Чтение онлайн

— Куда ты идёшь, Рад? — останавливает его брюнет.

— Мы проверили. Можем лететь в столицу, — глухо отвечает Радгар. — Всё!

— Нет, не всё! Я слышал твоего дракона!

— Тебе показалось. Ты хотел этого, вот и услышал, — фыркает муж раздражённо и отходит к краю площадки. — Я же говорил, он не спит. Его нет.

Не зная, как достучаться до мужа, беспомощно оглядываюсь на Барроуза. Старик пожимает плечами и скрывается в кибитке. Вот тебе и Фей-крёстный!

— А что будет, если я встану на эту полоску света? — спрашиваю я.

— Это магический поток, никто из людей не ступал туда. От него можно сгореть, — качает головой Никлаус.

— Раз никто из людей не ступал, то подтверждённых случаев не было? Логично? — упрямо выгибаю бровь.

— Очень. Что ты задумала? — прищуривается брюнет.

Оставив его вопрос без ответа, уверенно подхожу к мужу и переплетаю наши пальцы. Радгар непонимающе оглядывается. Несильно тяну за собой. Качнувшись, он послушно идёт обратно к этой полоске.

— Алиса, это может быть опасно! — за нами следует Никлаус.

— Не останавливай, — слышу хриплый голос Барроуза и, уверившись, что поступаю правильно, ускоряю шаг.

Мы вместе с Радгаром шагаем в это свечение. Разворачиваюсь лицом к мужу, за торс обнимаю и, задрав голову, смотрю в глаза цвета утреннего рассвета.

— Что же ты придумала, Алиса? — выдыхает Рад, утыкаясь лбом в мой лоб.

— Просто доверься мне, — шепчу, прикрывая глаза.

Некромант послушно замирает рядом. Тепло от света проходит через кожу, проникает куда-то глубже в меня. Я чувствую нарастающий жар каждой клеточкой, но теснее жмусь к мужу и жду.

По закрытым векам бьёт яркий свет. Вокруг даже воздух звенит, и в этой тишине я вновь слышу рёв. Радгар вздрагивает, резко открываю глаза, замечая золотую кайму по вытянутому узкому зрачку в глазах мужа.

— Слышишь? — шепчу я.

Радгар молчит и весь каменеет. Пальцы сильнее впиваются в бока. Свет бликует в его глазах. И дыхание тяжелеет.

— Очнись. Ты жив, — подтянувшись на носочках, прижимаюсь к плотно сжатым губам мужа. Смещаю ладонь, прижимая к груди. Туда, где гулко бьётся сердце некроманта.

Радгар никак не откликается довольно долго. Словно в истукана превратился. Но в одно мгновение всё меняется. Свет вокруг взрывается, золото вспыхивает так ярко, что становится больно смотреть.

Жмурюсь, слыша громкое рычание. Удерживающие меня руки исчезают. Радгар отшагивает резко, почти толкая меня в сторону.

— Назад! — монструозно рычит, смотря прямо в глаза.

Послушно отхожу и останавливаюсь рядом с Никлаусом.

Радгара выгибает, золотые линии разбегаются по каменному полу, частично погасив свечение. Рычание превращается в грозный рёв. И через два удара сердца пламя окутывает мужчину, на краткий миг закрывая его от меня.

Как только пламя сходит, там, где стоял некромант, появляется огромный серебристо-белый дракон.

Чешуя ловит тусклый свет, превращая его в холодное сияние и рассеивая по поверхностям. Рептилия надрывно дышит, тяжело и медленно поднимается на лапы. Крылья с трудом раскрывает, словно мышцы затвердели и окаменели.

Дракон мотает мордой и поднимает её высоко. Глаза вспыхивают серебром, и пространство оглушает громоподобный рёв. Настоящий, живой, драконий. От этого рёва сотрясается земля под ногами, с нависших скал срываются валуны, даже тучи в небе разгоняются.

Я застываю, практически не дыша, разглядываю эту махину с благоговейным трепетом. Рептилия делает неуверенный шаг и склоняет морду к нам. Смотрит на меня, словно в душу заглядывает.

Тяну ладонь и прижимаю к носу, ощущая горячее дыхание зверя. Миг. И вместо дракона возле меня вновь стоит Радгар. Притянув к себе, стискивает и с жадностью запечатывает рот требовательным поцелуем.

— Ты, как всегда, оказался прав, Барроуз. Не думал сменить профессию? — насмешливый голос одного вредного правителя отрывает нас друг от друга.

Радгар прерывает поцелуй и хмуро смотрит куда-то за мою спину. Тоже поворачиваюсь и вижу рядом с Никлаусом императора в компании Вальтера.

— С возвращением, мой друг. Однако мы выбились из графика, — улыбается правитель.

— Мы выбились из графика, потому что вы любите балы и женщин, Ваше Величество, — фыркает некромант, продолжая держать меня. — Потерпите ещё немного.

— Пойдёмте, милорд, я угощу вас чаем, — отвлекает его Барроуз и уводит мужчин к кибитке.

Глава 40

— У тебя получилось, Рад, — шепчу с улыбкой и очень стараюсь не расплакаться от переполняющих меня эмоций.

— Благодаря тебе, Алиса, — отвечает муж, смотря с бесконечной любовью и нежностью.

— У тебя очень красивый дракон, — замечаю, царапая подушечками пальцев по груди, там, где громко и глухо бьётся сердце рептилии.

Радгар больше ничего не говорит, просто закрывает рот поцелуем. Ласковым и тягуче медленным. Я трепещу в его руках, тянусь на носочках и, обняв за шею, полностью растворяюсь в нём. Чувствуя себя самой счастливой женщиной во всех мирах.

— Я начинаю ревновать, — ворчит где-то на периферии Никлаус.

Хихикнув, прерываю нас и оборачиваюсь. Брюнет стоит возле кибитки, скрестив руки на груди. И светит драконьими очами.

Рад подталкивает меня, и мы подходим к его брату. Жмусь к боку Никлауса, благодаря его за такое необычное похищение. Ведь если бы не он, Радгар не полетел бы. И ничего бы не получилось.

Долго мы в этих хребтах не задерживаемся. Правитель требует больше не тянуть время и лететь. Правда, два родственника начинают спорить. Радгар хочет, чтобы я летела с ним, но Никлаус считает, что его дракону нужно время восстановиться, а тут ещё и груз в моём лице. Он просто не хочет мной делиться.

— Я могу с Барроузом полететь, — влезаю в их спор, указывая на кибитку.

— Нет! — хором гаркают Калверасы.

В конечном итоге Никлаус выигрывает этот спор, придумав такое количество доводов, что Раду приходится согласиться. Но, кажется, он отступил по другой причине. В общем, больше мы не делаем никаких остановок. До самой столицы я лечу на чешуйчатой спине младшего дракона.

Рептилия радостно урчит, влетает в пушистые облака, разгоняя их и заставляя меня жмуриться. Или пикирует вниз, прямо в потоки бурной реки, задевая брюхом водную гладь. Я громко хохочу, вскрикиваю на виражах и, раскинув руки, наслаждаюсь полётом, фонтанируя на весь мир свою радость. Летим, к слову, недолго. Всего лишь полдня.