Чтение онлайн

– Нет.

– Можешь себе представить, полиции это имя тоже не известно.

– Разумеется, - сказал я, - если бы эта девушка… или женщина?

– Женщина. Мать двоих детей, если быть точным.

– Если бы полиция нашла женщину, имеющую к Бойзену какое-то отношение, ее имя фигурировало бы в деле, и я бы, конечно, его знал.

– Логично, - Бертон потянулся было за пультом, но, встретив мой предостерегающий взгляд, сделал вид, что всего лишь хотел почесать щеку.
– Так вот. Анита Матеуала - жена Бойзена. У них двое детей - мальчик и девочка.

– Бойзен - холостяк.

– По документам - да. Однако в его биографии есть лакуна - период примерно в два года, о которых практически ничего не известно. Два года между его демобилизацией из спецназа и первым убийством.

– Бойзен мотался по разным штатам, это есть в деле, - возразил я.
– Более точные сведения действительно отсутствуют, но никому эти годы и не были интересны. С законом у него проблем не возникало, в полицейском компьютере данных на Бойзена за те годы нет.

– А в компьютере федеральной службы - есть, - объявил Ричард.
– Если бы следственная группа поинтересовалась…

– Что ты обнаружил? Запись о браке? Где это произошло? Когда? И почему эта женщина не появилась на процессе? Ее не интересует судьба мужа? Почему Бойзен ни словом не обмолвился о том, что женат?

– Не все сразу!
– Бертон поднял руки.
– Анита Матеуала - не гражданка Соединенных Штатов, вот почему полиция не нашла о ней ничего в федеральном банке данных. Она живет в Мексике, небольшой городишко Нуэва-Росита, шестьдесят миль от американской границы. Девять лет назад она нелегально работала посудомойкой в одном из ресторанов Хьюстона, там огромное количество мексиканских рабочих, большая часть находится на территории Соединенных Штатов незаконно…

– Знаю, - прервал я.
– Дальше.

– Бойзен, как ты справедливо заметил, в те годы переезжал с места на место. Познакомился с Анитой - подробностей не знаю, но, скорее всего, обедал в том ресторане, где она работала… Брак зерегистрирован в мэрии Нуэва-Росита. Наверняка в какой-нибудь церкви этого городка можно найти и запись об их венчании - оба они католики, дело вряд ли ограничилось гражданской регистрацией. Эта женщина и сейчас живет в Нуэво-Росита. Бойзен навещал семью два-три раза в год - границу пересекал нелегально в обоих направлениях, поэтому полиции об этом ничего не известно. То есть, они бы наверняка раскопали, если бы поинтересовались…

– Да-да, - нетерпеливо сказал я.
– У Бойзена есть жена и дети в Мексике. Что это нам дает?

– Тебе решать!

– Жена Бойзена знает, что муж в тюрьме?

– Конечно, об этом пишут в газетах - в мексиканских в том числе.

– И не появилась…

– А как она тут может появиться? Работала нелегально, мужу помочь ничем не может, наверняка жила на деньги, которые он зарабатывал…

– Ты ее видел? Говорил с ней?

– Ты действительно воображаешь, что я способен перевернуть мир? Я польщен. Нет, я ее не видел. Говорил с ней по телефону - минуты три, не больше, она повесила трубку, когда я начал настаивать на ее приезде. Сказала, что все в руках Божьих, и судья примет правильное решение… В общем, в суд ее можно привести только силой.

– Та-ак, - сказал я.
– Ну спасибо. Надо будет получить копию записи о регистрации брака…

– Этим сейчас занимается Гарри, возможно, копия уже в моем компьютере. Вернусь в офис - проверю.

– Замечательно! Спасибо, Рик. Когда получишь документ, перешли мне.

– Естественно. Присяжные любят душещипательные истории. Надеюсь, этот мексиканский сериал найдет в их душах активный отклик. А ты перестанешь забивать себе голову идеями о Дьяволе и потустороннем мире.

– Одно не связано с другим, Рик. Жду копию свидетельства. А теперь мне нужно отдохнуть - завтра с утра заседание…

– Понял, - сказал Бертон, вставая.

Он дотянулся, наконец, до пульта, и включил телевизор. На экране забегали, гоняя мяч, красно-зеленые и фиолетовые, шел уже другой матч, и Бертону непременно нужно было увидеть счет в верхнем левом углу. Ноль-ноль. "Атлантик" против "Кардамо баффолз". Мне эти названия ничего не говорили, а Бертон застыл в напряжении, отгородившись от меня локтем, чтобы я не мешал ему вслушиваться в скороговорку комментатора. Трибуны вопили.

– Будешь уходить, защелкни дверь, - сказал я и пошел в спальню. Рик даже не обернулся.

– Защита закончила допрос свидетеля?

– Да, ваша честь, больше вопросов не имею.

– В таком случае объявляю перерыв до четырнадцати часов. После перерыва заслушаем речи обвинителя и защитника.

– Ваша честь, прежде чем суд удалится на перерыв, я хотел бы сделать заявление и приобщить к делу документ, который в нем не фигурирует.

– Протестую, ваша честь! Процесс переходит в заключительную фазу, слушания закончены, никакие, не предъявленные ранее, документы не могут быть приняты во внимание!

– Адвокат, вы слышали протест обвинения. Я могу принять его или отклонить в зависимости от аргументации защиты. О каком документе речь и почему он не был предъявлен суду в предшествовавших заседаниях?

– Дело в том, ваша честь, что подсудимый женат и имеет двоих детей. Это обстоятельство стало известно защите несколько часов назад…

– Прошу сохранять тишину в зале! Адвокат, у вас есть доказательства вашего утверждения?

– Да, ваша честь, вот копия записи в книге регистраций мэрии города Нуэва-Росита, Мексика. Прошу приобщить к делу.

– Если в зале будет продолжаться шум, я прикажу очистить помещение, и процесс продолжится при закрытых дверях!

– Ваша честь, я протестую! Слушания завершены, и никакие вновь открывшиеся обстоятельства…

– Протест отклоняется. Объявляю перерыв до четырнадцати часов. После перерыва суд исследует документ, предъявленный защитой, и вынесет решение о продолжении процесса с учетом мновь открывшихся обстоятельств.

Ревекка позвонила мне, как только я вышел из зала суда - неужели она все-таки находилась среди зрителей? Как иначе эта женщина могла узнать об изменении в ходе процесса - ни радио, ни телевидение еще ничего не сообщали!

– Спасибо, адкокат, - произнес ее чуть хрипловатый и такой возбуждающий голос. Я крепче прижал к уху телефон, чтобы не упустить ни одного звука.
– Вы действительно сделали невозможное. Мы не знали, что Бойзен женат.

– Полагаю, что действительно не знали, - сухо сказал я, стараясь не показать, как мне приятно слышать этот голос.
– Иначе было бы непонятно, почему вы не сообщили мне об этом сразу.

– Вы полагаете, - продолжала Ревекка, - этой информации достаточно, чтобы повлиять на решение присяжных?