Чтение онлайн

Полицейский упал и превратился в трамплин для веселящихся кенгуру. Дейзи отчаянно вопили. А Артуры - все до одного выбирали новые и новые объекты для прыжков, пока один из них не выбрал мотор демонстратора. Из трудолюбивого механизма посыпались искры, ужалившие Артура. Тот в ужасе оттолкнулся и выпрыгнул в окно. За ним тут же последовало остальное стадо, решившее, что это продолжение игры.

Через несколько секунд Артуры исчезли из лаборатории. Стало слышно, как демонстратор издает странные жалобные звуки. Кейси по-прежнему оставался пленником тессеракта, он глазел на все это из-за прутьев модели; выражение его лица напоминало о пациентах психиатрической больницы. Только один из широкоплечих коротышек-полицейских находился в лаборатории. Он лежал на полу, едва переводя дыхание. А Дейзи были так рассержены, что не могли произнести ни звука - все шестеро. Один только Пит сохранял спокойствие.

–  Ну что ж, - философски заметил он, - обстановка немного разрядилась. Но что-то случилось с демонстратором.

–  Извините, сэр, - сказал все еще бледный Томас, - но я не разбираюсь в машинах.

Одна из Дейзи сердито проговорила, обращаясь к другой:

–  Ты совсем обнаглела! Эти деньги на подносе - мои!

Они начали угрожающе сближаться. Еще трое, возмущенно протестуя, присоединились к свалке. Шестая - и Питу показалось, что это была первоначальная Дейзи, - начала поспешно перебрасывать деньги из куч, накопленных другими, в свою.

Тем временем демонстратор продолжал как-то странно гудеть. С отчаяния Пит решил выяснить, в чем дело. Он обнаружил, что прыжок Артура сдвинул с места рукоятку, но всей видимости, контролирующую количество оборотов мотора. Он сдвинул ее наугад. Демонстратор облегченно закудахтал. И затем Пит в ужасе заметил, что на стеклянной пластине стоят пять Дейзи. Он попытался выключить аппарат, но опоздал.

Пит закрыл глаза, пытаясь сохранить спокойствие, чувствуя, что его охватывает отчаяние. Дейзи ему очень нравилась. А вот шесть Дейзи было слишком много. Но перспектива иметь одиннадцать…

В его ушах раздался хриплый голос.

–  Ага! Так вот где у вас печатный станок и… хм, зеркала, обманывающие зрение, так что все кажется двойным. Я сейчас пройду через этот люк за девушками. И если кто-нибудь за стеной выкинет фокус, ему будет плохо!

Лишний полицейский ступил на стеклянную пластину, которая по неизвестной причине опустела. Демонстратор закудахтал. Затем загудел. Пластина повернулась - в обратном направлении! И полицейский исчез в одно мгновение. Как он явился из прошлого, так и исчез - по воле случая. Оказалось, что один из Артуров передвинул рычаг в нейтральное положение, а затем Пит переставил его на реверс. Он видел, как исчез полицейский, теперь он знал, куда делись лишние Дейзи и куда денутся компрометирующие его банкноты. Пит вздохнул с облегчением.

Но Кейси, освобожденный наконец из тессеракта, не испытывал облегчения. Он вырвался из рук Томаса, пытавшегося ему помочь, и кинулся к автомобилю. Там он нашел своего компаньона, наблюдавшего за тем, как девятнадцать Артуров играли в чехарду, перепрыгивая через гараж. Получив объяснения, полицейские расстроились еще больше. Пит увидел, как отъезжает автомобиль, качаясь из стороны в сторону.

–  Мне кажется, сэр, что они уже не вернутся, - проговорил Томас с надеждой в голосе.

–  По-моему тоже, - согласился Пит, обретя, наконец, полное спокойствие. Он повернулся к оставшейся Дейзи, испуганной, но еще не отказавшейся от стяжательства.
– Милая, сказал он нежно, - как оказалось, все эти банкноты поддельные. Придется отправить их обратно и попытаться прожить на содержимое дровяного сарая и ящика для овощей.

Дейзи попробовала сделать вид, что не расслышала, но это ей не удалось.

–  Ты совсем обнаглел!
– воскликнула она негодующим тоном.

Говорят, молодость светла и прекрасна. Но у нее, как правило, пусто в кармане. Взять хотя бы меня: денег нет, а без денег не жизнь, а сплошной мрак. Так что с этим светлым эпитетом поспешили - очень уж он противоречит действительности.

Но порой и среди молодых попадаются денежные мешки. Беда, если один из таких станет твоим соперником в любви. А со мной так оно и получилось.

–  Денег у меня, конечно, нет, - сказал я ей.
– И положения в обществе - тоже. Но я тебя люблю, понимаешь? Потому прошу, не выходи замуж за этого типа. Ведь он же свинья! Ленивый боров! Сам бы ни за что не разбогател, а уж если наследство привалило, тут и дурак разбогатеет. Он бегемот! Кретин! Неужели ты выйдешь за него?! Да я с ума схожу только от одной мысли об этом!

–  Умоляю, перестань! Уже поздно, поздно!
– она продолжала плакать, пряча лицо на моей груди (между прочим, уже третий час подряд).
– Нет, нет, не уговаривай меня! Самое ужасное, что ты прав - он свинья. И бегемот. И кретин. Но что мне делать? Я не могу выйти за тебя замуж, потому что ты не в состоянии содержать моих родителей, а он в состоянии…

–  Ну подожди, потерпи немного!
– заныл я.
– Конечно, сейчас я ничто, так сказать, цыпленок от математики. Но скоро стану солидным математическим петушком, то есть доцентом. Да, да, я не вру, у меня есть свои соображения на этот счет. И тогда я смогу помогать твоим родителям. А потом, глядишь, и в профессора выбьюсь.

–  Нет, ничего не выйдет! Слишком поздно ты спохватился.

Она заревела в голос. Ее прекрасные огромные глаза покраснели, опухли и стали совсем маленькими.

–  О-о-о!… - вне себя она заломила руки.
– Если бы у меня было два тела!

–  Что, что?… Два тела?… - я взял ее за плечи и заглянул в опухшие от слез глаза.
– Два тела, говоришь… Гм… Да… А это мысль… Если… если бы ты удвоилась, все бы разрешилось как нельзя лучше. Да, да! Одна бы вышла замуж за меня, другая - за эту свинью…

Она испуганно отшатнулась.

–  Что ты такое болтаешь?! Ты в своем уме?… Милый, ну приди в себя, опомнись! Это же невозможно…

–  Возможно или нет, это еще вопрос. Сначала надо попытаться, а потом уже говорить.

Она снова разрыдалась. Наверно, решила, что я окончательно спятил. Так и ушла в слезах.

А я тут же взялся за дело. Смахнул пыль с грязноватого стола в моей комнатушке, самой дешевой из комнат дешевого пансиона. Аккуратно расстелил миллиметровку.

Свадьба назначена через неделю. Я должен успеть. Должен решить за это время задачу. Забыв сон, еду и все прочее, я с головой погрузился в водоворот формул и диаграмм.

На шестой день решение было найдено. Я лихорадочно схватил телефонную трубку и попросил ее прийти немедленно.

Она сразу прибежала.

–  В чем дело? Случилось что-нибудь?

–  Посмотри!
– я показал ей миллиметровку, испещренную формулами и диаграммами.

–  Это еще что такое?! Ничего не понимаю!

–  Одно из топологических уравнений, по которым я специализируюсь. Тут четыре координаты - функции “I, X, Y, Z/I” и t. Три из них - X, Y и Z - это измерения трехмерного пространства, четвертая - t - время. Интегрируем: A = f (X) g(Y) k(Z) {h (t)}dt.