словно сама я была безрукой. Пыталась воспротивиться, но Дариэль успокоила и попросила довериться знающим мастерам.

Потом был обед прямо в просторном предбаннике, пока голова горела от масла, словно жгучим перцем натертая. Сначала больно, неприятно, а затем, наоборот, наслаждение. Любовницы других правителей тоже обедали тут, кутаясь в теплые халаты.

За посудой пришли фангры, а Дариэль отвела меня к очередному мастеру, эльфиору, который долго возился с моими волосами.

Казалось, муки закончились, когда я, размякшая, вошла в комнату и мечтала просто рухнуть на кровать. Но даже до кровати не дошла, как Дариэль попросилась войти. Эльфы вносили платья так, чтобы не помять их, а с ними – разные коробочки, плетенные корзинки с косметикой.

– Два переодевания, – огорчила Дариэль. – Перед обрядами и перед балом.

Я смотрела на цвета темного платья и не могла отвести взгляда. Никогда не была падкой на вещи, но тут… Захотелось прикоснуться.