Чтение онлайн

Во всем этом тренде отчетливо видна еще одна особенность: магия, столь любимая авторами фэнтези, играет второстепенную, подчиненную роль или совсем исчезает из текста. В ряде случаев магизм заменяется мистическим отношением к реальности. В мире существует божественное начало, та сторона, которая «безусловно блага», по выражению В. Гончарова и Н. Мазовой [14] . Существует и противоборствующая сила. Обе они по сути своей — потусторонние, но борьба между ними так или иначе затрагивает каждого человека. Нечто чудесное, «не от мира сего» — все равно, в позитивном или негативном смысле — всегда результат их деятельности; не существует никакой безымянной, нейтральной, независимой магии, магии-вне-противостояния. Магическое действие переходит либо в разряд чуда, либо в разряд проделок нечистой силы. Элементы сакральной фантастики видны у Елены Хаецкой, Ольги Елисеевой, в меньшей степени — у Далии Трускиновской, Полины Копыловой, Марии Галиной («Покрывало для Аваддона») и Натальи Иртениной (повести «Праздник синего ангела», «Запас вечности», «Ракурсы»).

Второму новому формату трудно отыскать твердое определение. Он родился на стыке «ужастика», киберпанка и трэшевой темы. Это, если можно так выразиться, проза «задворков». Таково творчество Александры Сашневой, выпустившей на данный момент всего один роман: «Наркоза не будет», который достаточно трудно описать и классифицировать. С одной стороны, это несомненный мэйнстрим, с другой — социально-бытовой роман, с третьей — боевик, причем боевик мистический. По своей жанровой специфике произведение Сашневой — это типичный городской роман. Главной темой и объектом его является Человек в Городе. Одиночество маленькой личности, способной затеряться и раствориться в многотысячной толпе. Персонифицированные страхи человека. Отсюда и стиль жизни героев романа. Поистине волчьи законы богемного общежития, где хищник норовит съесть более слабого, а члены одной стаи (или, по-новому, тусовки) абсолютно равнодушны к судьбам друг друга. Беспорядочные половые связи, основанные лишь на быстром удовлетворении физиологических инстинктов. Угар от спиртного и наркотиков. «Наркоза не будет» — до предела жесткая, если не сказать жестокая, проза. Написанная на последнем выдохе, даже издыхании. Сашнева скупа на портретные описания, на психологические характеристики. Но ее персонажи живут и запоминаются. Пропущенные через психоделический поток сознания героини, проанализированные нею, они получают самостоятельное воплощение. Коша становится демиургом — создателем личностей. И фантастический элемент в романе отчасти воспринимается как часть полубредового состояния героини. Было, не было? Кровожадный собакоголовый бог Древнего Египта Нубис, по прихоти Кого-то очутившийся в современном Питере и взалкавший человеческих жертв. Мастер погоды Чижик, умеющий летать. Жуткий профессор Легион, правящий черную мессу и воскресающий после смерти.

Итак, перед нами прошла галерея портретов писательниц, пришедших в фантастику недавно. Буквально вчера. В этом беглом очерке мы, естественно, не смогли дать полную характеристику творчества женщин-фантастов. В одной статье, какой бы она ни была большой по объему, это сделать просто невозможно. Наша цель была гораздо скромнее. В то время, когда все громче и настойчивее раздаются тоскливые голоса и сетования по поводу того, что русская фантастика находится в застое, в глухом тупике, мы попытались показать, что не все так плохо. В нашу «литературу крылатой мечты» то и дело вливается струя свежей крови. Появляются новые явления, новые лица, новые произведения.

Москва — Харьков, 2002 г.

Собрались мы как-то с целью написать статью о Килгоре Трауте, величайшем писателе-фантасте XX века. Траут, надо сказать, чтение не ординарное, сразу и не поймешь, что к чему. Как раз тот случай, когда просто необходим дополнительный мозговой стимулятор. Благо таковой нами был мудро припасен. Еще по весне, до того как стараниями неугомонного человечествоненавистника Александра Громова было затоплено пол-Европы [15] мы съездили в Прагу, где на одной из узких, вымощенных тяжелым камнем улочек и приобрели указанный продукт. Поначалу освещенная лишь керосиновой лампой лавочка не произвела на нас должного впечатления. Однако, выслушав серьезные доводы добродушного продавца — здоровенного лысого детины с татуировкой на черепе KAFKA FOREVER и с окровавленным ножом в руках, которым он в процессе разговора отпиливал лапы орущей черной курице с красными глазами, — мы быстро поняли, что литровый флакон с ярко-зеленой жидкостью — это именно то, что нам необходимо.

Только через несколько дней, окончательно придя в себя, мы выяснили, что за каких-то пятьсот чешских крон получили знаменитый семидесятиградусный эликсир La Fee Verte, в просторечии именуемый Absinthe. Одной из активных составляющих этого волшебного напитка является вытяжка из горькой полыни monoterpene или туйон, которая в состоянии помочь практически любому смертному разобраться в творчестве не только Килгора Траута, но даже Андрея Лазарчука.

Итак, сидим мы, стимулируем мозговую деятельность, делаем все по правилам, с применением специальной ложечки для сахара и ледяной воды. Один из нас еще не Винсент, второй уже почти Эдгар. Гениальность Траута становится почти осязаемой. Но в кульминационный момент, вместо наметившегося прорыва в трансцендентность, перед нами, как и в прошлый раз, появился некий третий [16] .

Между тем некий третий, окинув нас горящим взглядом, передал нам прекрасно изданный том. На титуле значилось: «Евангелие от Андрея и Дмитрия. Описание страданий, изгойства и перевоплощения Великого святого Юрия Семецкого, исполненное первоапостолами его». Удивляться появились и желание, и возможность.

«Я прибыл из 2149 года по вашему варварскому летоисчислению с тем, чтобы направить вас к написанию труда сего. Наши умельцы сотворили по чертежам самого Кулибина паровой время-ход и переместили меня сюда. Преклоняю колени пред первоапостолами».

Мы приняли условия игры: «Кто ты такой, что так запросто с апостолами разговариваешь?»

«Я адепт седьмого уровня Церкви Святого Семецкого Шести-шестьседьмыхъецкий (6 6/7– ецкий). Выше звания в нашей иерархии не существует. Мы бесконечно стремимся к священной семерке, не в силах достичь ее. Удалось это лишь одному из всех сущих в этом мире много лет назад, 31 мая 2002 года…»

«…по нашему варварскому летоисчислению».

«…и в Изначальный День по нашему. Именно тогда произошло Великое Перевоплощение и Семецкий-1 перешел в неизбывное состояние Семецкий-2».

Мы переглянулись: «С этого места поподробнее».

«С ранней юности Юра обладал даром к преображению. В мирской жизни он был Семецким-1, а в другом своем обличье мог творить чудеса: перемещаться с места на место, сам того не замечая, силой слова превращать бандитов в агнцев, блудниц в праведниц. Ничего не понимая, те покидали злачные места, а Семецкий-2 лишь с грустью смотрел им в след. А над всем бестелесно витал Семецкий-0, оберегая обе ипостаси и направляя их по неведомому до срока пути.

Способности Юрия не остались незамеченными. Вокруг него сплотилась группа приверженцев, провозгласивших его гуру. Но, как давно известно, все в истории повторяется дважды. Зависть и злоба человеческая сделали свое дело, и Семецкий был отвергнут. Один из учеников даже бил его, в бессилии повторить чудо, сотворенное Семецким-2. Другие оскверняли чело его предательскими поцелуями, бросали одетым в бурные воды и всячески измывались по-иному. Третьи же зашли еще дальше: стали убивать его. Да-да, именно убивать. Но после каждого убийства Юрий оживал и на следующий день приветливо здоровался со своими убийцами. Тогда его стали убивать с особой жестокостью, записывать способ умерщвления на бумаге и меняться записями. Дошло даже до состязания на лучшее убийство Семецкого, который наблюдал за всем этим непотребством со стороны и лишь печально улыбался.

И случился ему голос, который предрек прекращение мучений в Изначальный День, и собрал всех Семецкий на Медвежьих озерах, и одарил всех — и убийц своих, и мучителей своих, и просто прохожих людей — одеждами с ликом своим. И пришел час, и пришла минута, и свершилось Великое Перевоплощение: и покаялись грешники, и сошла на землю великая благодать. Самые ретивые преследователи стали самыми преданными учениками. Так Андрей и Дмитрий, позволявшие себе в отношении его неблаговидное и словесно и действием, — адепт прервал свое повествование и пристально на нас посмотрел, — поклялись в вечной преданности и за очень короткое время написали «Житие», впоследствии переработанное в «Евангелие». А издательство ACT, ранее печатавшее те самые описания изуверств, творимых над Семецким, выпустило святой текст стомиллионным тиражом. И бесплатно раздало его людям. Так, практически в одночасье, возникла самая гармоничная за всю мировую историю держава, сочетающая в себе «имперский пафос» и «снисходительную иронию к варварам-иноверцам», «диктатуру мудрого закона» и непритворную уверенность в том, что «хорошие люди есть». А назвали ее в честь нашего великого вождя и духовного руководителя Юросью.